— Генри Адамс
История Вашингтона, округ Колумбия, по своей сути является историей страны. По мере роста влияния и могущества Соединенных Штатов Америки росла слава и великолепие их столицы.
В 1790 году министр финансов США Александр Гамильтон выбрал новое место для столицы страны на берегу реки Потомак, решив споры о голосовании и налогах между северными и южными штатами. После того как Конгресс утвердил это место Актом о резидентах 1790 года, президент Джордж Вашингтон назначил французско-американского инженера Пьера Шарля Л'Энфана для проектирования города. Государственный секретарь Томас Джефферсон назначил Эндрю Элликотта главным землемером, а Бенджамин Баннекер помогал Элликотту в выполнении его обязанностей.
Неизвестно смертному миру, многие могущественные сородичи пытались повлиять на выбор столицы страны. Тореадорские лорды и леди Франции рассматривали Соединенные Штаты как возможность восстановить престиж в Новом Свете, утраченный после того, как Британия, в которой доминировали Вентру, захватила Канаду. Они хотели основать новый город в качестве столицы 13 колоний. Он должен был быть свежим и податливым, местом без традиций. Эти художники жаждали возможности создать национальную столицу, которая навечно запечатлела бы их замысел. Вентру желали иметь центральное местоположение с доступом к торговле, чтобы даже после расширения на запад они могли удерживать мощный приз.
Когда Л'Энфант увидел место на Потомаке, его воображение воспарило. Некоторые сородичи считают, что Тореадор Мафусаил посылал ему видения по ночам. Другие считали, что его планы пришли от малкавиан. Элликотт считал, что Л'Энфант был более чем невменяем со своими грандиозными планами. Многие из его идей были настолько новаторскими, что геодезисты не могли их понять. Он хотел город, который превзойдет все другие по красоте и величию.
К 1791 году геодезисты определили место. Президент назначил трех уполномоченных для покупки земли у 19 фермеров, владеющих участками между Александрией, штат Вирджиния, и Джордж-Тауном, штат Мэриленд. Эти комиссары сами были землевладельцами, среди них был Дэниел Кэрролл из Мэриленда.
К сожалению, амбиции Л'Энфанта в отношении города не встретили одобрения членов комиссии. Они не могли понять, почему он настаивает на строительстве такого грандиозного масштаба. Они не разделяли его видение следующей великой мировой столицы. Тореадор уже терял влияние на столицу.
План Л'Энфана был отвергнут в пользу более умеренного проекта, представленного Эндрю Элликоттом. В 1792 году Конгресс одобрил план Элликотта, и строительство началось, хотя Элликотт проработал над проектом всего год, после чего ушел в отставку.
Первые годы
Саботаж, перебои в работе и недопонимание мешали усилиям по строительству столицы страны. Дни проходили в спорах о том, как приручить землю, где проложить дороги и где будут границы города. Многие из этих проблем были вызваны влиянием могущественных Тореадоров, которые были возмущены отклонением плана Л'Энфанта. Эти старшие вампиры тонко пытались сами спроектировать столицу, находясь далеко в Европе. Их самонадеянные попытки создать столицу не привели ни к чему, кроме задержек.
Наконец, во время правления Джона Адамса в 1800 году правительство переехало в новую столицу. В то время население Вашингтона, округ Колумбия, составляло всего 3 000 человек. В городе было около 400 домов, из которых до наших дней сохранились только Октагон-хаус и Белый дом. История не сообщает, жили ли в городе сородичи. Более вероятно, что вампир обитал бы через Потомак в Александрии с ее оживленным населением в 5 000 человек.
Первая сессия Конгресса, состоявшаяся в Вашингтоне, округ Колумбия, не была счастливой. Свиньи ковыляли по Пенсильвания-авеню между Белым домом и Капитолием. Земля была завалена пнями, а на бывших полях росла кукуруза. Строительство шло постоянно, и во время сильных дождей ручей Тибр разливался, делая Пенсильвания-авеню непроходимой. В одном законченном крыле здания Капитолия размещался весь Конгресс и Верховный суд.
В зимнее время Вашингтон, округ Колумбия, превращался в город-призрак, правительственные чиновники возвращались в свои округа и штаты, и город, за исключением горстки рабочих, президента и его сотрудников, становился пустынным.
По этой причине сородич не видел смысла переезжать в ранний Вашингтон. Князь Бруха, Артур Кэрролл, родственник комиссара Дэниела Кэрролла, поднялся в Джорджтауне и объявил себя властелином новой столицы. Большинство сородич Нового Света отнеслись к его претензиям легкомысленно. Многие считали, что со временем союз тринадцати колоний распадется, поэтому могущественные вампиры Нового Света проводили свое время в борьбе за столицы штатов, такие как Ричмонд и Аннаполис, и крупные города, такие как Филадельфия, Нью-Йорк и Бостон.
Присутствие Шабаша в Новом Свете уже было сильным, и Камарилья тратила свои ресурсы, пытаясь наверстать упущенное. В большинстве бывших колоний усилия Камарильи оказались тщетными.
Только один клан занимался столицей страны — Вентру. Они считали Вашингтон, округ Колумбия, частью своих владений, но поскольку в Европе и в колониях ходили слухи о том, что та или иная группа захватывает контроль над маленькой столичной деревней на Потомаке, Вентру решили заявить о себе. Во время войны 1812 года 3 000 британских солдат и офицеров разгромили 7000 американских ополченцев в битве при Бладенсбурге. После победы британцы двинулись на город, среди них были гули Вентру. Когда британцы, сжигая Вашингтон, они не только разрушили несколько общественных зданий, включая Белый дом и Библиотеку Конгресса; приспешники Вентру разрушили частные дома, которые были предположительно убежищем для других Удерживающих сородичей.
Однако в итоге британцы потеряли в Вашингтоне больше людей, чем американцы. Британские боеприпасы взорвались во время боя, убив многих солдат. Внезапная гроза, начавшаяся после того, как город был охвачен огнем, обрушила кирпичи на солдат. Эти смерти остаются загадкой, хотя многие винят во всем Тремер, которые, по их словам, либо хотели отомстить за разрушение Библиотеки Конгресса, либо хотели показать, что у них тоже есть планы на город.
После этого жители округа Колумбия были деморализованы. Бушевали споры о том, стоит ли перенести столицу страны в более подходящее место, например, в Ланкастер, штат Пенсильвания, или даже обратно в Филадельфию. Два фактора переломили ход движения за то, чтобы столица осталась в округе: новости о победе американцев в битве при Новом Орлеане, которые помогли восстановить гордость Конгресса и народа; и усилия жителей города, которые объединили свои ресурсы, чтобы построить временный кирпичный Капитолий напротив выпотрошенной оболочки старого здания.
Если сородичи и заявили о себе в Вашингтоне до сожжения, то после этого они этого не сделали. За исключением Артура Кэрролла, большинство вампиров с того времени полагали, что Вашингтон является провинцией Вентру, и решили не бороться за него.
Кроме того, в первые годы истории Соединенных Штатов город не имел большого значения. Конгресс принимал некоторые судьбоносные решения, но большинство граждан больше доверяли губернаторам штатов, чем президентам. Численность населения была непостоянной, радикально снижаясь каждую зиму. Попытки заставить столицу развиваться за счет промышленности провалились, поскольку такие проекты, как строительство канала Чесапик и Огайо, были превзойдены Балтиморской железной дорогой B&O. Кроме того, в отличие от большинства городов, Вашингтон не мог облагать налогом свой бизнес, потому что единственным бизнесом было федеральное правительство.
Вашингтон почти не рос, пока правительство не начало строить новые памятники. В период с 1830-х по 1850-е годы начались и прекратились работы по возведению ряда зданий, включая монумент Вашингтона. В это время в столицу эмигрировало пятьсот человек в год.
Гражданская война
Вашингтон, округ Колумбия, вступил в свои права во время Гражданской войны. В течение первых четырех дней войны 60 000 жителей города были изолированы, поскольку толпы, боявшиеся вторжения южан, разрушили железнодорожные пути в Балтиморе, а над Александрией поднялся флаг Конфедерации. Вскоре, однако, подкрепление с Севера достигло города, и конфедераты оставили Александрию.
В результате войны Вашингтон, округ Колумбия, рос быстрее, чем любой другой город мира. Ежедневно в столицу прибывало более 500 новых жителей. Когда президент Линкольн призвал добровольцев, Вашингтон осадили 30.000 зеленых солдат Союза. Внезапно Вашингтон, округ Колумбия, стал городом, достойным князя, и быстро приобретал все большее значение. Находясь на передовой линии войны, Вашингтон стал главным лагерем, госпиталем и складом снабжения для армии Союза. Национальные решения теперь влияли на жизнь тысяч американцев. Лидеры бизнеса посылали своих представителей, чтобы получить контракты от Конгресса. Появились лоббисты. Присутствие военных привело к увеличению спроса на врачей, животноводов и поваров. Для борьбы с внезапным всплеском преступности потребовались полицейские силы.
Бруха собрались в Вашингтоне, округ Колумбия, призывая других сородичей присоединиться к ним, чтобы сломить рабское влияние Вентру на столицу. Тореадор быстро объединились с Вентру, поддержав права штатов против нации. Ни один из этих аристократических кланов не желал наблюдать, как один город становится важнее их южных оплотов.
Несмотря на желания Вентру и Тореадора, князь Джорджтауна Бруха Артур Кэрролл объявил себя князем Вашингтона, округ Колумбия. Пока он пользовался поддержкой анархов и своего клана, ему удавалось контролировать город. К сожалению, его правление продлилось недолго после того, как победа Конфедерации во время Первой битвы при Булл-Ран, когда его союзники бежали, опасаясь за безопасность столицы Союза.
Во время войны в центре Молла, городской зелени Вашингтона, располагались десятки сортиров под открытым небом для оказания помощи раненым. Запах гниющего мяса боролся с запахом сырых сточных вод, которые разливались по берегам Тибра во влажное лето войны. Мухи жужжали непрерывно, а крики умирающих солдат эхом разносились над ландшафтом.
Многим Носферату пришлась по вкусу фетишистская атмосфера. Некоторым нравилось красть униформу Союза и бродить по улицам Вашингтона, не утруждая себя дальнейшей маскировкой с помощью Затемнения. Город не мог справиться с внезапным ростом. Более 30 000 лошадей запрудили район, известный как Туманное дно. Дизентерия, тиф и скарлатина опустошали население. До войны в Вашингтоне был один госпиталь. К концу войны в 36 госпиталях содержалось 50 000 пациентов.
Возвышение Мариссы
В середине войны один из ассамитов убил Артура Кэрролла, шокировав сородичей Вашингтона, округ Колумбия. Ходили слухи, что Джеймс Харрисон, старейшина Вентру, живущий в Ричмонде, нанял убийцу, чтобы гарантировать, что когда Вашингтон будет в опасности, если бы он пал перед конфедератами, то сопротивление новому князю было бы незначительным. Большинство вампиров округа Колумбия затаились в своих убежищах в страхе, что Вентру и Тореадор скоро пришлют армии Стоунволла Джексона или Роберта Э. Ли захватили столицу. Многие предполагали, что французский или британский флот подплывет к Потомаку, чтобы повторить уроки 1812 года.
Мистик Тремер по имени Марисса, которая была объята незадолго до войны 1812 года, воспользовалась моментом. Она претендовала на княжество Вашингтон, а клан Тремер присвоил ей титул Понтифекса в надежде, что каким-то образом эта женщина окажется достойным лидером. Тремер были разочарованы тем, что она была их лучшим кандидатом на пост князя внутри города. Если бы в разоренной войной Америке было легче путешествовать, то Тремер никогда бы не оставили город в ее руках.
Марисса оказалась удивительно компетентным лидером. Она поняла, что если война закончится, а она не будет крепко держать бразды правления Вашингтоном, то ее время как князя закончится. Первым делом она заключила союз с самыми многочисленными жителями города, носферату. Затем она велела гонцам разослать письма князьям Тореадора и Вентру, в которых обсуждалась угроза со стороны Бруха в Вашингтоне. Хотя ни одно из этих писем не сохранилось, говорят, что тактика Мариссы включала в себя сильное использование расизма, а также стандартные антианархические ругательства. Количество освобожденных рабов, живущих в столице страны, вызывало растущее беспокойство у многих жителей, и она настаивала, что эта "проблема" будет преследовать другие города Союза, если у нее не будет полномочий для принятия немедленных мер.
Затем Марисса заставила своих гулей совершить набег на самые важные сокровищницы округа Колумбия — Библиотеку Конгресса и Смитсоновский институт. Найдя несколько документов мистического значения и магические предметы, Марисса принялась за увеличение своей личной силы.
Марисса оказалась более чем способной политиком. Она использовала свой пол в своих интересах, добиваясь благосклонности мужчин-гулей и сородичей, а затем разыгрывая их друг против друга в стиле королевы Виктории. На самом деле, ее политика была настолько похожа на политику королевы Виктории, что появились слухи о том, что она была любовницей доктора Джона Ди и/или членом Технократии. Однако большинство ее манипуляций происходило на местном уровне, а к государственному управлению она относилась сдержанно. Эта политика позволила ей править почти без сопротивления в Европе и на севере.
Когда война закончилась, владения Вентру и Тореадоров на юге были разрушены. Кланы занялись восстановлением своих городов, а не оспариванием контроля Мариссы над Вашингтоном. Правление Мариссы понравилось носферату и малкавианам, которые наблюдали за стремительным ростом числа приютов и больниц в городе. Бруха с трудом приняли нового князя, но некоторые из них нашли утешение в том, что она была женщиной Тремер, что, как они знали, должно было раздражать клан, в котором доминировали мужчины. Гангрелам, в свою очередь, было все равно.
К концу Гражданской войны Марисса контролировала город с населением в 1 000 000 человек. Смертное население быстро снизилось примерно до 130 000, но численность населения сородич не уменьшилась по сравнению с военным временем.
Носферату и малкавиан были преданы Мариссе, больше людей в столицу и привлечь инвестиции иностранных правительств.
Основными трудностями были продолжающиеся расовые конфликты, а вентру и тореадоры на юге вскоре задолжали ей достаточно благодеяний, чтобы нейтрализовать любой вызов с их стороны. Единственная реальная угроза Мариссе исходила от ее собственного клана. Вашингтонская канцелярия, созданная в Октагон-хаусе, была в основном предана ей. Она отсеяла тех, кто мог представлять угрозу ее правлению во время войны. Однако клан Тремер решил, что женщина не может управлять канцелярией или возглавлять один из их самых важных городов в Новом Свете. Они прислали замену, Александра Хэнсона.
Хансон так и не прибыл в Вашингтон. Хотя о его судьбе ходило много слухов, большинство считает, что Носферату округа Колумбия заставили стаи крыс сожрать его, опасаясь, что Хансон не даст им тех привилегий и свобод, которыми они пользовались при Мариссе. В любом случае, клан Тремер решил позволить Мариссе править и дальше, поскольку вскоре стало очевидно, что Нью-Йорк, контролируемый Шабашом, станет настоящим центром власти в Соединенных Штатах, так как после войны бароны-грабители стали еще богаче. Клан предпочел потратить свои силы на несколько попыток вернуть оплот Шабаша.
Трагическое убийство Авраама Линкольна в театре Форда потрясло город и страну. После смерти Линкольна мафия угрожала сжечь театр. Джон Уилкс Бут, убийца, был застрелен вопреки приказу солдат Союза, заперев его в сарае. Его предполагаемые товарищи по заговору были арестованы, и четверо из шести были повешены за свои преступления.
Переход от сильного руководства в Белом доме к слабым администрациям Эндрю Джонсона и Улисса Гранта позволил Мариссе расширить свое влияние. По мере того, как законодательная ветвь власти приобретала все больше полномочий, князь Марисса начала все больше контролировать национальную политику. Она обнаружила, что манипулирование конгрессменами привлекает меньше внимания Камарильи, чем попытки повлиять на президента или его советников. Отчасти это было связано с тем, что некоторые вампиры Старого Света полностью сбрасывали со счетов Соединенные Штаты и наполовину ожидали, что американцы перенесут свою столицу из Вашингтона в центр страны.
После окончания войны, когда стихли немногочисленные крики о переносе столицы, Вашингтон, округ Колумбия, засиял. В Вашингтон стало съезжаться высшее общество, а вместе с ним приехали Тореадор и Вентру. Марисса приняла новые кланы, хотя и потребовала несколько клятв верности.
Конгресс отказал в деньгах на улучшение дорог или на очистку ручья Тибр, поэтому Марисса превратила молодого политика Александра Шепарда в гуля, чтобы тот помог очистить город. Шепард очистил Вашингтон, вымостил дороги и посадил деревья. Он построил канализацию и таким образом смог спустить воду в ручей Тибр. Под его руководством было построено несколько памятников, хотя затраты на эти улучшения обанкротили город, и в результате Шепарда выгнали из города. Однако в конечном счете его работа окупилась: он помог привлечь в город
Многие освобожденные рабы отправились в столицу страны в поисках возможностей и шанса насладиться плодами свободы. Вскоре между белыми и черными вспыхнули драки и беспорядки, а богатые белые жители убедили Конгресс лишить жителей округа права голоса. Они предпочли отсутствие голоса черным.
Рабочие достроили монумент Вашингтона, зарыбили болото, где находится парк Восточный Потомак, и построили Библиотеку Конгресса. Стоимость земли росла по мере того, как мультимиллионеры покупали дома и дома в столице. Власть вампирских кланов также изменилась. Поддержка Носферату и Малкавиан, которую Марисса использовала для получения владений в Вашингтоне, округ Колумбия, больше не работала. Тореадор и Вентру вновь обрели власть, а недовольные Бруха поднимали знамена анархии.
Проявив свои политические способности, Марисса предложила французским Тореадорам благодеяние в обмен на поддержку членов их клана в Вашингтоне. Марисса вернула план Л'Энфанта на его законное место в качестве руководства по развитию города. Тореадоры согласились, и при их поддержке Мариссе не составило труда создать альянс, который обеспечил бы ее позиции против Бруха (который хотел свергнуть ее за расовые проблемы и поражение Артура Кэрролла) и врагов Вентру (которые видели в ней
Вашингтон, округ Колумбия, как их собственность, начиная с первых дней его существования). Тем временем фактическое влияние Вашингтона ослабевало, поскольку лидеры бизнеса покупали все больше и больше политиков.
20 век
К началу XX века Вашингтон, округ Колумбия, стал одним из самых красивых городов мира, столицей, расцветшей в то время, как нация расширяла свое влияние. Несмотря на покушения на ее жизнь,
революционеров-анархов и нападения Шабашов, Марисса все крепче удерживала Вашингтон, округ Колумбия. Некоторые называли ее королевой Соединенных Штатов; другие называли ее гораздо хуже. У Мариссы было много врагов, как дома, так и по всему миру, но она научилась манипулировать растущим значением Вашингтона, чтобы добиться престижа и авторитета в стране и во всем мире.
Когда президент Мак-Кинли был убит пулей анархиста, президентом США стал Теодор Рузвельт. Некоторые историки из сородич видят в этом убийстве руку Мариссы, поскольку и она, и Вашингтон извлекли выгоду из возвышения Теодора Рузвельта. Тедди Рузвельт выступил против Дж.П. Моргана и нескольких самых влиятельных бизнесменов Америки, используя свои полномочия для разрушения их трестов. Тем самым Рузвельт отобрал власть у бизнеса и передал ее правительству.
После побед Соединенных Штатов в испано-американской войне и Первой мировой войне Вашингтон стал символом для растущего чувства национальной гордости. Несколько проектов по благоустройству помогли привести город в порядок. Молл, в то время покрытый железнодорожными путями, был озеленен. К северу от здания Капитолия был построен вокзал Юнион, и все поезда, прибывающие в город, останавливались здесь.
Марисса правила в бархатной перчатке и железной хваткой. Ко времени Великой депрессии даже сторонние Тремер не могли найти путь внутрь политических махинаций города. Марисса привязала все к себе и своим помощникам. Ничто не могло сместить ее, не позволив анархам или Шабашу захватить контроль в последующем конфликте. Старейшины Камарильи стали слегка обеспокоены тем, какое влияние на мировые события может оказывать князь Вашингтона, округ Колумбия.
Когда началось действие сухого закона, организованная преступность достигла апогея в Вашингтоне, округ Колумбия. Многие из тех, кто покупал алкоголь, были богатыми и политически влиятельными людьми, возможно, включая президента Хардинга. Марисса без проблем пропускала в свой город грузоотправителей Вентру, однако у нее возникли трудности с пешками Джованни. Странные
некромантические способности Джованни в сочетании с их деловой хваткой беспокоили Мариссу. Она видела в них потенциальную угрозу, поэтому обвинила Джованни в росте преступности и опасностях для Маскарада, практически запретив этот клан в своих владениях. При этом она даровала Вентру некоторые блага и использовала престиж с Вентру для сохранения своего положения.
Во время Второй мировой войны население Вашингтона, округ Колумбия, снова увеличилось. Марисса добилась клятв верности в обмен на предоставление всем кланам прав на создание потомства. Однако к концу Второй мировой войны Соединенные Штаты утвердились в качестве сверхдержавы, и Камарилья почувствовала, что не может позволить одному каиниту контролировать весь Вашингтон, округ Колумбия. Марисса держала в своих руках владык Европы и Америки, и Камарилье это не нравилось. Заговоры по устранению хорошо зарекомендовавшего себя князя начали расцветать.
Времена перемен
В 1960-х годах рай Мариссы начал рушиться вокруг нее, что было вызвано вторжением Маркуса Вителья из клана Вентру. Большинство Тремер согласны с тем, что Марисса была дурой, позволив Вителю войти в свой город. Некоторые считают, что Марисса жаждала соперника, что она хотела возбуждения, которое вызвал бы такой сильный соперник, как Витель. Некоторые говорят, что Мариссе было одиноко после стольких лет власти и конфликтов, и что она желала силы и страсти бессмертного, такого как Витель.
Сегодня многие считают, что Витель каким-то образом доминировал над Мариссой или манипулировал ею, возможно, даже сумел связать кровью Понтифекса Тремер. Это кажется крайне маловероятным, а если это и было так, то Тремер, похоже, смирились с этим. Никто точно не знает, как Витель совершил этот подвиг, хотя многие готовы отдать все, чтобы узнать это.
Правление Вителя было суровым, но многие говорят, что оно было и справедливым. Большую часть своего времени он потратил на подавление влияния анархов, и к моменту празднования двухсотлетия мало кто из анархов имел силы.
Князь Марисса начала свои отношения с Маркусом Вителем в попытке добиться влияния на Вентру. Она находила древнего воина очаровательным, а он был впечатлен ею.
Их отношения были беспокойными: в одну ночь они были любовниками, а в следующую — соперниками.
В 1960-х годах в Вашингтоне произошли восстания Бруха. Политические способности Мариссы, казалось, исчезли после того, как она встретила Вителя. Она проводила все больше времени вдали от других сородич, работая над домашними проектами или проводя ночь за ночью на Арлингтонском национальном кладбище. Город все больше выходил из-под контроля.
В 1968 году, после смерти Мартина Лютера Кинга-младшего, Бруха и Носферату подняли восстание вместе с афроамериканской общиной. Бруха хотели разрушить власть старейшин сородичей. Многие Носферату участвовали в беспорядках по собственным моральным соображениям. Во время беспорядков большинство ночных заведений в центре округа Колумбия и афроамериканской общины взлетели на воздух. Воспользовавшись этой ночью ужаса и смятения, Шабаш напал на несколько убежищ сородич. В ту же ночь Маркус Витель предал Мариссу агентам Камарильи. Архонты уничтожили ее, внушив Маркусу Вителю опасность подобной участи, если он когда-либо будет стремиться к слишком большому влиянию в городе.
На следующий вечер Маркус Витель объявил себя князем Вашингтона, округ Колумбия. Мариссы не было. Гули Вителя были повсюду. Тремер были возмущены, и один из членов Тремер, Вадим Иванов, опрометчиво вызвал Маркуса Вителя на дуэль. Витель принял вызов. Используя тауматургию, он отправил Тремер с криком в Окончательную Смерть. Он предупредил всех остальных претендентов, что тех, кто выступит против него, ждет смерть.
Витель немедленно объявил Кровавую охоту против "убийц" Мариссы, которые, по его словам, были Джованни. Поскольку в окрестностях Вашингтона, округ Колумбия, не было Джованни, князь Витель был уверен, что никто не вступится за него и не оспорит его утверждение. Если бы он обвинил Шабаш, слухи об этом дошли бы до Балтимора и дальше, и правда могла бы вернуться в Вашингтон.
Слава, которая была Вашингтоном
Маркус Витель не терял времени, чтобы утвердиться в качестве власти в Вашингтоне, округ Колумбия. Те, кто поддерживал нового князя, были вознаграждены кровью, гулями и охотничьими угодьями. Витель созвал собрание совета примогенов, чтобы консультировать его по вопросам. В город вошел новый понтифекс Тремер, Питер Дорфман, который сразу же занял позицию дружественной (для вампирской политики) оппозиции князьу.
Витель также доказал свою силу в борьбе с мировыми игроками, которые пытались оспорить его влияние на Вашингтон. Новый князь объявил несколько районов города частью расширенного Элизиума. Он также защитил членов Сената, Кабинета министров и чиновников в Палате представителей от прямого "вмешательства".
Вашингтон расширялся, и Камарилья была довольна правлением Вительа. Внутренний круг Тремер был рад, что Марисса больше не будет оспаривать их власть. Они поручили одному из своих членов, Меерлинде, внимательно следить за Питером Дорфманом, чтобы он не захватил слишком много власти. Витель не подпускал анархов и Шабаш, и, хотя в городе обосновалось общество оборотней, Маркус держал их под контролем.
Многие старейшины стали проводить время в Вашингтоне, округ Колумбия, который считался надежным бастионом против Шабаша. Репутация Вителья как управляющего городом росла, но, в отличие от многих сородич, он никогда не проводил много времени, общаясь с лидерами своих кланов в Европе или распространяя свое влияние в международных кругах. Вместо этого князь Вашингтона сосредоточил свою деятельность вокруг самого города.
Времена тьмы
Примерно в то время, когда Рейган переехал в Белый дом, Вашингтон, округ Колумбия, начал меняться. Уровень преступности вырос, а наркотики стали более популярными. Юго-восточный округ Колумбия не просто разрушался — он перешел в состояние свободного падения. Проблемы Шабаша стали донимать князя. Постепенно в доспехах Вительа появлялись щели. Некоторые сородичи даже утверждали, что видели призрак Мариссы, или видели, как Витель смотрел на медальон, удивительно похожий на тот, что носила Марисса.
Витель объявил Юго-Восток местом свободной охоты, и он способствовал приливам преступности, вместо того чтобы противостоять им. Таким образом, когда жертва исчезала, она становилась просто очередной статистикой, а не нарушением Маскарада. Князь позволил нескольким анархам войти в город. Появились слухи о влиянии Сетитов на наркорынки.
Атаки Шабашов уничтожили многих старейшин Тореадора в Вашингтоне, округ Колумбия (старых союзников Мариссы). Многие из жертв нападения были врагами князя, хотя пало и несколько его союзников. Многие члены Камарильи тихо опасаются, что Князь может быть как-то связан с Шабашом или что он заключил с ними сделку.
Теперь, после падения чикагского князьа Лодина, князь Витель стал одним из немногих сильных князьев Камарильи, оставшихся в Соединенных Штатах. Лидеры Камарильи беспокоятся об этике Вителя, и споры идут о том, следует ли поддерживать его как бастион против волны нападений Шабашов или очистить его за подозрения в коррупции.