Глава 4. Независимые кланы

Ассамиты

За каждого убитого в Париже вампира винят Ассамитов. Однако они прилагают все усилия к тому, чтобы не отсвечивать лишний раз. Вийон терпит их, и, время от времени, обращается к их услугам. Клан насчитывает двух членов, постоянно обитающих в Париже. Они не ввязываются в политику, и никогда не появляются в Лувре.

• Джамаль — профессиональный убийца, который все четыре века своей нежизни провел за совершенствованием своих навыков. Его мастерство Затемнения делает его практически неописуемым, потому что он считает своим профессиональным долгом появляться перед каждым из своих клиентов в слегка разном образе. У него есть свое ценное стадо (которое в глазах смертных является ассоциацией помощи работникам-мигрантам), но он продолжает охотиться для тренировки. Своей территорией он сделал окрестности станции метро Барбе, и Князь не протестовал против этого. Помимо охоты, он занимается частыми визитами в парижскую мечеть, коллекционированием шахмат и увлеченным чтением толстых книг о стратегии. Парижские старейшины следят за ним с опаской, и видят его руку в за каждым терактом исламистов. На самом деле, он слишком хитер, чтобы компрометировать себя подобным образом. В день, когда Аламут отдаст приказ к атаке, он ударит, и его действия будут разрушительными. Изменение крови, которому клан подвергся в начале 1998 года, судя по всему не особенно его побеспокоило, но Тремеры пытаются убедить принца, что его необходимо изгнать из города.
• Аиша намного моложе, и контролировать ее намного сложнее. Ей, обращенной по прихоти Сайведом, дитя Джамаля, пришлось убить своего сира собственными руками, чтобы заслужить право на выживание. После этого ее пригласили в Аламут, чтобы пройти обучение, откуда она вернулась убежденной, что больше не хочет иметь дела со всеми этими «мягкотелыми вампирскими имамами» — а еще в том, что если она скажет это вслух, наутро она будет мертва. Она живет недалеко от предместья Аржантёй¹, тайно следит за своей смертной семьей и время от времени наносит визиты Джамалю. Тот признает ее способности, но совершенно не понимает ее точку зрения. При жизни Джамаль был тунисским крестьянином времен Ренессанса, и ему не о чем поговорить с североафриканкой, родившейся в Европе, которая провела в качестве вампира меньше десяти лет. С 1995 года у Аиши было два или три контракта от служителей среднего уровня авторитета, которые не осмелились обратиться к Джамалю. Она уничтожила свои цели быстро и эффективно. С начала 1998 года она особенно деятельна, но пока еще никого не диаблеризовала...

Последователи Сета

Вийон ненавидит Сетитов. Все знают об этом, но никто не знает, почему. Некоторые хорошо знающие вампиры вспоминают о краже большого количества древнеегипетских предметов из Лувра в 1922 году. В любом случае, членам клана запрещено обитать в Париже. Когда-то нарушителей казнили. Сейчас за ними очень пристально следят. Пока они занимаются своими делами среди смертных, Вийон их не трогает.

• Эрмаль-Паша прибыл во Францию в 1835 году. Этот красивый и все еще загорелый (несмотря на два века без солнечного света) человек сорока лет на вид, был ученым и участвовал в экспедиции в Египет. Он с гордостью носит длинную черную бороду, и в приватной обстановке одевается по моде той эпохи, в которую был обращен. Это самый известный из парижских Сетитов. Он живет в 8 округе, в квартире над антикварным магазином, который держит его гуль Мадлен. У него хорошие контакты с Герленом и Лиром. Оба интересуются антиквариатом и любят поговорить с культурным человеком, даже если тот — вампир-совратитель.
• Бернар — удачливый Сетит. Из незаметного студента, увлекающегося оккультизмом, Сет сделал харизматичного вампира, которого обожают его смертные пешки, и который уже начал распространять свое влияние во множестве разных областей (от сатанистского подполья до издательства, выпускающего диски о египетском искусстве, и походя — среди амбициозных неонатов, которые не прочь получить «подарок», не обращая внимания на цену).
• Асура — настоящая старейшина клана, но кроме горстки самых старых парижских вампиров, никто о ней не говорит. Артистка и гадалка с каплей цыганской крови, она была обращена при Людовике XIII и, по официальным данным, убита Огюстом из клана Вентру в 1751 году. Она ведет спокойную нежизнь в невзрачной части 15 округа, и делает все, чтобы о ее существовании никто не узнал. Она общается только с другими Сетитами, и только через своих гулей, Исмаила и Татьяну.

Джованни

К клану Джованни в Париже относятся с терпимостью. У Вийона никогда не было прямого конфликта с ними, но он знает об их репутации и не доверяет им. В какой-то момент главы французской части клана обустроились за городом, где у них больше пространства для важных маневров. Представители клана в Париже стараются держаться осторожно, за счет чего Вийон позволяет им заниматься своими делами.

• Аристид Мелькам — старший из парижских Джованни. До своего обращения в 1801 году он был военным медиком, и когда он был молод и силен, его внешность сильно контрастировала с его поведением. Внутри он чувствовал себя стариком, и вел себя как дед — светловолосый атлетичный дед, застрявший навсегда в возрасте двадцати пяти лет. Аристид спокойно пользуется своим приличным наследством и обитает в особняке, окна (а самое главное подвал!) которого выходят на кладбище Пасси². Он могущественный некромант, но считает призраков в первую очередь людьми, а лишь затем — ресурсами. И это отношение к своему делу не нравится старейшинам клана. Его не видели в Лувре с 1952 года, и большая часть молодых вампиров даже не знает о его существовании.
• Марчелло Джованни — более «типичный» представитель своего клана. Он обитает в городе Конфлан-Сент-Онорин, к северо-востоку. Он родился в Италии, и считает себя главным покровителем парижских Джованни. С момента своего приезда в 1957 году, он завязывает контакты с молодыми парижскими вампирами, и тщательно документирует все одолжения, которые он им делал. Среди прочего, он всегда рад заняться «следственной некромантией». Даже если в глазу мертвеца не сохранилось полезного образа, почти всегда можно призвать и допросить его призрак. У Марчелло также есть связи в различных центрах переливания крови, где он может купить — или взять просто так — пакеты человеческой крови.
• Кристина Джованни. Ей чуть больше века, и она всю свою вампирскую жизнь провела в Париже. Дочь и внучка банкира, она отвечает за финансовые операции клана. Помимо этого, посредством двадцати ложных личностей, ни одна из которых не носит имя Джованни, она контролирует около сотни предприятий разных секторов, дает консультации и с непременным успехом играет на бирже. Ее база находится на границе Нёйи и Булонь³, в изящном, но не вычурном районе. Ее основное занятие — скрывать свою настоящую власть от других бессмертных манипуляторов, из которых Бернара Дессана она считает своим «лучшим врагом». Она уважает Аристида и не доверяет Марчелло, которого считает потенциальным соперником. В отличие от него, она избегает камарильских вампиров. Она наиболее талантлива в Доминировании.
• Стефан Берин стал частью семьи меньше пяти лет назад, и это ему совершенно не нравится. Он является выходцем из семьи люксембургских оккультистов, которую клан считает «резервом», и оказался в руках Джованни в 12 лет. Воспитанный в лучших пансионатах и проводящий каждые каникулы в Венеции, он должен был стать ценным винтиком в машине клана, если бы непредвиденные обстоятельства все не испортили. Из-за какого-то странного отклонения, он сохранил свои моральные качества нетронутыми. Идея стать вампиром и провести вечность, терроризируя души усопших, была ему отвратительна. Сразу после обращения он попытался бежать. Он направился в Париж со своей сестрой Клементиной, милой и слегка невменяемой блондинкой, которая поставляет ему пищу, так как он еще недостаточно осмелел, чтобы охотиться самостоятельно. Он попросил убежища у Вийона, который принял его в Камарилью и посоветовал ему сидеть тихо. С тех пор Стефан живет нелегально и в постоянной тревоге, спрятавшись в трехкомнатной квартире в 11 округе, которую делит со своей сестрой. Аристид полностью в курсе о его присутствии. В идеале он должен был бы отправить его обратно в Венецию с колом в сердце...но решил позволить ему пройти через «переходный возраст», а если тому не полегчает, еще будет время принять меры.

Равнос

«Равнос? В Париже? Даже не думайте!»

Ну да, на самом деле сами Равнос еще как думают. Неизвестно, сколько их скрывается в разных цыганских таборах, окружающих столицу. Как и подобает кочевникам, это всегда разные вампиры. Они мудро не лезут в чужие дела, занимаются делами семей и терроризируют смертных, которые привлекли их внимание. Время от времени кто-нибудь из них связывается с парижским вампиром и предлагает встречу на нейтральной территории. Обычно у них бывает кое-что интересное на продажу...или они просто отвлекают своего собеседника, которому напарники готовят ловушку.

Антон верно следовал за своей смертной семьей с юных лет. Его хорошо знают от Руана до Анси и от Брюсселя до Дижона как опасного парня — не жестокого, не злобного, просто как парня с горячей головой, союзники которого обычно плохо кончают. До последнего времени основным занятием Антона было портить жизнь камарильским вампирам. Он устраивал множество афер, зачастую довольно сложных, только ради того, чтобы расстроить напыщенные приемы, посеять раздор между друзьями, разрушить жизни смертных, которые слишком дороги немертвым...Анархи, которые столкнулись с ним недавно, обнаружили, что он сильно изменился. Он стал более задумчивым и задавал вопросы о «девушке с родинкой в форме полумесяца на плече». Его смертные потомки, которые путешествуют с ним, могли бы добавить, что уже шесть месяцев его преследуют ужасающие кошмары, из-за которых он просыпается посреди дня в кровавом поту.

¹ — Коммуна на северо-западе Парижа, модное место для отдыха за городом [Наверх]

² — Известное кладбище у площади Трокадеро, в самом центре города [Наверх]

³ — В западном пригороде города, недалеко от обширного Булонского леса [Наверх]