– Конрад Джозеф, Сердце тьмы

Десять лет назад:

Я чувствую биение в своей голове, громче и быстрее, по мере того как кровь бьющая из дюжины порезов струиться вниз по моему лицу к груде разбитого стекла передо мной. Аварийные сигналы моего грузовика отражают тьму тысячи углов, отовсюду, куда бы не упали осколки после столкновения. Из разбитого надо мной фонаря сыплются искры. Я понимаю, что выхода нет. Даже если вскоре прибудет скорая помощь – все равно я умру.

Это случилось внезапно. Я ехал на своем новом грузовике, испытывая модификацию ручной трансмиссии. Это немного пугало, но я делал это. Мама и папа сидели сзади, недовольные, но не осмеливающиеся высказать это, и вели какой-то разговор, который обычно затевали на праздники. Ничего вроде «Ты уверен, что калеке следует делать это?» или «не думаешь ли ты что десять лет навязчивой злобы по поводу того случая достаточно?»

У папы было несколько интересных историй по поводу последних строительных проектов и он заострил внимание на том, какую работу проделала его фирма в особняке, мимо которого мы проезжали. Я решил поехать домой по длинной дороге, вокруг Арройо Секо и посмотреть, как много мест из фильмов мы сможем узнать. Многие папины клиенты жили здесь и у некоторых были деньги, чтобы нанять его фирму для выполнения определенных проектов. Некоторые из них смотрелись достаточно странно, например спальня с управляемым потолком, который владелец могут опускать на пять футов «для ощущения уюта». Папа принялся перечислять все дома, построенные благодаря обманам или взяткам.

Затем внезапно все огни в районе двух кварталов погасли. Не только фонари – все. Огни на крыльце, в домах, даже огоньки сигнализаций в припаркованных машинах. Наступила полная тьма, в которой светила лишь полная луна. Я сдал назад, во что-то врезался и вылетел за ограждение моста.

Все дело во времени, я полагаю. На несколько секунд раньше и мы бы врезались в десятифутовую звуконепроницаемую стену. Было бы больно, возможно весьма, но мы бы остановились. На несколько секунд позже и я бы врезался в твердую ограду восьмидесятых годов, подобно урагану-самоубийце. Может быть мы бы и вовсе проскочили, но так или иначе мы остановились на мосту.

Был лишь небольшой промежуток между стеной и оградой, и я попал аккурат в него.

Грузовик упал на крышу склада. Поэтому я почти перевернулся, мои бесполезные ноги болтались сверху, а мои руки были пригвождены. Если бы я только мог поднять свою правую руку, я бы смог дотронуться до одного из четырех прутьев которые пробили ветровое стекло. Один из них торчал из горла у папы. Еще два вонзились в маму, один в правый глаз, а второй под ключицу. Папа хрипел еще несколько минут. А мама затихла сразу. Думаю, смерть быстро пришла к ним.

Так что остался один я. Я не могу открыть дверь, я мог бы позвать на помощь, но похоже вокруг никого не было. Я не могу освободиться от ремней или набрать номер скорой на телефоне в машине.

Затем без каких-либо видимых причин свет возвращается обратно. Я вижу, как под (или же надо) мной весь склад засветился. Это конструкция времен Второй Мировой. Когда-то я писал доклад по поводу прочности «временных» зданий вроде этой. Сморщенные листы алюминия теперь лежали растянутые на грудах стекла. Зеркала, окна, своеобразные стекла, чьего назначения я даже не мог вообразить. Огни отражались на мусоре, напоминая мне луну во время затмения, темную, кровавую и зловещую. Вся эта сцена что-то мне напоминала. Плохой день Пола Клека. Какой-то футуристический кошмар. Кровь капала с моей головы. Проклятое образование. Знания не помогут тебе, когда ты пригвожден в перевернутом грузовике. Нет, Клеку определенно не было так хреново.

Я снова посмотрел в зеркало заднего вида. Мои родители находились там же где и были. Машина потихоньку соскальзывала вниз. Ремень безопасности впился мне в шею и ключицу. Вдруг без предупреждения мне на плечо легла рука. Я не мог повернуть голову, в лучшем случае глаза. Я мог заметить тонкие пальцы с тщательным маникюром. Это была маленькая грациозная рука, возможно слишком темная. Он был из Африки или Новой Гвинеи. Я взглянул в зеркало – никого. У меня галлюцинации.

– Эндрю.

Голос был чистым и мягким, он говорил почти шепотом. Каждый слог казался идеальным. Я ничего не видел в зеркале, но чувствовал руку на своем плече. И в ней не было пульса.

– Эндрю, признай, ты слышишь меня.

Я ничего не ответил.

– Я не галлюцинация. Ты умираешь и мы должны поговорить.

Я ничего не ответил.

– Твоя жизнь – это история, которую ты еще не читал. Поговори со мной.

Что-то в этом звучало так… пафосно, что я чуть не засмеялся, и я сказал тому, кого не видел:

– Что за история? Сейчас ты провозгласишь себя архитектором моей никчемности? Немезидой, которая заставила меня страдать за мои деяния? Остынь. Даже задыхаясь я ожидал чего-то большего.

– Это именно то, что я хочу тебе рассказать.

–Что?

– Я хочу рассказать тебе, что твоя жизнь была моим хобби около десяти лет и пришло тебе время решать, что делать дальше. Послушай меня.

И голос поведал мне множество тайн, вещей, о которых я больше никому не рассказывал: большие и маленькие разочарования, мелкие следы среди больших неприятностей. Говоривший, чей пол я не мог определить, говорил мне о равнодушных докторах, злобном почтальоне, нерадивых редактор и бесчисленном количеством других, кто сделали мою жизнь столь нелицеприятной. В определенный момент я понял, что голос не делает пауз даже для дыхания.

–Ты заставила все это случиться.

– Я делала все что могла.

–Почему?

Смех. Впервые я понял, что голос действительно принадлежит женщине.

– Ты слышал историю об Иове, Эндрю?

– Разумеется. Бог забрал у него все, чтобы доказать сатане что тот достоин. Надеюсь, ты не будешь заявлять, что ты ангел Всевышнего.

– Слушай меня». Голос оставался мягким, но в нем слышалось властность. Мой рот начал шевелиться сам собой безо всякого намека на сознательные действия. Один из ногтей этой безупречной руки впился в мою кожу. «Не трать на меня свой юмор. Я избрала тебя не из-за шутовства.

Я не мог задавать очевидные вопросы, но она меня опередила.

– Мне нужно было определить, что ты из себя без тех вещей, что определяют твою личность. Если бы я могла извлечь твой мозг и поместить его в сосуд в качестве эксперимента, я бы сделала это. Я вырывала жизнь из твоего разума, чтобы посмотреть, как ты справишься с этой потерей. Твоя жизнь была испытанием. И ты пройдешь его, если захочешь.

Теперь я снова мог говорить как обычно.

– Все, что мне сейчас нужно – это полотенце. У меня глаза слезятся.

– Я предлагаю тебе вечность.

– Я же сказал, что не хочу разговаривать с ангелом.

– Я не ангел, – сказала она и я услышал веселость в ее голосе. – Давай я тебе покажу.

Я услышал, как рядом со мной завизжал и сломался металл. Сперва я подумал, что лишился периферийного зрения. Затем я понял, что вокруг машины вьются щупальца из черноты, колонна чего-то, похожего на дым. Провалившись в центр этого, я увидел женщину. Она была высокой, но стройной, и на ее лице было множество шрамов. Ее волосы… это были вообще не волосы, а движущиеся тени, похожие на расслаивающийся гранит. Ее руки выглядели достаточно обычно – я узнал руку и запястье, которые лежали на моем плече. Под ними была еще пара рук, выходивших из-под серого одеяния, которое она носила. Они были полностью черными и напомнили мне картину, когда экспериментаторы оставили мясо на улице на год и фиксировали его изменения.

Она напугала меня до смерти, хотя мне и так немного до нее оставалось. Я видел галлюцинации и прежде, но сейчас ничто не говорило мне, что это всего лишь порождение моего мозга. Мне понадобилась мгновение, чтобы сообразить, что она подвешена во тьме и что мы смотрим друг другу в глаза. В моем мозгу всплыло множество ассоциаций, а также некоторые независимые мысли по поводу того, что эта «тьма» могла означать для меня. Воспоминания были подобны вспышкам во тьме вокруг женщины.

– Эндрю, – сказала она иссеченными губами, – ты боишься темноты, не так ли?

Я едва кивнул.

– Всю твою жизнь, все жизнь кого-либо другого это находиться внутри тебя. Теперь оно вытекает из тебя вместе с жизнью. Учись.

Одна из этих теневых рук протянулась ко мне. Ее тупой конец прорвался через остатки кресла водителя и обвился вокруг меня. Одним быстрым движением она обернулась вокруг моей головы, закрыв мне глаза. На мгновение стало ничего не видно. Даже вспышки, которые обычно видны сквозь закрытые веки исчезли – в каком-то смысле перед моими глазами Я даже не мог вздохнуть.

Вспышки воспоминаний стали чаще. Они были не частью чувств, а лишь состоянием разума. Злоба, несчастный случай, госпиталь, родители, правительственны бюрократы, чертовы доктора, которые не понимали, что я им говорил. Страх отторжения, потери разума также как и ног, того, что я больше никогда не смогу писать, старости и бедности в этом состоянии. Амбиции и гордость, большая работа, чтобы доказать, что все доктора и сомневающиеся ошибались, чтобы показать глупость надежд родителей касательно меня. Депрессия поверх всего этого, желание просто выйти из своего тела. Я чувствовал себя сосудом, который наполняют темные страсти, больше ни для чего не предназначенного, пустотой внутри и множеством вещей ему противостоящих.

Видения вернулись. Теперь они были как в тумане. Кровь прихлынула к моим глазам, и мое периферийное зрение действительно исчезло из-за недостатка кислорода. Смерть явно была близко.

– Видишь ли, Эндрю, ты отделил себя от общества. Но ты не знал, чего же тебе хочется, и твоей злобы было недостаточно. Понимаешь?

Я кивнул или хотя бы попытался. Мое лицо начало неметь.

– Позволь мне рассказать, что тебя ждет.

Сперва ее история казалась неуместной, напоминала второсортную стилизацию. Она рассказала, как выросла в Бенгальском Конго и слышала в сердце голоса богов, которых колонисты хотели уничтожить. Она рассказала про налет, про то, как все их племена были уничтожены, унижены и обращены в рабство охочими до наживы европейцами. Она рассказала, как слышала в ночи голос особо амбициозного надзирателя, который в конец концов поддался безумию и саморазрушению.

– Так что видишь, Эндрю, не один ты страдал.

Она рассказала мне о том, как по ночам путешествовала по берегам рек, надеясь услышать слова теней или луны. И в одну из ночей тени заговорили с ней. Перед ней появился бледный человек, рассказал ей о множестве ее печалей и предложил месть.

– Теперь смотри, Эндрю.

Теневая рука схватила сиденье, на котором я сидел и вынула его из машины, пока остальные теневые руки разрывали остатки двери. Внезапно я снова очутился справа. Женщина осталась лицом ко мне и медленно опустилась на землю. Мои ботинки касались кровавых осколков стекла. Женщина подошла к одной из колонн тьмы и взяла меня вместе с сиденьем одной рукой. Она несколько раз легко подбросила меня в воздух, прежде чем снова положить на землю. Я выблевал все, что оставалось в моем желудке.

Она присела на корточки и смотрела прямо на меня пока я пытался найти удобную для сидения позу.

– Остановись», – сказала она и я замер.

Не потому что я этого хотел, а потому, что больше ни один мускул не слушался меня.

–Встань.

Помимо моей воли мои руки схватили меня и потянули вверх. Я слегка покачнулся, а затем упал лицом вперед на стекло. Около полудюжины осколков порезали меня, один из них впился в дюйме от моего правого глаза. Один кусочек попал мне в рот, вонзившись в верхнюю десну. Я чувствовал, как он скреб по моим зубам.

– Теперь помечтай, Эндрю. Представь, что ты сможешь делать то же, что я сейчас сделала с тобой. Ты помнишь своих врагов, я уверена в этом. Можешь ли ты вообразить их страдающих так же, как и ты сейчас, и еще хуже? Примешь ли ты этот дар?

Последнее слово удивило меня. «Дар?» Эти боль и кровь – дар? На меня снова нахлынули ассоциации. Я был уверен, что понимаю, как работает этот мир. Я бы посмеялся над тем, кто не согласился бы со мной. Дома на моем столе было полно писем от читателей, которые писали что утратили иллюзии и веру после того, что я написал. Может ли теперь что-нибудь переубедить меня?

Я представил себе те муки, которые описывала женщина.

– Да.

Это слово обтекло стекло, которое застряло у меня во рту.

– Да.

Теневые руки перевернули меня и теперь я лежал на спине. Она открыла свой рот и я увидел в нем клыки. Они выглядели не как подделки из кино. Они были настоящими, органично сочетаясь с ее челюстью и торчали подобно клыкам хищника. Когда она впилась мне в шею, дыхание перестало колыхать мой иссеченный воротник. На мгновение я увидел каналы внутри клыков, в которых была засохшая кровь. Я восхищался их эффективностью…

Я думал, что знаю кое-что о страданиях, но это агония было острой и всепоглощающей, не сравнимой с тем, что я когда-либо чувствовал. Проколы были небольшими и я знал, что там не находится никаких важных нервов, но что-то подобно пламени разлилось от одного конца моего тела к другому.

Однако вскоре это превратилось в удовольствие. Это не было похоже на оргазм – было лишь ощущение завершенности и правильности. Я в своем разуме я услышал как женщина сказала:

– Эта твоя функция как добычи. Запомни, что ты оставляешь, ты больше не смертный.

Мой пульс стал прерывистым и слабым. Остановился. Клинически я мертв. Мои глаза все еще неясно видят, но вскоре и это прекратиться. В крови больше нет кислорода. Больше нет крови. Мое тело застыло.

Мои глаза потухли и я не видел, как женщина наклонилась надо мной. Я слышал, как она что-то укусила. Она прислонила свое холодное запястье к моему рту. Ее кровь, густая и медленная, потекла по моим губам. Боль вернулась, и электрошок или что-то вроде этого прокатился по моей глотке. Впервые за десять лет я что-то почувствовал в своих ногах. Теперь, когда по ним прокатился шок, я снова их почувствовал. Я почувствовал мусор, почувствовал как мои брюки касаются волос на моих ногах. Что-то неживое растекалось по мне.

Мои глаза открылись. Женщина улыбалась.

– Это был первый шаг.

***

Сейчас:

Так что видишь, я также испытал лишения. Похожие на твои. Да, я знаю, что боль от того, что ты потерял семью, работу и свое место в обществе была острой. Я тоже испытал подобное.

А теперь пришло время исправить это, если ты захочешь. Готов ли ты стать настоящим хищником, а не добычей с иллюзиями?

– У. Шекспир, Макбет

Урок Первый: Начала

Ночь холодна, но одностайникам нет до этого никакого дела. Порывы зимнего ветра несутся над севером Тихого океана, и дальше к реке Колумбия, принося острый, как нож, ледяной дождь. Скорость ветра не опускалась ниже 25 миль в час с самого заката. Иногда порывы ветра неслись со скоростью автомобиля на магистрали. Одностайники чувствовали что-то в воздухе, и, хотя не перемолвились и словом, все понимали, что должны быть на чеку, чтобы показать, что понимают, в каких условиях находятся. Лишь двое из новых рекрутов обладали по-настоящему пророческими чувствами, но этого достаточно. Валдерия (Valderie) передала свое видение грядущей встречи через наставника/судью/учителя/полицейского их братии.

Они, рисуясь, поднялись на вершину места встречи – крышу недостроенного муниципального административного здания. Ни на ком не было лишнего слоя защищающей одежды. Друит (Druitt) устроил настоящее представление, оголив грудь прежде, чем подняться на строительные леса, подтянувшись одной рукой. Футболки и расстегнутые куртки должны были произвести впечатление. «Да», – говорили предводителю (ductus) их действия, – «Мы понимаем, что память о том, как замерзаешь, больше ничего не значит. Мы знаем, как усилием воли прогнять кровь по нашим венам, чтобы сохранять тепло. Посмотри сам. Мы знаем, что человечество осталось внизу, а мы возвысились».

Эндрю наблюдал за их подъемом с тихим удовольствием. Он помнил, как долго до них доходили некоторые уроки. Если ветер утихнет, он сможет увидеть здание «Бэнк ов Америка»¹ и обгорелые следы, где Лео вчера встретил солнце. Его пример подстегнул (или напугал) остальных, и Эндрю не думал, что придется убивать еще одного из его стаи. Он чувствовал рядом Дембу (Demba). Она не настолько довольна выводком, но она всегда недовольна. Он не заметил несколько клочков тени, оповещающих о грядущем ударе. Он надеялся, что его ученики переживут эту ночь.

В тот же миг все семь подопечных Эндрю сели или растянулись на брезенте крыши. Через Винкулум он мог чувствовать их страх и предупреждение. Он был удивлен, насколько дальновидными оказались Минг (Ming) и Другой Клинок (Other Razor), и поздравил их. «Вы хорошо справляетесь. Конечно же, этого не достаточно. Если вы действительно думали, что это ловушка, надо было держаться подальше. Но ваша обеспокоенность – хороший знак. Те из вас, кто выживут, скорее всего, будут хорошо заботиться о себе и остальных». Он остановился. Никто из выводка не чувствовал этого, но Эндрю слышал шепот во тьме и поспешил.

– Это ночь лекций, – с тая вздохнула в унисон. – Не от меня. Сегодня ночью вы будете слушать женщину, которая однажды научила меня всему, что я знаю.

Он слегка театрально поклонился, и Демба соткалась из теней плаща Эндрю. Она не улыбалась ученикам. Все их мелкие неосознанные движения и нервные подергивания немедленно прекратились. Ее настоящая внешность была полностью спрятана: в эту ночь она стояла, словно статуя, вырезанная из тени, лишенная всех черт лица, кроме длинных и острых клыков. У нее не было губ, которые могли бы видеть ученики, но ее слова летели скорее по воздуху, нежели непосредственно в их сознание.

– Добрые вечер, молодые Сторожа. Это будет лекция и проверка в одном лице. Давайте приступим.

Вся правда

Во-первых, позвольте мне открыть вам основополагающую правду, ключ к пониманию всего того, что значит быть вампиром. Вот оно: мы никогда не узнаем правды.

Вы знаете, что все доказательства могут быть лживыми. Некоторые из вас тут могут сами сотворить столь безупречные творения искусства, что ни один дышащий критик искусства не отличит их от настоящих. Вы знаете, что за деньги можно купить многое, что убеждение и запугивание могут дать вам все остальное, и что ни одно человеческое существо не может даже представить, что можете вы и такие, как вы.

Более того, вы знаете, что в добровольности и памяти всегда можно сомневаться. Большинство из вас могут заставить смертного сделать что-либо без осознания того, что в данный момент он является просто вашим инструментом. Некоторые из вас учатся искусству личного обаяния, заставляя их любить вас просто силой своей Крови. Без сомнения, вы видели, что ваш предводитель (ductus) и другие старшие Каиниты способны на гораздо большее, нежели те фокусы, которые вы выучили на сегодняшний момент.

Где же во всем этом правда? Воспоминания любого могут быть изменены. Все факты могут быть подкорректированы, созданы или стерты. Вы не можете рассчитывать ни на что. Все, внутри и вокруг вас, может быть ложью, возможно, созданной умышленно, возможно, являясь побочным эффектом какого-то плана, который вас не касается, возможно, даже являясь результатом случайного психоза. Ведь никто из вас никогда еще не встречал по-настоящему сумасшедшего старца, не так ли? Просто подождите следующего Великого Бала (Palla Grande). Между тем, развивайте паранойю.

Давайте на минутку представим, что вы существуете. Я не даю вам слова, что сдержалась от вмешательства в ваше осознание происходящего. Зачем мне это? Никто из вас не может сказать, лгу я или нет. Поэтому я просто утверждаю. Вы – Каиниты, так же как и я. Мы, по факту, вид ходящих трупов, питающихся кровью живых. Мы горим на солнечном свету. Наши потомки становятся слабее с каждым новым поколением. Мы не являемся частью природного мира. Мы не вписываемся в рамки науки, а наука – далеко не чушь, что бы не говорили всякие глупцы. Она объясняет множество граней мира, и тот факт, что она не может объяснить нас – всего лишь еще один знак того, что мы чужды природе.

Возможно, я еще к этому вернусь позже. А пока запомните вот что: то, кем вы являетесь здесь и сейчас, еще не означает, что те истории, которые мы рассказываем друг другу о том, что мы есть, правда. По отдельности каждый из вас лгал другим и самому себе о том, как он стал таким, каким есть сейчас, и про то, кем вы были до смерти, и после. Думаете, мы перестаем лгать с возрастом? Нет, так же, как и не перестаем ошибаться в наших взглядах и логических выводах. Когда мы говорим о нашем общем прошлом, мы рассказываем сказки. Так же, как вы должны различать то, что выглядит, как факт и то, что в итоге может служить доказательством, вы должны различать приведенные факты и объяснения, им данные.

Истоки Земли

Многие Каиниты, вне зависимости от того, верят ли они в принятый миф о нашем происхождении, или нет, описывают его как христианскую историю. «У Адама и Евы было два сына», – говорит история, – «и звали их Каин и Авель. Авель был пастухом, а Каин земледельцем. Каждый принес свой лучший урожай в жертву. Бог принял жертву Авеля из мяса, но отверг жертву Каина из фруктов и зерна. Каин убил своего брата. Бог проклял Каина вампиризмом. Все Каиниты произошли от Каина». Некоторые версии приукрашивают историю детальными этапами того, как наш темный отец Каин отверг прощение Господа, познал темные секреты от Лилит и вообще вел себя как персонаж народного кэмпбеллийского фольклора. Этого в наших же интересах.

Во-превых, я считаю, что совсем недавно над принятой историей поработала рука редактора. Окончание «е» в слове «Каин»² не имеет смысла ни в одном из древних языков Ближнего Востока, где предположительно возникла история и попахивает носителем английского языка, который к тому же не следил (или не следила) за своим произношением. Принимая во внимание то, что мы очень подвержены гордыне и хвастовству, я не удивлюсь, если неизвестный редактор просто считал, что именно так по-настоящему звучит имя нашего отца в противовес версии невежественных смертных.

Отставив имя в сторону, сама история вписывается в подозрительно узкие рамки. Связь с Адамом и Евой на самом деле вообще не важна для истории, и некоторые ученые нашего клана утверждают, что некоторые ранние версии истории вообще не упоминают еврейских персонажей. Бог, который проклял Каина, не обязательно должен быть Богом в том смысле, в котором его предполагают современные христиане или иудеи, и, возможно, даже не в том смысле, в котором его представляли древние жители Месопотамии или Вавилона. Бог из этого рассказа – могущественная сила, которую успокаивали с помощью жертвоприношений, способная наложить проклятие нежизни. Вот и все. Все остальное – домыслы.

Я верю в то, что история передает нам важную правду, которую я попытаюсь до вас донести.

Каин и Авель представляют, соответственно, общества палеолита или древнего каменного века и неолита или нового каменного века. Предки людей занимались собирательством и питались падалью до того, как начали охотиться. На протяжении долгого времени большие звери охотились на людей по крайней мере так же часто, как и на других существ. До того, как храбрые воины начали охотиться на этих зверей, трусливые защитники собирались в кучки в надежде отбиться от хищников. Вот где впервые начало применяться первое оружие – не для агрессии, а для защиты. Каин как раз старший брат – символ мирного, пассивного и запуганного существования. Авель, младший брат, символизирует движение вперед, к господству и завоеваниям.

Как я говорила вначале, всей правды знать не дано. Я верю в то, что «Каиниты», за неимением лучшего слова, бродили под беззвездным ночным небом задолго до известных цивилизаций человечества, и, по сути, даже до самого человечества. Возможно, доминантные виды каждой эры получали силу бессмертия, или еще как-то. В любом случае, я верю, что разумнее утверждать, что хищники, которых боялись Каин и его народ, были не просто дикими зверями, но существами, подобными нам, по крайней мере, в чем-то. Возможно, те первые Каиниты были людьми, возможно они принадлежали к какому-то другому виду приматов, возможно что-то еще и все вместе. Авель-охотник охотился не на обычных зверей, он воевал с дьяволами в ночи.

Пример Каина подсказывает, что не стоит недооценивать скот. Сначала он вырос и одержал верх над своим братом, и только потом начал повелевать силами тьмы. Возможно, они насильно наградили его нежизнью, но возможно он заставил их сделать это, а после уничтожил их. Тот факт, что от них не осталось и следа кроме неясных намеков в подобных историях, показывает насколько велика была его победа. Кем бы ни были «Каиниты» до него, они не оставили потомства, которое бы сейчас мог наблюдать кто-либо из нас. Все мы дети Каина. Вот почему мы чтим того, кого некоторые из вас называют «пахарем-убийцей» – не за его земледелие, но за основательность, с которой он стал тем, чего прежде боялся, и что ненавидел.

Каин – это обретший величие скот, одержавший верх над всем, что ему враждебно. И потому он поистине наш идеал, наш платонический идеал, если хотите, тот, во имя кого мы нападаем на наших врагов.

Богиня

Прежде чем я продолжу, позвольте мне предостеречь вас от домыслов. Самое древнее проявление поклонения людей, из тех, которые мне известны, это поклонение великой и ужасной богине. Естественно, что мужчины на протяжении всей истории (и раньше) старались выставить власть женщин злым и неестественным явлением. Тем не менее, это далеко не вся история. Возможно, Каин был первым мужчиной вампиром, но привлекшие его внимание отпрыски были женщинами. Только собрав воедино представления людей всех континентов о женщине, окутанной тьмой, которую нужно было умилостивить кровью наряду с другими дарами, вселяющую благоговейный страх всем и каждому, мы сможем приподнять завесу прошлого.

Перед Потопом

Если вы прислушаетесь к сказкам, то сможете рассмотреть нодистов в нашей секте³. Они охотно болтают о Первом и Втором городе и черт знает о чем еще, рассказывая об этом брате, той сестре и прочих племянниках. Я не терплю всего этого, кроме как в качестве развлечения в скучную ночь. Вы можете соглашаться или не соглашаться. Пускай сказочники озвучат свои версии, а вы сами определитесь.

Тем не менее, некоторые моменты можно обсуждать. Насколько бы ни было достоверным все то, что я вам говорю, то, что касается мира физического – правда. Взгляните сами, послушайте других, кто в курсе. Гораздо легче заметить подделку в камне, нежели в душе.

Само слово «Допотопный»⁴, говоря юридическим языком, не предполагает факт как однозначный. Гораздо сильнее оно указывает на ложность этих предположений. Кто присутствовал при этом вселенском потопе? Ни один бог или дух никогда не затоплял весь мир полностью за время существования человечества, уничтожая всех кроме нескольких избранных. Потопы разрушали различные части мира, как в одночасье так и постепенно. Но слово «Допотопный» предполагает пережившего наводнение, которое уничтожило почти всех остальных. Это, как сказал бы ученый или исследователь, по крайней мере высокомерно. Используйте это слово только для обращения к старейшинам, близким к Каину и к тем, кто ниже поколением (или поколениями) и вы избежите впадения в заблуждение и веры в сказки.

Следы Каинитов, которые мы находим в истории во многом такие же, как и ныне. Существовали те же кланы, не считая некоторых сомнительных экспериментов по пробуждению своих создателей или самонадеянных манипуляторов. Вот еще один урок Каина. Не недооценивайте скот. И если скот может добиться столь многого, сколь многого можем достичь мы? Я остерегаюсь некоторых действующих Каинитов, которые помнят события дохристианской эпохи, но у нас есть некоторые документы и физические доказательства, а так же весьма детальный перечень Каинитов, чей возраст переваливает за тысячелетие.

Все различия в Каинитах, например, эти независимые нынешних линий крови, легко объясняются первым приходящим на ум предположением. Можете, если хотите, действительно верить, что Каин и его дети основали город Енох. У меня нет доказательств, что вы ошибаетесь. Я просто говорю, что у вас нет очевидных доказательств этого. Нодистская писанина определенно столь же полезна, сколь и любая святая книга, которые, откровенно говоря, таковыми не являются, если только не нужно узнать, что священники хотят, чтобы ты делал или думал.

Мне кажется, что если бы мы могли заглянуть в древнейшую историю, то узнали бы, что некоторые кланы существовали задолго до Каина. Особые дары каждого рода иногда меняются со временем, образуя линии крови. Это в точности соответствует дарвиновской теории эволюции, и поскольку мы сверхъестественные существа, мы тем не менее, частично естественны. Одно важное замечание: мудрецы нашего клана выделяют 13 кланов, плюс-минус несколько, в зависимости от того, кто где ставит черту между «кланом» и «линией крови». Если не привязываться к мистицизму и нумерологии, я не вижу веской причины, чтобы считать, что мы знаем всех Допоптопных и их потомков. Не думайте, что знаете обо всех, кто встает с закатом.

В любом случае мы тут и там. Самые ранние человеческие поселения располагались на юго-западе и юге Азии. Даже если мы откажемся от идеи настоящего существования города Енох, археологические записи дают основание находить огромное количество реальных фактов, лежащих в основе мифологии.

Чатал-Хююк предшествует всем остальным человеческим городам. Его остатки находятся на плато внутренней Турции, на территории, ныне запустевшей, а тогда плодородной. К 6500 году до нашей эры это уже был процветающий город, с более чем 6000 постоянных жителей. Около 5600 года до н. э. этот город уже был покинутым, ради новых земель на западе, а около 4900 года до н. э. люди полностью исчезли с этих земель. Человеческие археологи спорят по поводу причин, что спровоцировали такое поведение жителей. Чатал-Хююк был единственным узлом торговых путей в самых различных направлениях на сотни миль вокруг.

Довольно странным является тот факт, что в городе не было улиц. Дома стояли тесно друг к другу, с открытыми крышами, чтобы люди могли выходить. Движение шло по крышам. Предположительно, мостики, лестницы и спуски соединяли вершины крыш с окружающей холмистой местностью. Город развивался вокруг обсидиановой и вулканической богини, которая его создала. Образы всепоглощающей богини-создательницы переполняли город. Дикие леопарды, которые даже сейчас охотятся на человечество и остальной род приматов, служили ей. Окутанная кромешной тьмой, она дышала разрушительным жаром, из которого рождалось черное стекло. Ее служители в Чатал-Хююке выменивали на него все необходимое и драгоценное, чего не могли производить сами, распространяя дары недр по всему свету, и вместе с ними веру в богиню.

Вас это ни на что не наталкивает? Когда вы слышите эту историю, не думаете ли вы в этот момент о силе, что живет в вас, представляя, как она движется по улицам первого города? Разве не представляются вам самые дальние предки сиров ваших сиров, рукой или тенью собирающие жертвы из переполненных жизнью домов? Не предстают ли перед вашим мысленным взором личности столь ужасные, что скоту легче олицетворять их и ассоциировать с ними силы самой земли? Разве сложно представить верующих людей, разбитых в результате ужасающего противостояния между лордами и леди-Каинитами, бегущими, сломя голову, чтобы основать новый город, потому что старый утонул в крови и неудержимой ярости?

Вот он, наш Енох, эхо нашего нынешнего положения из прошлого, напоминающее о нашем наследстве. Пока для вас этого достаточно.

Ветра утихли, и ледяной дождь умер в наметенных сугробах. В тишине температура незначительно повысилась, а затем упала. Град и снег превратились в сухой лед.

Это никак не отразилось на размеренной поступи Дембы. Ее ноги, сотканные из тени не оставляли следов на поверхности крыши. Ее голос, исходящий из окутанного тьмой горла, не дрожал и не заикался. Друит пожалел, что устроил такую показуху из восхождения, и теперь разгонял витэ по венам, чтобы сопротивляться обморожению, грозящему пальцам рук и ног и ягодицам. Остальные сбились в кучку не для того, чтобы сохранить тепло, а чтобы не производить лишних движений, и укрыться от порывов острого ветра.

Демба остановилась на полушаге. Ее лицо оставалось таким же черным. Собравшиеся услышали короткий вдыхающий звук – это воздух прошел через отверстие, слабо напоминающее человеческий нос. «Уже позже, чем я думала. Еще одна тема и на сегодняшнюю ночь хватит».

Истоки во Тьме

Вне зависимости от истории, есть то, что повторяется снова и снова. Мы клан высокой тьмы и наши истоки можно увидеть в каждой тени. Страх, живущий в сознании и культуре людей, питает наш род, дает нам возможности на нем играть, то, что на современном бизнес-жаргоне можно назвать «рычагом».

«Самое старое и сильное чувство – это страх. А самым старым и сильным страхом является страх неизвестности», – так сказал американский писатель, Лавкрафт, лет 80 тому назад или около того. Лавкрафт показал своеобразную слепоту своего времени, когда считалось, что все, что происходит из страхов, не имеет корней в реальности. Теперь я скажу вам то, что вы уже должны знать: скот правильно делает, что боится нас. Когда вы сплетаетесь из теней, повинующихся вашим приказам, демонстрируя, что спокойно можете сокрушить человеческое тело и опутать людской разум, вы показываете не только свою силу, но наследие многих тысячелетий нашего вида.

На протяжении всей истории и еще раньше, божества ночи требовали от человечества крови и мяса. Это наши сиры. Вы – Артемида. Вы – Ахриман. Вы – вулканическая богиня Чатал-Хююка и вы – Тецкатлипока, ацтекский бог дымящегося зеркала. Кажется, вы настроены скептически. Подумайте, ученики. Тьма, настолько плотная, что затеняет солнце, повинуясь кое-кому, кому нужно крови больше, чем любому другому богу, кроме солнца? Что-то мне это напоминает. Вы – Ингума, баскский дух, крадущийся в ночах Иберии и душивший спящих жертв, которые не умилостивили его. Вы – Хина, полинезийская богиня, охранявшая подземный мир и обучавшая ремеслам.

Вы – олицетворение тьмы. Вот, как можно проследить ваших предков от самого начала. Ищите тьму в истории. Там вы найдете нас.

Внезапно, форма Дембы распалась. Ее тень соскользнула с крыши, оставив Эндрю и его стаю одних.

Урок второй: Античность

Шторм стихал, оставляя после себя лишь ветра, достаточно холодные для того, чтобы не таял лед. Стая Эндрю провела две ночи, ища остановившихся водителей и питаясь от них. Эндрю сделал из этого тренировочную игру, целью которой было сделать как можно большую резню, не оставив и зацепки для полиции или кого бы то ни было еще. Минг оказалась самой изобретательной, остроумно приспособив покровы временной тени, чтобы скрывать все то месиво, которое творилось, пока она потрошила своих жертв.

На третью ночь, Эндрю беспокойно проснулся в общем убежище стаи. Какой-то подсознательный сигнал подсказал ему держать стаю вместе. Он убедился, что неонаты обсудили урок Дембы и все, что с ним связано, так что они будут готовы ответить на вопросы собачки епископа на следующем Фестивале Мертвых (Festival of Dead). Он бы не удивился найти еще больше причин протирать штаны в подвале старой гостиницы.

За дверью сидел невысокий Каинит. Он был одет в желто-коричневый костюм, на нем были слегка затемненные очки. Его кожа была смугловата. Эндрю слышал о нем и немедленно выбрал формальную модель поведения.

– Добро пожаловать в наше убежище, сэр. Надеюсь, ваше путешествие было достаточно приятным, и Его Превосходительство архиепископ не будет нуждаться в ваших услугах этой ночью.

Невысокий каинит – один из паладинов архиепископа, ученый и первоклассный мучитель.

Губы паладина расплылись в грубом подобии улыбки.

– Спасибо, господин. Да, было, и нет, не нуждается. Прошлой ночью Демба рассказала нам о своей обучающей миссии. Она должна была прибыть, чтобы продолжить, но ее внимания отвлекли другие вещи. Я предложил помочь.

Эндрю не высказал своих домыслов, пока будил стаю, представляя ее паладину и подготавливая убежище для лекции. Неужели Дембу уничтожили? Неужели началось вторжение стоящего врага? Эндрю знал, что, скорее всего, ничего не узнает, поэтому постарался переключиться, когда паладин начал лекцию.

Допотопные

Бойтесь отравить дар скептицизма ядом беспочвенных сомнений. Тот факт, что один из элементов истории – ложь или, по крайней мере, не подтвержден, не исключает всего остального. Я напоминаю вам об этом в самом начале, потому что расскажу вам о фактах, которые зачастую сопровождает ложь.

В независимости от правдивости или ошибочности мифа ноддистов, Допотопные реально существуют. По факту, по крайней мере, 13 Каинитов-прародителей, каждый ответственный за один из основных кланов, до сих пор живут на земле, или когда-то жили (возможно, были и другие, чей род не выжил или которые были забыты по тем или иным причинам). Я верю в то, что все они спокойно дожили до христианской эры, и даже сейчас большая часть жива, чем нет. Понять Допотопного – часто значит понять многое про весь клан.

Допотопный Ласомбра был вполне реальным. Он исчез всего несколько столетий назад, и даже в нынешние ночи мы знаем тех, кто его видел, кто говорил и жил с ним. Его сущность во многом определила нашу природу.

Допотопный изначально жил где-то на западе Средиземноморья. Со временем, Сицилия стала излюбленным убежищем этого существа, а почему – расскажу чуть позже. Он мог родиться или жить там, но с таким же успехом мог происходить откуда угодно. Я склоняюсь к Мальте. Там есть несколько очень старых храмов, построенных из черного камня с обсидиановыми артефактами, а так же там достаточное количество пещер, вокруг которых ходят легенды о чудовищах. Это наталкивает меня на мысль, что Калипсо – попытка смертных дать объяснение тауматургу нашего Клана. Другие историки Ласомбра указывают на Корсику, Сардинию или Балеарские острова. На самом деле, мы никак не сможем ответить на этот вопрос однозначно. Это в основном способ оправдать дальнейшие исследования и аргументы.

Тем не менее, кое-что Каинитам известно наверняка. Во-первых, наш основатель происходил из Средиземноморья. Не вызывает сомнений тот факт, что все древние Ласомбра ведут свой род из тех краев, и только за последующее тысячелетие распространились по всему миру. Во-вторых, если говорить конкретнее, он пришел из западного Средиземноморья; он часто говорил о цивилизациях восточного Средиземноморья как о не столь отдаленном зарубежье, относясь к ним больше, как к целям, нежели как к дому. В-третьих, он был существом морским, или островным жителем или выходцем из какого-нибудь прибрежного народа.

Это не просто исторические факты. Теперь они отражаются эхом внутри вас. Вы, должно быть, чувствовали некоторое очарование в том, чтобы проснуться пораньше и наблюдать красоту заката, и никогда не ощущали подобного побуждения увидеть начало рассвета. Вы, должно быть, даже чувствовали драйв, проводя время на, рядом или под водой, даже если при жизни вам было на это наплевать. Это часть вашего наследства, так же, как и власть над тенями. Вы, так сказать, часть того, что я изучаю, так же, как и сам я.

Одной из главных причин, почему можно ставить под сомнение миф ноддистов, является то, что приведенный там список детей Каина плохо вяжется с реально существующими Допотопными. Кто мог быть подходящим сиром для Допотопного Ласомбра? Никто из троих не подходит полностью. Как по мне, они неплохо вяжутся с камарильскими кланами, но в истории фигурирует несколько больше персонажей, чем эта милая семерка. Как бы там ни было, какой-то Каинит Обратил нашего основателя, нашедшего себе убежище в тенях. По поводу природы сира среди ученых идут ожесточенные споры. В основном мы (хотя и не всегда), сходимся в том, что Допотопный не мог сам превратиться в Каинита, но, откровенно говоря, о сире мы не знаем ровным счетом ничего.

Народы моря

У нашего клана есть древние традиции лидерства в самом изначальном и чистом смысле этого слова. Мы не пачкаем руки, занимаясь подсчетом мелких деталей; мы командуем и завоевываем. Во времена античности, вы можете увидеть это в пиратах. Демба, наверное, рассказала вам о Чатал-Хююке, но она часто уделяет слишком много внимания поселениям. Это связано с ее личной историей. Я бы хотел поговорить о людях дороги. Еще в самой ранней истории мы можем найти упоминания о великих налетчиках.

Во втором тысячелетии до нашей эры так называемые «народы моря»⁵ разоряли обжитые земли по всему Средиземноморью. Гиксы даже правили Египтом две династии подряд. Вскоре народы моря контролировали всю торговлю в Средиземноморье. Никто не мог проплыть, не заплатив им дань под страхом быть уничтоженным. Более того, на переломе тысячелетия, морские народы сыграли решающую роль в уничтожении цивилизаций Бронзового века в и вокруг Греции, начиная эру, которую более «сухопутные» историки называют «Темными веками». Веками тьмы. Еще что-то говорить надо?

Что, простите? Да, сэр, вы правы. Лорд Эмори, я хочу похвалить вашего ученика Друита за внимательность к деталям. Правда, одно дело – говорить об исторических событиях и совсем другое – как это относится к нам. Позвольте мне привести несколько конкретных примеров. Это из египетского рассказа о казни банды налетчиков морских народов, схваченных в дельте Нила. «Как только вспыхнул огонь, все пленники воззвали к разным богам. Некоторые обращались к богам нашей земли, даже правильно вознося молитвы Анубису. Большинство взывали к силе тьмы, которую они называли Лаца Омри Бара (Laza Omri Baras), что, как сказали священники, означало «Бог реки Тьмы», но он не внял их молитвам и они умерли». В другой записи, сделанной капитаном корабля, который единственный из всей команды вышел живым из резни по пути из Фив в Афины, этого бога называли «Ла-Сом-Бу» (Lau-Som-Bheu), что, вполне возможно, на древнем индоевропейском языке означало «взаимная выгода от знаний» или «взаимная выгода от власти».

Я могу приводить еще много примеров, но, кажется, этих достаточно. Имя нашего Допотопного слетало с губ налетчиков, взывавших к силам могущества и власти. Это не может быть доказательством в чисто научном смысле этого слова, но, если уж на то пошло, здесь тоже не университет. Вам не поставят двойку за неудачную попытку разобраться в утерянных когда-то деталях и за тягу к знаниям, которые могли бы спасти вас, удосужьтесь вы узнать больше о своем наследии.

Первое разделение

В 1627 году до нашей эры произошло извержение вулкана Тера. Глупые ученые пытаются всеми возможными способами связать это с Исходом в Атлантиду, тогда как это было не большим, чем это было – сильным извержением, развеявшим пепел и пыль по всему миру. Море восстановилось довольно быстро, но многие прибрежные убежища пострадали. Из-за извержения, примерно треть нашего клана решила отправиться на поиски лучшего питания и возможностей.

В это время наш Допотопный отправился в одно из своих великих путешествий, вернувшись столетия спустя со своим дитем Монтано, чье имя у нас ассоциируется с глупостью чести. Но об этом потом. Он путешествовал не в одиночку, и мы можем установить тесную связь между разделением клана после извержения Теры и появлением Старцев Ласомбра в Африке и Средней Азии. Ласомбра в Новом Свете до 1492 года – отдельная тема, о которой мы поговорим позже. Достаточно будет сказать, что именно в это время Ласомбра Четвертого и Пятого Поколений расселились по всему миру, хотя и не очень густо.

Есть вопросы? Ах, да. Да, конечно же, мир с затянутым черной пеленой небом, благоприятен для нас. Но мир, в котором наши пищевые запасы скудны и хорошо защищены – нет. Потери смертных во время извержения – вот что стало причиной раскола.

Паразиты и мор

Я не буду вдаваться в подробности об отношениях нашего клана с пиратами на протяжении нескольких столетий, прошедших под эгидой про-греческой власти после темных лет. Начнем с того, что тот, кто для одного – пират, для другого – герой. Грань между пиратом и солдатом – это грань между мной и вами. Децентрализованные правительства тех времен ловили возможность и… тут надо определиться с терминологией.

Каиниты, больные совестью, этим самым жалким остатком их смертной жизни, иногда называют наш род паразитами. Естественно, это не так. Мы – хищники. Мы так же, в некотором роде, болезнь человечества. Возьми проклятие чумы. Она начинается, проносится по территории, убивает всех самых подверженных и затем затухает. Точно так же поступают налетчики и воины человечества. Они нападают, забирают самую ценную добычу, а затем ждут, пока эта добыча снова накопится. Мы поступаем так же, когда действуем гораздо более решительнее, чем привычные «прятки» Камарильи. Пиратство – часть наследия нашего клана. Это так же очень благоразумный способ существования Каинитов.

Эпидемиологи скота рассматривают человечество и прочие виды как средство болезни для самораспространения. То же самое относится и к ним. Человечество – средство Каинитов, чтобы плодить новых Каинитов, или просто источник пищи.

Заметь, что подобный взгляд сразу же развеивает распространенное заблуждение в том, что история человечества сильно зависит от наших желаний. Это не так и так быть не должно. Скот делает свой выбор. Мы тоже. Мы принимаем события, которые способствуют нашему хорошему питанию и размножению. Но мы ничего не делаем с тем, что усложняет нам жизнь, потому что в этот момент заняты нахождением козла отпущения. Мы не способствовали многим изобретениям, потому что это нам не нужно, так же как эволюция не стремилась к новым видам, выведенным искусственно. Мириады решений, принимаемых человеческим родом каждый год – это социальный эквивалент мутаций, а мы – сила сверхъестественного отбора.

Подобно болезни, которая устанавливает некую связь с пораженным организмом, мы стремимся к состоянию, при котором скот процветает (настолько, насколько нам потребно), а вместе с ним процветаем и мы. Для этого нам не нужно править ими. Как их истинные владыки, мы можем взять – и берем – все, что считаем нужным, не утруждая себя тем, чтобы быть первыми среди равных. Человеческие существа не участвуют в социальной жизни своих стад, и нам это также не пристало.

Второе разделение

Как говорят у нас, все хорошее когда-нибудь заканчивается. Так же произошло и с золотым веком пиратства Средиземноморья. Империя Александра сильно стеснила нашу деятельность в восточном Средиземноморье – пол десятилетия никто не мог провести ни одного достаточно прибыльного похода на этой большой морской территории, и это достаточно печальное положение вещей сохранялось на протяжении последующих десятилетий. Не смотря на все споры между собой, военные ставленники Александра много раз успешно давали отпор нашему народу и братьям по духу.

Решающий удар по нам нанес римский генерал Помпей, за 68 лет до всеобще принятого года рождения Христа. Это человек должен был быть одним из нас, как и его великий воинский талант. Всего за несколько месяцев он получил от римского Сената огромную власть и богатство и, по сути, вырубил под корень все организованное пиратство в Средиземном море. Больше никогда море не принадлежало нам. Теперь римское название «Mare Nostrum» или «Наше море» было чем-то большим, чем неподкрепленное хвастовство. Убежища многих из нашего клана пали перед одновременным натиском с моря и суши, включая бастион на Мальте, который до тех пор чаще всего служил пристанищем Патриарху. С тех пор черная цитадель на Сицилии часто служила пристанищем для нашего отца.

Со смертью пиратства наш клан снова разделился. К концу первого христианского столетия, Ласомбра распространились по всему Старому Миру, хотя многие из тех, что ушли на Восток впоследствии пали от рук Катаянов и прочих опасностей. Так же поход Помпея значительно укрепил сухопутную часть нашего клана.

В основном я говорил о нашем клане на воде. Это правда, что некоторые семьи лучше чувствовали себя на земле, вплетая себя в ткань человеческого общества и нося получившуюся одежду как для маскировки, так и для приманки. Сам Патриарх проводил эксперименты с обществом смертных, хотя в основном это была лишь часть его непрерывного поиска подходящих детей. Как члены Шабаша, вы знаете, что отождествление себя с человечеством порочит нас, закрывая глаза на истинные возможности. Вы унаследовали древнюю и славную традицию власти извне. Тем не менее, надо сказать пару слов о противоположенной традиции власти изнутри.

По мере того, как вы будете встречать Каинитов, принадлежащих к другим кланам, то заметите прямую связь: чем старательней, вне зависимости от причины, клан пытается сохранить глупую иллюзию человечности, тем громче его члены хвастаются своими достижениями в «контроле» и «манипулировании» человеческим обществом. В частности, этим славятся Вентру и Бруха, у которых молодняк, получивший Становление лишь несколько ночей назад, ведет себя так, словно собрался заново переиграть Пунические войны. Вы можете спокойно смеяться над этим – по сути, не можете, а обязаны. Я хочу показать вам запутанность нескольких реальных ситуаций, которые, как по мне, гораздо интереснее мифологии Каинитов.

Рим

Как я и говорил, кампания Помпея сфокусировала на себе внимание всего клана. Теперь это было просто невозможно – продолжать пиратство, как приоритетный вид выражения хищничества.

Вероятно, в представлении многих из вас, Римская Империя – нечто сплоченное, стабильное. Все было не так. Начнем с того, что в 68 году до нашей эры это еще не была империя. Это была ужасно коррумпированная и сложная, так сказать, республика, которой правили аристократы, обожавшие вставлять палки в колеса тем, кто обладал силой. За столетие до похода Помпея, республика контролировала территорию от восточной Испании до самой западной точки Греции. Карфаген до сих пор стоял, хотя большая часть его империи уже пала. К моменту начала похода Помпея республика расширила свои границы на юг, захватив бывшие карфагенские земли (и мертвые руины самого Карфагена), всю Грецию, Египет и почти всю Малую Азию.

Как это ни парадоксально, но Каиниты к этому почти не причастны. Конечно, наши предки не сидели, сложа руки, и налаживали сеть контактов, пестовали смертных протеже и так далее. Мы читали о некоторых полководцах, пораженных безумным страхом перед тенями или таинственными убийцами в ночи, и вы можете улыбнуться в ответ. Как бы там ни было, империя держалась не на этом. Все влияние вампиров сводится к легким корректирующим побуждениям и помехам на пути человеческой истории. Полное отсутствие вмешательства вампиров должно дать вам понять, что это не то, для чего нас создала природа (или иные силы).

Успех Помпея привел к падению республики. Слишком много всего накопилось. Достаточно сказать, что завистливый Сенат хотел ограничить его власть и отказывал ему во всем, что он просил от имени своих войск, а когда через двадцать-тридцать лет пыль улеглась, вдруг оказалось, что республике пришел конец. Юлий Цезарь открыто правил как император, и к моменту его смерти империя максимально расширила свои границы.

Как минимум два известных варианта Пути Ночи датируются началом христианской эры. Само по себе христианство быстро распространялось потому что римские граждане путешествовали с беспрецедентной легкостью и безопасностью, и вы знаете, как многие из нас интересовались христианской верой. Дворы Крови покинули свою вавилонскую колыбель, чтобы отразить новые представления среди смертных и Каинитов об эффективности и правосудии, результаты чего широко применимы даже сегодня.

Урок третий: Великий Мятеж

Фестиваль мертвых закончен. Как всегда, полиция и мэр лихорадочно пытаются объяснить новые трупы. Как всегда, они пытаются все замять, но веселый Шабаш постарался сделать так, чтобы местные СМИ были в курсе, а трупы попали на обложки. В последнюю ночь Фестиваля Эндрю добился-таки того, что его голову покрыла шапка епископа, венчая его триумф над конкурентами. Больше не предводитель (ductus), а, представьте себе, Епископ Эмори. Его счастью в этот момент не было бы предела, если б не старейшина, стоящий за спиной и осматривающий город с руин дома, который они подожгли во время вчерашнего танца огня.

Брат Осо выглядел точно, как медведь с таким же именем. Он был на полфута выше Эндрю, с огненно-рыжими волосами и бородой. Густые курчавые волосы покрывали его руки и кисти, гуще, чем у кого-либо на памяти Эндрю, кто не перекидывался в форму зверя. Брат Осо – грузный, но не похоже, что в нем есть хоть капля жира. Эндрю прекрасно помнил, как Осо жонглировал тремя горящими кровельными балками, стоя на одной ноге, а второй «набивая» несчастным пожарником, которому не повезло первым прибыть на место.

Осо отвел взгляд от панорамы, чтобы взглянуть на Эндрю:

– У тебя достойная стая, Эндрю. Если так и будет продолжаться, мне кажется, они последуют за тобой путем славы.

– Спасибо, сэр. Надеюсь. – Эндрю не знал, как ярко Осо хочет, чтобы к нему проявляли уважение, поэтому он говорил в нейтральном тоне, который можно было по-разному интерпретировать.

– Я бы хотел поговорить с ними перед уходом. Ты не возражаешь?

– Я сочту это за честь. Я горжусь стаей, которая понимает мир, в котором живет, и в независимости от того, чем Вы им скажете, это, несомненно, послужит им верой и правдой.

Осо кивнул, затем спрыгнул через спину, ловко приземлившись рядом с собравшейся стаей.

Убийство отца

Никому из вас не ведомо, какого это – существовать в присутствии бога, или кого-то настолько могущественного, что вполне может быть богом. Вы смотрите на своих лидеров на Фестивале и они кажутся вам ужасающими, но никто из них не старше четырех сотен лет. Я был самым старшим из присутствующих на церемонии, но и мне нет и тысячи лет. Но я испытывал на себе взгляд нашего основателя и знаю, почему это отцеубийство было необходимо.

Вы – честолюбивые существа. Это часть вашей природы и если бы вы не подкрепили это своими делами, вы бы не дошли так далеко. Вам тесно под мертвой рукой тех, что над вами и смотрите на архиепископа или кардинала, думая, сколько же столетий они еще продержаться на своих постах. Не удивляйтесь. Помните, что это сложно – скрыть от старейшин свои тайны; планируйте соответственно. Но теперь представьте, что ваши лидеры существуют не просто десятилетия, а тысячелетия, и что вы в любой момент можете осознать, что вами командует существо, которое старше всей записанной истории. Представьте, что все ваши надежды и страхи – как на ладони, а ваши планами случайно вписываются в схему, которая старше, чем язык, на котором вы говорите.

Великий бунтарь

Наш клан в его нынешнем составе начинается с Грациана Веронского (Gratiano de Veronese), потомка средневекового итальянского рода. Он вырос в начале XII столетия в теплице пиренейской политики. Германская империя правила верхней частью региона, тогда как Нормандское королевство Сицилии контролировало большинство остальной территории. Религиозная и гражданская политика зачастую были одним и тем же и всегда сталкивались друг с другом.

Грациан был одним из многих амбициозных дворян. Впервые он показал себя как талантливых проповедник, используя статус епископа, который семья купила ему, когда тому шел третий десяток, чтобы во благо семьи подняться в глазах народа. Под личиной праведного гнева на грехи знати, он мастерски настраивал толпу против нежелательных соперников, в основном присваивая всю славу, которую они теряли, убегая со всех ног. Как только де’Вероны оказалась в безопасности, он начал действовать шире. В частности, он надеялся собрать действенную коалицию, которая бы могла заставить имперское правительство дать Италии больше автономии.

Из этого ничего не вышло. Города-государства не хотели терять своих привилегий, и вся знать в империи стала добиваться своих отдельных прав, вместо того, чтобы за кулисами объединяться против врага. Попытки Грациана зародить дух сопротивления немного повлияли на лишение большинства городов-государств независимости в середине столетия. Они стали настолько надоедливыми, что империя и нормандские сицилийцы поставили на место всех, до кого дошли руки. Но это было позже. На тот момент, а это примерно 1130 год, важно было то, что Грациан понял, что ему не суждено быть вторым Карлом Великим или Помпеем. Он планировал сойти с государственной арены, чтобы вернуться к семейным заботам сразу же после последнего визита к императору.

Во время этого визита решилось многое. Де’Вероны были озадачены во время его отсутствия, скрывая внутренние сомнения о реальном богатстве и связях Грациано. Они даже не подумали ассоциировать эти новые страхи с танцующими больше обычного тенями в своем поместье, и, конечно же, обладая лишь смертной силой воли, у них не было шансов. Все, что они знали с растущей уверенностью, это то, что Грациан опозорил честь семьи своим высокомерием и заслуженным наказанием. Агенты семьи тихо расстраивали планы Грациано, так же, как и шелест по ночам в имперских коридорах.

Вы уловили тайную подоплеку истории. Да, Патриарх Ласомбра заинтересовался Грациано, чувствуя, что пришло время ему создать новое дитя.

Грациано ответил на вызов с новым рвением. Для него это стало делом чести – встретиться с оппонентами лицом к лицу и опровергнуть их аргументы, унизив при всех. У него была хорошая поддержка среди инакомыслящих вокруг имперского трона, которые понимали, что Грациано во много прав, говоря о пользе непрямого вмешательства в правительство Италии для империи. К несчастью для становления дитем, его аргументы не могли пробить крепкие умственные барьеры власть имущих, которые имели власть отклонять или удовлетворять его запросы. Когда ему пришло смутно сформулированное предложение вернуться домой, Грациано понял, что впервые за свою взрослую жизнь получил поражение (по крайней мере, впервые не добился важной для него цели).

Ирония состоит в том, что Грациано на самом деле планировал предать семью. Баварская и богемская знать, у которых были интересы в Италии, убедили его отречься от прежних соратников в движении за автономию Италии в обмен на земли и перспективы в Германии. Грациано особо не скрывал свой растущий интерес к предложению Германии. Зато он хорошо скрывал, насколько сильно он поменял взгляды.

Неудавшийся дипломат был арестован по прибытию домой. Его родители обвинили его в предательстве, в попытке подорвать позиции семьи через многочисленные преступления против империи, которые хотел использовать в личных целях. Довольно убедительные доказательства подлили маска в огонь. Вы знаете, как хорошо некоторые из вас могут одурачить смертных; только подумайте, на что вы будете способны после нескольких тысяч лет практики. В конечном итоге Грациано попал в тюрьму, ожидая неминуемой казни.

В ту ночь Патриарх явился к нему в камеру для разговора. Не в его стиле было кого-то обращать насильно. Он считал, что дите должно само попросить перемен. К его удивлению, Грациано не был склонен принять предложение. Он был уверен, что сможет выбраться и полагался на две безупречно продуманные схемы, каждая из которых должна была сработать. На самом деле Патриарх ему очень понравился, и он захотел узнать больше о Каинитах, но он видел выбор и не хотел расставаться с жизнью так скоро.

Удивленный и немного разочарованный Патриарх больше не делал предложений. На следующую ночь он опять вернулся в камеру. На этот раз Грациано не дергался от удивления, потому что палачи сломали ему обе ноги. Его глаза не расширились от удивления, потому что были настолько заплывшие от многочисленных побоев, что не могли открыться. Патриарху не нужно было делать многого, чтобы вдохновить допрашивающих де’Веронов оторваться на молодом человеке по полной – он просто показал им и старейшинам семьи доказательства дел Грациано с Германией. Теперь Допотопный говорил с Грациано о преимуществах Становления, и на этот раз Грациано слушал куда внимательнее. Он понимал, что всего лишь смертный разум ему не поможет. Поняв это, он принял Становление.

Детали побега Грациано довольно обыденны, включая тело, которому с помощью кровавой магии было придано сходство с Грациано и которое осталось в камере вместо него. Что важно, Грациано последовал за Патриархом в его сицилийскую крепость. По мере того, как он понимал, как далеко черная рука клана (и кланов) запустила свои пальцы в дела, которыми он мечтал управлять, будучи смертным, его охватило страстное желание низвергнуть Патриарха так же, как он надеялся низвергнуть императора. Для начала он решил стать образцовым дитем Патриарха.

Некоторые из вас могут предвидеть будущее, и вы видели достаточно доказательств того, что существуют гораздо более сильные пророки. Было бы глупо считать, что Патриарх не подозревал о своем приближающемся уничтожении. Существует несколько теорий, почему он не препятствовал Грациано.

Поддержка извне. Имеется в виду, что Грациано действовал не в одиночку. То ли другой Патриарх, то ли еще какая сила помогали ему. Ходят слухи об инферналистах или злых духах из земель старых Цимисхов. Не обращайте на них внимания. Это смешно. Однажды ночью вы, возможно, лично увидите Грациано, и что бы кто ни говорил, от него даже не пахнет инфернальностью или чем-то таким. Что же до остальных манипуляторов, то теория, которая объясняет все и сразу, никуда не годится.

Самоубийство. Имеется в виду, что Партиарх сам выбрал смерть. Возможно, ему стало скучно, возможно ему казалось, что так он сможет искупить какой-то великий грех, а может наоборот – что никогда не сможет. Да почему вообще совершают самоубийства?

Что-то пошло не так. То есть, Патриарх хотел использовать дитё-отцеубийцу в своих целях, а причина успешного бунта Грациано крылась в том, что ему очень дико повезло, или в том, что сильно не повезло его сиру, или и то и другое. Так же, как и теория «поддержки извне», это не поддается анализу, поэтому по факту является не больше, чем религиозной доктриной.

В любом случае, суть в том, что Патриарх поддался на лесть Грациано и проигнорировал старейшин, которые нашептывали ему, что тот захочет сделать в черной крепости то же самое, что хотел сделать в Германии. Меня самого Обратили через несколько десятилетий после Грациано, и я четко помню царившую атмосферу – Грациано продолжал попытки взять под контроль итальянскую власть, теперь кроме своих природных способностей используя новые силы. Из этого ничего толком не вышло, но он приобрел много опыта, и теперь его сильно раздражала вампирская иерархия, которая связывала ему руки гораздо сильнее, чем когда-либо удавалось кому-то из смертных. Мы, молодые, часто разговаривали рано утром, прямо перед сном, о жажде новых возможностей. Грациано отличился тем, что посмел что-то с этим сделать.

Эра бунта

Я даже не могу вам передать, насколько ужасными временами для нас как Каинитов были XIV и XV столетия. Великая чума почти лишила нас еды, а выжившие были настолько редки, что незаметно существовать среди них стало почти невозможно. Тем не менее, Каиниты продолжали создавать детей, перенаселяя города свыше всякой нормы. В то время как сами Патриархи проводили все больше и больше времени в оцепенении (torpor), слишком много Старцев (Methuselahs) продолжали угнетать нас своим авторитетом. Пока они и их ужасные сиры продолжали править, мы не имели возможности достигнуть того, чего, как мы чувствовали, мы могли достигнуть. Давление достигло апогея, когда столкнулись поколения и кланы вынуждены были начать соревноваться за ценные запасы пищи, что обострило их антипатию.

Что было еще хуже, мы столкнулись с неожиданно масштабным и организованным отпором смертных. Глупые представители нашего вида привлекли к нам внимание духовной и гражданской власти. Инквизиция превратилась из нескольких редких проповедников в эффективную секретную полицию, способную выследить нас и наших пешек. В придачу к Инквизиции, которая стремительно набирала влияние, успешные оттоманские завоевания – которые дошли аж до Вены, прежде чем отступить! – заставили восточноевропейских Каинитов бежать на запад. Их переселение и скопление в чужих городах лишь облегчили охотникам задачу найти нас.

Как бы там ни было, огромное количество Каинитов, существовавших в 1350 году, исчезло к 1500-му, как от рук смертных, так и от рук Каинитов. Вы даже не можете себе этого представить. Вы все слишком молоды, чтобы помнить грипп 1919-го года, не говоря уже о геноциде. Это было время, когда все поняли, что дальше так продолжаться не может. Это было время Грациано.

Пока мы, измотанные, пытались остаться на плаву, Грациано строил планы. Он наладил контакт со многими так называемыми «анархами», прислушиваясь к их жалобам и уча их двум вещам. Во-первых, он научил их, как правильно находить и использовать представляющиеся возможности, в каком бы положении они сейчас не находились. Больше столетия у него была что-то наподобие сократовой академии для анархов, где «изучались» политика смертных и вампиров, использование религиозной системы, торговля и так далее. Во-вторых, он показал им, что какими бы полезными ни были эти уроки, в конце концов все сводится к капризу старейшего. Между занятиями в своей академии, он путешествовал по всей Европе, создавая новые союзы за рамками клана. Его сделки с Ассамитами Святой земли и Балкан имели для нас огромное значение.

Около 1400 года Грациано понял, что в состоянии уничтожить нашего Патриарха. На протяжении двух полных поколений людей он вынашивал свои планы. Примерно в середине столетия лед тронулся. Орден Победы и прочие объединения силовиков клана познакомили анархов с воспоминаниями старейшин Ласомбра, сговорившись сообща совершить дьяблери. Некоторые такие воспоминания сразу же были признаны ложными, другим удалось пройти тщательную проверку. Суды Крови созывались все чаще, а ряды старейшин клана постепенно таяли. Создавалось впечатление, что сам Патриарх не замечает, что происходит вокруг него, или не придает этому особого значения, так как он ни разу не ответил потомкам, когда те спрашивали, что же им делать.

Со временем воспоминания, которые Ассамиты вложили в некоторых анархов, позволили уличить тех старейшин, которых Грациано считал угрозой. Больше всего он хотел устранить Монтано, но он также беспокоился о более мелких фигурах. Его очень беспокоило то, что те, кого он больше всего хотел устранить, оказались самыми устойчивыми к подделке разума. Грациано лично помогал Ассамитам в смешении разумов, и как он сам сказал, никогда до того и никогда после он не доминировал смертных с такой тщательностью. Необходимость его плана и ситуация в целом вдохновили его достичь небывалых вершин в этом деле, и этого не повторится до тех пор, пока какой-нибудь кризис в будущем не вынудит его к этому снова.

В то время, как клан пребывал в хаосе, убийство произошло летним вечером 1483 года. Ну, может быть, и нет. Разные источники указывают на разные даты; но вот что я помню. Разноклановые силы анархов осадили сицилийский бастион. Патриарх не проснулся и не восстал, и всеобщее смятение охватило Ласомбра-защитников. Очень быстро все жители замка кроме Патриарха стали перед выбором – сдаваться или погибнуть. Монтано избежал пленения той ночью, сбегая постоянно с помощью никому неизвестного (кроме, наверное, Патриарха) искусства Власти над Тенью. В конце концов, Монтано сбежал. Все остальные сдались силам Грациано либо стали пищей для захватчиков.

Грациано и несколько старейшин спустились в глубины крепости, чтобы встретиться с Патриархом. Духов пустоты, которые обычно были на нижних уровнях крепости, нигде не было, поэтому спуск был быстрым и простым. Полдюжины захватчиков припали к спящему и за несколько минут осушили его. Он не проснулся и не пошевелился. Когда же его осушили, он просто рассыпался пеплом, оставив после себя черную как смоль горку. Так в решающий момент не было никакой драмы, а лишь хорошо реализованный план.

Клан без главы

Грациано созвал Друзей Ночи, Amici Noctis, как их тогда называли, и представил им содеянное. Они могли его осуждать. На самом деле, он провоцировал их на это, показывая, что если они не остановят его сейчас, он переделает клан во что-то совершенно новое. Друзья выслушали и отошли в сторону. Некоторые из Друзей решили присоединиться к мятежу Грациано. Другие хранили молчание, решив не вмешиваться в происходящее.

Великий бунтарь заявил, что в отличие от Августа Джованни (Augustus Giovanni), не будет присваивать себе статус основателя клана. Он был, как он сам сказал, очень доволен тем, что являлся членом клана Ласомбра, но теперь чудовища, определявшего клан, больше не существует. Теперь каждый член клана может решить для себя, чем является род и действовать соответственно. С этих пор никто не будет править кланом – Грациано не двусмысленно запретил эту должность и «посоветовал» Друзьям Ночи не помазывать приемника. Монтано решительно выступил против этого шага, но безуспешно. Он и горстка его соратников стали скитающимся кланом-в-изгнании, и были окрещены кем-то из остряков Друзей как «анти-племя» («anti-tribe»).

Вынашивание Шабаша

Ровно через десять лет после того, как Грациано нанес решающий удар по клану, каким он был, Мятеж Анархов формально окончился патетическим провозглашением соглашения, известного под названием «Договор Шипов» (Convention of Thorns). Проще говоря, большинство анархов снова смиренно склонились перед своими старейшинами в обмен на символическую договоренность о верности между ними и их будущими хозяевами. Только несколько самых отважных с каждого клана выбрали продолжать борьбу. Наш термин, «анти-племя», стал символом чести. В итоге, форма «антитрибу» («antitribu») получила самое большое распространение.

Вы должны помнить, что до этого любая организация за пределами одного клана была большой редкостью. Камарилья была, по сути своей инновацией, чем-то к чему медленно шел наш род. Старейшины склонялись к ней не столько из-за энтузиазма, сколько из-за пугающего ощущения ее необходимости. Зажатые между давлением смертных и угрозой со стороны неонатов, они добровольно отказались от значительной части независимости, что должно было определить их статус. Кланы, оставшиеся в стороне от Камарильи, поступили так в основном из-за того, что их старейшины были достаточно мудры, чтобы видеть, что категоричность новой организации разрушит прежние устои с таким же успехом, как и капитуляция перед анархами.

На протяжении последующей половины столетия наш клан просто шел своей дорогой. Так же, как и Цимисхи, которые повторили за нами уничтожение своего Патриарха из тех же побуждений, Ассамиты (которые трусливо поддались нависающему давлению Камарильи), Джованни, Равнос и Сэттиты, оставшиеся на свободе. Наши старейшины в основном продолжали действовать, как действовали, в то время как Суды Крови продолжали исполнять свои функции. Наши неонаты продолжали экспериментировать с отношением к человечеству.

Я отчетливо помню, как впервые услышал термин «Шабаш», примененный к стае Каинитов, охотящихся на смертных. Это произошло в Страстной четверг 1502 года сразу после Бдения. Я помню это, потому что был на мессе с несколькими неапольскими соклановцами. В тех краях у нас было дело, которые некоторые Друзья называли Ересью Каинитов (я не буду останавливаться на этом детальнее. Если интересно – спроси у своего лидера стаи или архиепископа). После Бдений наша небольшая группка стояла во внутреннем дворе, любуясь звездами и как всегда задаваясь вопросом, какую же роль мы играем в Божьем замысле. Тогда я был так горяч и так глуп.

Один из самых молодых неонатов держал речь о том, что вся Италия погрязла в идолопоклонничестве (так же, как и сейчас), упомянув о том, что, то тут, то там в сельской местности собираются сборища ведьм, устраивая «шабаши», похищая как взрослых, так и детей для каких-то тайных ритуалов. Как он сказал, он и его товарищи одевались в различные наряды, традиционно приписываемые ведьмам, и вели себя так, как от них ожидалось – вбегали с нечеловеческой скоростью в село, крича о том, что они пришли, чтобы собрать души своему хозяину Сатане, вламывались в случайные двери и похищали столько людей, сколько нужно было для их пропитания. Мы все нашли этот рассказ довольно забавным, похвалив за находчивость.

Я вспомнил об этом смышленом парне через шесть или семь лет, когда до нас дошла информация о стаях Каинитов, занимавшихся тем же самым в пойме Дуная и вдоль Балтийского побережья. Для многих смертных, появление этих Шабашитских Каинитов было предвестником оттоманской осады Вены.

Свобода в крови

Вскоре после наплыва и отступления Оттоманской волны, мы на Сицилии прослышали об этой штуке, Братании (Vaulderie). Для вас это сейчас как само собой разумеющееся. Вы даже не можете себе представить, что за поразительная это была вещь! Епископ Эмори ведь никогда не говорил ни с одним из вас об узах крови, правда? Нет, я думаю, не говорил. Суть в том, что ваши сиры или другие старейшины могут привязать вас к себе, если вы выпьете их крови, и вы будете вынуждены подчиняться им и любить их. Это периодически использовалось для усмирения непослушного потомства.

И вот однажды благодаря какому-то неизвестному магу крови, мы смогли освободиться от этой угрозы. Мы смогли создавать связи с ровесниками-единомышленниками, с Каинитами, связываться с которыми решали мы сами, оставляя старейшин не при делах. Я сам был одним из первых, кто пил из чаши Братания в великом ритуале, который мы совершали над прахом нашего Патриарха, а вскоре после этого лично помог устранить своего сира. Ох, как это было сладко! Как только тебе начнут натирать цепи Братания, помни о том, что может случиться, и о том, что древний ужас постоянно только и ждет, чтобы подкрасться сзади, если мы откажемся от этого неусыпного стража.

Кто бы ни изобрел Братание, в середине XVI столетия оно распространилось со скоростью пожара. Очень скоро, когда Каиниты это осознали, оно стало защитной тактикой Каинитов, бунтующих против Камарильи и руководителей секты, наравне с тем, как стая Шабаша стала сформировавшейся ячейкой организации. Эти два фактора стали определяющей причиной сплочения инакомыслящих⁶. Где-то в середине столетия мы стали определять себя как Шабаш. Суды Крови впервые воспользовались этим термином при рассмотрении дел в 1552, затем в 1558, и продолжали его использовать во всех последующих годах. Тем не менее, не забывайте, что мы, Ласомбра, чаще всего объединялись друг с другом; межклановые стаи до сих пор были редкостью, потому что мы были подозрительны. Мы всегда были настороже, даже будучи связанными Братанием.

Тем не менее, мы принимали участие в попытках измотать и подорвать Камарилью. Вы можете найти хорошее описание меня в одной из книг Чарльза Форта⁷, где он описывает (с присущей ему большой долей скептицизма), атаку Каинитов на мальтийских пилигримов в 1585 году. Даже вот этот шрам вы можете найти в тексте. Он так сильно взволновал общественность, что приспешники Патриархов потратили годы, чтобы загладить ситуацию, и естественно, в конце концов, у них ничего не вышло. Возможно, подобных успехов получается добиться не часто, но мы в любом случае заставили их потратить, в свою очередь, гораздо больше ресурсов, чем им бы хотелось. Наша растущая слава сделала из нас заклятых врагов секты и привлекла небольшую, но верную кучку перебежчиков, которые хотели того, чего секта никогда бы не позволила – полностью реализовать себя.

Построение Путей

В те столетия философия людей набирала новые обороты. Так же, как и наша. Но сначала я должен ввести вас в курс дела, потому что в те времена все было по-другому.

Большинство Каинитов на протяжении истории в той или иной мере придерживались смертных стандартов человеческого общества, из которого они происходили. Они охотнее отождествляли себя со слабыми людьми, нежели с более достойными существами со стандартами, ничего общего не имевшими с человечеством. Рядом с этим презренным ажиотажем вокруг способов жизни традиция поставила несколько «Дорог», более или менее оформленных этических систем, отражающих вампирское существование. Многие из них начинались с повышенного интереса к чему-либо одному – благородству, пониманию смертных, или чего-то еще – и развивались в целые… парадигмы, кажется, так это сейчас называется.

Во время Позднего Средневековья слабаки недавно созданной Камарильи начали войну против Дорог. Да, столкнувшись с возрастающей угрозой со стороны человечества, и возможностью перейти в стан анархов или шабашитов, чтобы восстать против тиранов-старейшин, они начали зачистку Каинитов, на желавших вести себя как скот. Уверен, это удивляет вас так же, как и меня, когда я впервые это узнал. Да, Камарилья со всей своей коллективной мудростью пришла к выводу, что настоящая проблема – это Каиниты, не желавшие существовать по законам, не вяжущимся с прятками от человечества. Множество Дорог было утеряно, а другие были скрыты от посторонних глаз. В дальнейшем их последователи тщательно скрывали свои секреты.

Все это привело к образованию интеллектуального вакуума среди Каинитов. Под эгидой Шабаша в XVI и XVII столетиях прокатилась волна интеллектуального волнения. Родилось почти дюжина новых этических систем, подвергшихся жесткому и показательному испытанию на практике руками и умами Каинитов, способных сильно терять в человечности, не отдаваясь при этом в лапы Зверя. Общеизвестные как Пути Просветления, эти системы – одно из самых непоколебимых достижений нашей Секты. Надеюсь, ни у кого не вызывает сомнений тот факт, что Клан Ласомбра сыграл главную роль в этом достижении. Мы мудро уберегли от уничтожения нашу собственную характерную Дорогу Ночи, и таким образом могли начать разработку Путей не с чистого листа, в отличие от других кланов. Amies Noir так же оказали огромную поддержку философам и мудрецам, так же интересующимся развитием других направлений.

В этой работе есть один интересный момент. Большинство главных изобретателей пожелало остаться неизвестными. У нас просто нет достоверных имен или некрографий (если я использовал правильное слово) Каинитов, которые, например, привели в порядок древние двойственные взгляды в Путь Катари (Path of the Cathari), или разработали элегантный компромисс, являющийся Путем Соглашения с Честью (Path of Honorable Accord). Ты можешь много узнать об их древних последователях, и можно предположить, что те, кто в старину говорили и писали об этих Путях, являлись так их же создателями, но это не может быть чем-то большим, нежели просто предположением. Возможно, в процессе создания этих систем есть что-то, что для многих идет в разрез с привычным эгоизмом Каинитов. Или возможно, как сказал один Ласомбра, факт того, что создатели пожелали остаться в тени, есть художественный прием, так же как метафора, и отражает глубокое вмешательство Бездны в работу над ними.

В Новый Мир

Ни для кого не секрет, что вопреки нашим самым лучшим ожиданиям, мы не добились успеха в вытеснении Камарильи с Европы. Конечно, в этом нет ничего удивительного. Среди кланов за пределами Камарильи, только мы и Джованни широко представлены в Западной Европе. Всех прочих можно, в общем-то, не считать, поскольку они связаны с другими землями. У нас было стремление – святое стремление, как по мне, отголосок страсти самого Каина – но нам не хватало ресурсов.

Естественно, мы начали искать альтернативы. Конечно же, Камарилья, так же как и мы, знала об открытиях по ту сторону Атлантики. Просто им не было до этого никакого дела, разве что кроме мимолетной заинтересованности городами ацтеков и инков. Мы не могли себе позволить роскошь мимолетной заинтересованности, нам было просто необходимо найти для себя новые земли. Итак, сначала поодиночке, а потом и массово, мы со своими собственными корсарами (и ничего не подозревающими смертными) вышли в море, чтобы основать на диких землях новые империи.

Вижу вопрос на ваших лицах. Да, я сказал, «диких». Меня не волнует, каких высот добилось их общество до прихода европейцев. Люди, которые не строили великих городов, даже не достойны того, чтобы от них питаться, хотя среди них и попадались достойные Становления кандидаты. Европейское понятие того, что цивилизацию определяют города, по крайней мере, частично является данью нашему влиянию, и одной из главных истин нашего вида, не считая Гангрел и прочий сброд. Мы поддерживали отважных поселенцев по всему Новому Свету, чтобы построить приличествующие нам дома.

То были ночи хаоса, по крайней мере, так говорили мне те, кто уплыл рано. Отрезанные от влияния власть имущих своих кланов, эмигранты постоянно грызлись между собой. Попытки собрать для Братания обитателей разных континентов, ни к чему не привели, поэтому по-настоящему надежными были только локальные узы. Вдобавок, эмигранты столкнулись с уровнем активности Люпинов, невиданным со времен Каменного Века. Не мы одни добрались до континента – камарильские прихвостни (и несколько шпионов, которых к ним причисляли) так же перебрались через океан, принеся с собой тесные ограничения, которые они называли «Традициями».

Без сомнения, в горниле этой борьбы, мы закрепили за собой позиции лидеров. Свойственная Друзьям Ночи склонность к децентрализации означает, что члены нашего клана никогда не будут полностью изолированы, пока поблизости обретаются опытные соклановцы. За несколько десятилетий Суды Крови стали самой близкой к процедурной справедливости формацией в Новом Свете, и в некоторых случаях Друзья даже предлагали свои услуги Каинитам Камарильи, споры которых требовали решения. Хотя ты вряд ли услышишь, как кто-то из ныне активных участников тех событий говорит об этом.

Сходство между нашими обрядами и разнообразными традициями, существовавшими среди дикарей, заслуживает обсуждения, но не сейчас. Достаточно сказать, что точно так же, как мы совместили разрозненные европейские практики и сделали их частью нашего корпуса ритуалов, мы обработали и эти ранее не знакомые нам обычаи. К сожалению, пока мы размышляли над вопросами синкретизма, в конце 17-го века сюда прибыли основные силы Камарильи; к 1700 году их конклавы уже существовали в большинстве портовых городов, а также в некоторых небольших поселениях. Наша тактика коротких ударов лучше всего показала себя в пограничных землях, поэтому мы переместились туда, оставив позади слишком много лакомых кусочков.

В Центральной и Южной Америке нам удалось добиться большего. Мексика, конечно же, была нашей почти со времен Кортеса⁸. Мы были там, когда город Теночтитлан стал Мехико с буквально милями охотничьих угодий, прекрасно подходящих для наших сборов. Мы не поспевали за Писарро⁹ и его отрядом, но причиной тому была Амазонка и фанатично ненавидящие Каинитов существа, там живущие. На прокладку путей к новым крепостям Шабаша в горах и берегах юга ушло немало времени. Я не хочу, чтобы у вас создалось впечатление, будто бы мы ничего не сделали в англо– и франкоговорящих колониях, просто там было сложнее продвигаться вперед. Почему-то камарильские «Собратья» из северных народов лучше справлялись с внезапными нападениями, чем их южные товарищи. Мы вступили в жесткую схватку вдоль северного атлантического побережья вплоть до самого залива Святого Лаврентия.

Ваши наставники, я уверен, упоминали о том, что как клан мы редко пытались направлять дела смертных, просто получая от них то, что нам нужно для достижения своих целей. Дела конкистадоров и ацтеков – занятное исключение. Два ученых-Ласомбра присоединились ко второй экспедиции в Мексику, где с большим интересом прислушивались к рассказам жрецов ацтеков о жертвоприношениях Уицилопочтли¹⁰, богу солнца, чтобы быть уверенными, что солнце будет восходить каждый день. Это были времена порой доходящих до безумия амбиций среди нашего клана, и две испанские стаи решили, что они способны ввергнуть мир в пучину вечной тьмы, уничтожив ацтеков.

Эта идея была не такой уж и смехотворной, как вам может показаться. Первые шабашитские путешественники по Новому Свету встречали бродящих в глуши древних тауматургов, практикующих пути, не известные в Старом Свете. Некоторые из них были по-настоящему стары, Старцы, возможно даже Патриархи, чьи имена затерялись в истории. По правде говоря, нельзя исключать того, что они могли владеть могущественной магией, влияющей на солнце или, по крайней мере, на путь света от Солнца до Земли.

Мы не устраивали великого геноцида. По крайней мере, не европейцы, если говорить точно. Болезни сделали большую часть работы задолго до прибытия армий. Мы, как клан, оказывали финансовую поддержку завоевательным походам, и мы использовали наше влияние, чтобы поддержать мечту о завоевании в моменты, когда плохие вести могли ослабить решимость смертных продолжать начатое. Все это было направленно на то, чтобы помочь смертным осуществить то, что они сами решили сделать, мы просто повышали эффективность исполнения.

Как вы знаете, солнце не исчезло после того, как жертвоприношения Уицилопочтли стали совершаться с перебоями, а потом и вовсе прекратились. А жаль.

Мир и побег

Столетие войны смертных так же было и столетием войны внутри Шабаша. Ни американская, ни французская революции не были столь братоубийственными и ужасными как борьба за малочисленные стада бушевавшая внутри секты. Во время напряженного десятилетия около 1800 года создавалось впечатление, что Шабаш, по крайней мере, американский, может вообще перестать существовать как понятие. Конечно, судя по тому, что вы здесь, мы выжили, и во многом благодаря договору, заключенному в 1803 году. Так называемый «Договор опоры» («Purchase Pact») положил конец старым обидам и гарантировал право уничтожать тех, кто действует вопреки интересам секты. Последнее дало больше власти церковной иерархии, формировавшейся в те времена (устоявшиеся титулы и звания появились позже – в XIX столетии). «Договор опоры» не решил всех проблем в секте, но никто на это и не надеялся. Он уменьшил тогдашнее напряжение и позволил быстрее решать конфликты в будущем. Несомненно, это было выдающееся событие.

Мир, каким он тогда был, медленно распространялся к югу от англо– и франкоговорящих земель. Он никогда до конца не закреплялся на северо-востоке Северной Америки, за которую боролись новоприбывшие народы. Симон Боливар¹¹ и его войска полностью переменили расстановку сил. Камарилья держалась подальше от происходящей свалки, в то время как мы ей наслаждались. Даже сейчас ты не найдешь много слуг Патриархов в Колумбии, Уругвае и Венесуэле. В условиях меньшего внешнего давления наши собственные внутренние различия вырисовывались более четко, и что-то наподобие войны всегда существовало между тамошними архиепископами и кардиналами. Что напоминает мне…

Каиниты в митрах

Некоторым из вас, я уверен, интересно, как это так – общество Каинитов, посвятивших себя свободному выражению своей внутренней сущности начало подражать человеческой организации, пропагандирующей подчинение церковным догматам. Причиной тому две разные, но постоянно взаимодействующие силы.

Во-первых, это своего рода пародия, или, скорее, сатира. Мы используем черты смертной религии, в основном, но не только католицизма, потому что это нас забавляет. Каинитам становится скучно, а горстка скучающих Каинитов в одном месте притягивают неприятности. Как только появилась необходимость в структуризации наших обыденных дел, почему бы не наполнить ее огромным количеством деталей и созданием почвы для административных сложностей? Наша организация, как и наши ритуалы – это часть игры.

Во-вторых, да, мы превозносим силу каждого отдельного Каинита. Но чтобы полностью понять, чем является эта сила, мы должны искать истину и не допускать ошибок. Мы водим за нос остальных. Мы не должны обманывать себя. Рассматриваете ли вы, как это сейчас модно, Каинитов с антропологической точки зрения или признаете, что в нашем существовании замешан Бог, дух, душа или что-то другое, от чего убегает современный мир, вы должны понимать, что вопросы, которые мы ставим – религиозные. Мы имеем дело с природой мира, греха, проклятия и искупления, отлучения и смерти. Это реальные вещи, а не продукт наших выдуманных надежд и страхов. Есть силы в ночи и за пределами звезд, и тот, кто приблизится к ним неподготовленным, сгинет.

Церковная иерархия, по крайней мере, когда управляется так, как в Шабаше, возносит подготовленных на вершину. Структура напоминает нам о различиях между нами, и что есть те, кто лучше других подходит для тех или иных ролей. Вы подчиняетесь старшим, потому что они в чем-то лучше вас. Вы выживаете только потому, что они играют свои роли правильно. Вы еще не готовы встретиться в одиночку с врагами, с которыми мы сталкиваемся, не говоря уже о тех силах, что стоят за ними. Вы служите беспрекословно, чтобы развиваться в свободе. Полная свобода равнозначна полному уничтожению – вы делаете то, что должны, чтобы получить то, на что вы способны.

Другие ветераны Шабаша могут упомянуть еще, по крайней мере, две причины. Ни одна из них меня не впечатляет, но вы скорее услышите о них, чем нет.

Некоторые члены нашей секты верят, что та или иная человеческая религия истинна. Почивший Кардинал Монкада (Cardinal Mongada) был самым ярым сторонником этой идеи в отношении к католицизму. Члены специфического культа Бездны (Abyss) среди антитрибу точно так же относятся к зороастризму и другим дуалистическим религиям. От них вы услышите о том, что мы используем религиозные структуры смертных, потому что они истинны. Уважайте эту точку зрения настолько, насколько вы считаете, она этого заслуживает.

И, наконец, некоторые из наших самых выдающихся старейшин настаивают на использовании структуры религий смертных по чисто психологическим причинам. Когда зародился Шабаш, католицизм был официальной религией тех мест, где мы были сильнее всего. Где-то превалировал протестантизм, но откровенно говоря, он не изобиловал таким количеством символов, поэтому нам не подходил. Даже в протестантских землях католицизм (или православие) был воплощением божественной власти. В землях индусов в наших соборах стояли алтари всем богам смерти, хаоса и террора. В Америках мы воздвигали тотемные столбы темным силам и собирались не только в храмах, но и в парильнях¹². Куда бы мы ни шли, что бы не говорили о тайном, все это было инструментом для пробуждения в вас разума на пути к постижению истины, зашифрованной нами в символах.

Уже поздно, остальное вам расскажет кто-нибудь другой.

Урок Четвертый: Остальной мир

Прошло пятнадцать ночей с того момента, как старый товарняк отчалил из Бангкока. У Эндрю и его стаи было предостаточно времени. Они прибыли с делом – кардиналы стран Тихоокеанского бассейна «попросили» некоторых надежных епископов проверить слухи о ереси и возможном инфернализме среди стай Юго-восточной Азии. Эндрю решил поспособствовать в этом своей стаей, чтобы наладить контакты (и установить несколько уз Винкулума, которые смогут пригодиться в дальнейшем), и чтобы сменить обстановку. В дни своей жизни Эндрю переписывался с таинственной старухой, по имени Дан Мейлинг (Dun Meiling) которая обитала в Бангкоке и писала одни из самых язвительных и нигилистических революционных статей, которые Энди когда-либо доводилось читать. В конце концов, для него не стало большим сюрпризом то, что она уже не один десяток лет была Каинитом, Бруха антитрибу.

Стая Дан славилась невиданной удалью достаточной для того, чтобы быть заподозренной в связях с демонами. Эндрю представил себя и свою стаю, и быстро получил позволение присоединиться к Дан и ее потомству в пиратских набегах. После этого наступили прекрасные времена. Товарняк, команда которого состояла полностью из адекватных смертных, маневрировал недалеко от намеченного корабля и просил помощи. Дан делилась смертной атрибутикой азиатских пиратов и быстроходными посудинами в замен на грубую силу. Она переправляла свою стаю на борт корабля-цели длинными прыжками или быстро переплывая. Они голыми руками прорывали всякую оборону, брали все, что приглядывалось и сматывались. Иногда они топили корабли, иногда оставляли их пустыми, озадачивая смертные власти.

В эту ночь обе стаи спокойно отдыхали на передней палубе заказной яхты. Остатки команды и туристов плавали позади них, волновой след отливал красным при свете июньской луны. Один из стаи Дан оказался Ласомбра и при этом китайским евреем. Это ошарашило американцев. Лин Бало (Lin Baloh) улыбнулся их смятению и кратко рассказал о еврейском поселении в Нанкине, о здании синагоги, построенном во времена династии Цин и прочих диковинках. Он был своего рода ученым и любой вопрос об истории Шабаша влек за собой длинную и официозную лекцию. Эндрю откинулся назад и внимательно слушал ритмичный рассказ Лин.

Клан в мире

Я заметил, что в то время, как многие рабочие американцы и европейцы ненавидят отмечать, что то-то не так с их землями, многие зажиточные и интеллигентные американцы и европейцы, похоже, боятся отметить, что что-либо хорошо. Культура, которая вас взрастила, идет впереди мира. То же самое и в отношении вампиров. Мы, дети Каина, насколько я знаю, все сбежали от своих основателей по дуге через Индию к Азии, так же, как и наши сиры оттуда.

Поэтому европейцы среди вас могут гордиться близостью к сердцу Клана и секты, так же как и американцы среди вас могут гордиться близостью к величайшим событиям нашего времени. Уверяю, на вас не обидятся за указание на исторические факты, так же как они не должны вас смущать.

Азия

Я могу почти точно утверждать, что Ласомбра создавали потомство в Китае до 1300 года до нашей эры, и что Бруха и Малкавиан основали на Корейском полуострове колонии не позднее 1100 д. н.э. Сложно датировать более раннее появление других кланов. Конечно же, многие из тех чужеземцев не протянули долго, столкнувшись с сопротивлением здешних духов-Каинитов, которых некоторые из вас называют Катаянами. Необходимо было обладать недюжинной решительностью и интеллектом, чтобы процветать среди враждебных коренных, в чем, несомненно, Ласомбра преуспели. Нас тут никогда не было много, но на протяжении всего последнего тысячелетия несколько дюжин наших всегда имели тут убежища.

Китай

Так сложилось, что в Китае всегда было больше Ласомбра, чем, скажем, в Японии или Индии, и на то есть несколько причин. В Индии и так было достаточно много Каинитов, чтобы борьба за выживание была одновременно жестокой и относительно легкой. На наш взгляд было слишком мелочным опять цапаться с Вентру или Равнос и им подобным. Нет славы в том, чтобы выживать в таких условиях. Дальше на восток – другое дело. Каинитоподобные существа, живущие здесь, бросали нам настоящий вызов. Так же, как и особые смертные охотники с их сверхъестественными способностями и жестокими союзами Люпинов и других оборотнечиских тварей. Даже сейчас, спустя три тысячи лет после нашего появления тут, многое остается для нас загадкой.

Я не хочу сказать, что дело тут в просто войне против других чудовищ. Можно просуществовать десятилетия или даже столетия и не встретить ни одного другого сверхъестественного существа, разве что за исключением какого-нибудь призрака. Моя сир, и ее сир, и его сир и так далее вплоть до династии Чжоу часто влияли на дворы смертных, и половина из них никогда не сталкивалась с «Катаянами».

Помните, что сами по себе смертные могут быть нехилой угрозой. Философские понятия, в которых я вырос, рассматривают проявления сверхъестественного не как богохульные происшествия, как этому учили многих из вас, но как личное дело, о котором лучше молчать, пока не наступит нужный момент. Это шанс. Более того, мудрецы, которые верят, что разбираются в знамениях и истине, считают, что могут нападать на тех, кто сомневается в «истинности» их утверждений там, где ваши предки бы стушевались или сбежали. Почти треть моего рода пала от рук толпы.

Я слышал, что западные Ласомбра считают, что их клан начал широко распространяться после извержения Тиры. Это сходится с моими исследованиями. Как я уже говорил, мой прапрапрапрапрасир явился сюда около 1300 года д. н.э. – путешествие из Средиземноморья в Китай заняло 300 лет – достаточно времени, даже если делать остановки чтобы создать потомство и делать еще что-то кроме путешествия. Я могу доказать пришествие моего далекого предка Кровью, но при этом не могу исключать, что он путешествовал с компаньонами, чье потомство не дожило до наших дней. Я знаю об еще одной почти такой же старой семье Ласомбра в верховьях поймы Янцзы и могу проследить родословную Японских Ласомбра до 1200 года д.н.э. или около того.

Большинство Ласомбра явились сюда на рассвете нашей эры как часть пост помпейского расселения. Большинство из вас не учили этого в школах, но почти на протяжении столетия восточные границы Римской Империи и западные границы Империи Китайской находились в каких-нибудь ста милях друг от друга. В то время как дипломаты никогда официально не пересекали этих кордонов, торговцы проходили. Примерно полдюжины семей сбежали обратно в период между 50 годом д.н.э. и 200 годом н.э., когда в Китайской Империи разразилась гражданская война и западные границы стали куда менее гостеприимными.

Ласомбра, преподносившие себя как темных божеств редко процветали – конфуцианство не склонно наделять властью злых духов, что играло на руку правительству смертных. Конфуцианство часто обращалось к мудрым духам во тьме, дававшим разумные советы и говорившими голосами духов предков. Поэтому мои предки по Крови чаще оттачивали ментальное искусство доминирования, нежели Власть над Тенью. Некоторые ранние поселенцы Ласомбра принесли с собой искусство пророков, секреты маскировки и сокрытия и несколько форм магии крови. В частности, Прорицание так же распространено среди нас, как и Власть над Тенью, что, как мне кажется, смущает закоснелых классификаторов нашего клана.

Иммиграция вампиров почти полностью прекратилась на столетия после падения Римской и Ханьской Империй. Из-за климатических изменений исчезли старые пути, а различные внутренние конфликты среди «Катаянов» сделали невозможным создание новых. Оставшиеся семьи селились особняком, занимая свои умы больше смертным окружением, нежели играми с разумами вампиров. Некоторые, как например мой род, процветали в больших городах, ведя утонченную игру с влиянием и учениями. Мой сир и прасир до сих пор ведут очерки об обобщенной математической модели поведения смертных и даже после такого количества пройденных лет и собранной информации, я не заметил уменьшения энтузиазма. Род с берегов Янцзы, о которых я уже говорил, занимают себя тем, что играют роль оракулов, порхая с места на место и отвечая на молитвы и прошения. Небольшой род на северо-западе похоже проводит почти все свое время, оскверняя гробницы в поисках доказательства старейшин в торпоре. Кто во что горазд…

Контакты с Европой возобновились в XV столетии, и эра очищения стала причиной появления новой волны Ласомбра. Некоторые азиатские семьи стали слишком оригинальными и не утруждали себя поведением, способствующим выживанию. Мир уничтоженных Патриархов и новорожденного Шабаша явился менее чем через столетие после первого контакта с Ласомбра, прибывшими на португальских и испанских судах и то были странные времена. Тот факт, что я тут, с вами и нормально себя чувствую, говорит о победе взглядов Шабаша, но все-таки я до сих пор сожалею о той почти половине семей Ласомбра, действовавших в 1400-м и уничтоженных к 1600-му году из-за нежелания приспособиться к новым реалиям.

В некоторой степени известие об уничтожении одного из Каинитов-основателей ослабило давление на нас со стороны местных духов-Каинитов. В их преданиях есть легенда о Колесе Эпох, в которой с течением времени восстает все больше демонов. Существа, способные на уничтожение древних определенно являются демоническими для многих «Катаянов», и поскольку они нас не очень-то жалуют, по крайней мере на некоторое время они оставили нас в покое как предвестников эпохи. Естественно, мы были рады использовать эту веру в целях своей безопасности.

Индустриализация была для нас благом. Большое население городов в условиях отчужденности становилось чудесной добычей и порождало своего рода пророков-людоненавистников, игравших на руку нашему клану. Дым фабрик, особенно от старых заводов, работавших на угле, создавал прекрасное ночное небо, затянутое тучами и отражающее огни, что для моего глаза куда как приятнее, нежели неуместные звезды. Я сам был одним из таких пророков на волне Тайпинского восстания¹³, до глубины души разочарованный нарушением закона нашим уважаемым лидером и вместе с тем разочарованный во всех Китайских традициях. Я с головой окунулся в вестернизацию, хотя это и не облегчило мою душу. Мой сир мельком проглядывал мои стихи … Почему, Епископ Эмори, Вы улыбаетесь? Вы тоже? Ха. Еще раз убеждаюсь в том, что Тореадор не монополисты в деле вербовки с помощью искусства.

В любом случае, из того, как я отзываюсь о тех ужасных временах, вы должны понять, что я принимал во всем этом непосредственное участие. Я благодарен всем тем обстоятельствам, что привели меня сюда.

Земли вокруг Китая

Насколько мне известно, некоторые Ласомбра ушли в Японию, Корею, Индокитай и еще куда-то в Азию, хотя успеха там так и не добились. Моя сир говорила о бандах «диких» Ласомбра, странствующих по горам Новой Гвинеи, разжигая межплеменные войны и питаясь из павших. Я не слышал словосочетания «городская легенда» до недавнего времени, но даже сейчас отношусь к нему с подозрением.

Африка

Обсуждать историю Каинитов в Африке до появления там колониальных сил – дело по большей части бесполезное. В последние годы – где-то на протяжении жизни последнего поколения – смертные ученые весьма страстно, а порою и увлекательно спорят о реальном происхождении той или иной цивилизации и об обмене идеями между разными культурами. Они не осознают, что споры о том, кто кому чего должен, ведутся намного дольше, чем существуют их исторические записи.

Наверное, никто бы вам не рассказал об этом лучше, чем наш одностайник Ли Доу (Liu Dou), который был в Кении с 1575 по 1976 года. К сожалению, в том году он случайно встретился с одной чиновницей среднего звена, чье представление о себе, как об охотнице на чудовищ на практике оказалось гораздо более верным, нежели мы могли ожидать. Теперь она мертва, но от Ли остался только пепел. Я постараюсь передать его мысли вместе с моими собственными познаниями.

Довольно сложно выделить первых Ласомбра из остальных африканских Каинитов того времени. Они, как бы так сказать, они все были на одно лицо для европейских хронистов. Я сам не могу быстро определить племя, к которому принадлежат потомки Ли, или хотя бы приблизительно определить африканца как банту¹⁴, уроженца Нила или еще какого-нибудь. Многие эксперты, особенно размахивающие топорами, облажались в попытке выделить какие-то особые отличия или классифицировать по признакам, которых не существует. Например, я уверен, что некоторые из африканской линии крови, называющейся «Лэйбон» (Laibon), которые именуют один из своих даров Каина на языке суахили – «Абомбве», начали использовать это название только после появления суахили, и что даже сейчас Каиниты, обитающие в тех районах Африки, где не говорят на суахили, едва ли пользуются этим словом. Некоторые регионы охватила настоящая мания синтеза, зачастую – в ущерб особенностям.

Когда дело доходит до Каинитов, проблемы, усложняющие изучение человеческой культуры, становятся еще серьезней. Нас мало, и когда мы становимся достаточно могущественными, наши иллюзии очень трудно поколебать. Например, мой дед в последние десятилетия своего существования отказывался признать, что династия Мин уступила место династии Цин. И в его убежище смены династий не произошло, во всяком случае, говорить о ней не приходилось. Его злополучные гости, попавшие под ментальный контроль, создавали артефакты, подтверждавшие его точку зрения, а для того, чтобы возразить ему, нужно было собрать всю волю в кулак. Так что сам факт того, что старейшина верит, будто некая сила играла большую роль в стране во времена той или иной династии, еще ничего не доказывает, хотя его рассказ и может показаться заслуживающими доверия.

Так что вы должны понимать: все, что я говорю по этой теме, недостоверно и субъективно. Не забывай об осторожности.

Где не было ни одного Ласомбра

Насколько я знаю, в Египте никогда не было ни одного Ласомбра. Там всегда господствовали Сеттиты, так же, как и Люпины с особыми фетишами для охоты на Каинитов. Я хочу сказать, им это занятие нравилось еще больше, чем прочим представителям их вида. Лишь преимущества Шабашитской практики дали возможность группе Ласомбра рискнуть отправиться в относительно безопасную командировку, и даже при этом они там не задержались. Так же, насколько я знаю, Ласомбра не были замечены среди пигмеев.

Древние королевства

На сегодняшний день мы имеем неоспоримые доказательства присутствия Ласомбра в восточной Африке южнее Египта даже до после-Теровского расселения. Около полудюжины слов в языке города Мероэ, расположенного далеко вверх от Египта по течению Нила отражают имена детей Патриарха. Некоторые хартумские гончарные изделия мезолитической культуры примерно 10 000 летней давности изображают тени, парящие под луной – очень знакомые картинки для любого, кто разбирается в наших силах. В сицилийской крепости Патриарха хранились серебряные артефакты, созданные в нубийском и мероитском стилях мезолитической и неолитической эпох и, насколько я знаю, они прибыли из-за океана вскоре после своего создания. По крайней мере, один из них упоминался Помпеем в его описании атак на сицилийских пиратов как «очень древняя чаша, которой приписывались силы духа ночи из далекого юга», которую пираты наполняли своей кровью, и осушали перед набегами.

Немного дальше к югу мы находили похожие доказательства присутствия Ласомбра в Эфиопии. Это, конечно, не секрет, что один из старейших выживших детей Патриарха, великий неудачник Монтано, происходит из одного из племен, кочующих по землям, на нынешних картах разделенных между Эфиопией и Кенией. Но если прислушаться, в историях можно услышать о более ранних экспериментах Патриарха над теми племенами. Кочевники, населявшие Кению 4 000 лет назад, почти мгновенно овладели искусством мореплавания. Я не удивлюсь, если здесь не обошлось без интереса Патриарха к мореплаванию, который мог использовать их как агентов для своих рискованных предприятий. Я нашел интересные намеки на древнее присутствие Ласомбра в землях, ныне называемых Мозамбиком, но мигранты, поселившиеся в Кении, также вытеснили жившие до них на территории юго-восточного побережья народы. Слишком мало доказательств, чтобы поднимать вопрос.

Тени среди многих

Вот что интересует меня больше всего: хотя наш клан прибыл в Африку (или вернулся туда, если такая теория происхождения вампиров вас больше устраивает), наши предшественники не оставили заметных отпечатков на тех человеческих обществах, из которых брали себе жертв. Сам Патриарх устраивал различные бедствия, но перестал этим заниматься после второго расселения, и никто, или почти никто из его детей не пытались это повторить. Боялся ли Патриарх рождения какого-то опасного противника? Мое внутреннее ироничное «я» хочет верить, что да, боялся, и впоследствии это стало предпосылкой для его уничтожения из-за отсутствия у Грациано реальных противников.

Каиниты других кланов время от времени позиционировали себя как королей или мудрецов. Но не мы. Мы наводили страх. Наше влияние было косвенным и на самом деле ненаправленным. Проследив эволюцию мифов о темных богах и силах ночи и то, как они произрастают из наших деяний, вы не найдете много очерков, где эти силы общаются с перепуганными смертными, давая ясные указания или команды. Мы были тем, чем были, а они реагировали так, как считали нужным.

Так же ты найдешь удивительное количество убежищ, буквально дюжины, если не сотни, на протяжении столетий или даже тысячелетий населенные тесно связанными кровью семьями, которые, похоже, вообще не сталкивались ни с кем посторонним. Они питались, выбирали потомков, удовлетворяли свои философские или религиозные амбиции и бесследно исчезали. Среди африканских скитальцев процветал аббисальный мистицизм, так же, как и изучение природы наших сил, берущих начало в нашей крови. Возможно, если бы среди них нашелся хотя бы один сильный лидер, африканские семьи заняли бы более весомое место в истории клана. Но реально, они заслуживают лишь сноски.

Урок пятый: В последние ночи

Демба вернулась в Портленд в середине октября. Она колесила по Калифорнии, пытаясь выяснить причину нарастающего среди тамошних Каинитов хаоса, и так ничего и не выяснила. Она решила отпраздновать Великий Бал (Grand Ball) в более безопасных условиях и она положила глаз на Шабаш Орегона.

Эндрю, в свою очередь, продолжал укреплять свои позиции епископа. Что было довольно сложно, учитывая то, что двое из его стаи пропали при очень щекотливых обстоятельствах. Минг оставила записку, в которой сообщила, что отправилась на поиски отступников. Друит открыто вызвал Эндрю на Мономахию, тем самым обозначив полную потерю лидерства, и амбициозный молодой Каинит пал на поле боя. Еще двое молодых из других стай пытались оспорить епископство; Эндрю обучился Черному Метаморфозу (Black Metamorphosis), повергая их.

Итак, до Великого Бала осталось две ночи. Кочевые стаи начали собираться. Стая же Эндрю вернулась после разжигания беспорядков, чтобы занять полицию, и отдыхала под прохладным дождем. Демба начала вещать про Свободный Штат Анархов, Новообетованный Мандаринат (New Promise Mandarinate), и прочие мерзости юга и плавно перешла к более тщательной критике взглядов Шабаша в нынешние ночи. Эндрю любил ее критику, потому что всегда черпал из нее что-то новое.

До промышленного переворота

Позиции Ласомбра в Европе до промышленного переворота были, мягко говоря, «плохими». То же самое можно было сказать и о Шабаше в целом. Просто это очень непросто – управлять крепко сколоченной секретной иерархией, связанной с различными группами, стремящимися тебя уничтожить. Мы держали несколько крепостей в Испании, Сицилийскую крепость и несколько анклавов там и тут. За их пределами лишь кочевые стаи могли процветать. Единственным, что было хорошо в Европейской Камарилье, это то, что она давно и полностью устранила угрозу Люпинов, значительно облегчив нам существование в деревенских краях.

В Америках дела обстояли лучше. Шабашитские отступники оказали всем нам огромную услугу, особенно Гангрел, Малкавиан и Равнос, в становлении убежишь среди племен североамериканских аборигенов. Они преподнесли нас как дружественных чудовищ и духов, разделяющих вражду к суете цивилизации. Не обращая внимания на то, что мы, при случае, с радостью закусывали ими. Племена должны были видеть, что мы не разделяем рвения Камарильи насаждать города. Любовь Камарильи к новомодным легендам так же играла нам на руку, давая возможность нашим миссионерам показать, какое же большое значение наша секта придает духовным составляющим.

Центральная Америка оставалась оспариваемой территорией. Мы никогда особо не беспокоились по поводу расширения влияния среди смертных в районе Мексики, в основном потому, что в этом не было нужды. Череда тирании и революции поддерживало население в более чем лояльном для нас состоянии. Американское вторжение и установление империализма на землях перешейка служили той же цели. Зачем отдавать смертным приказы, если они сами додумываются до таких вещей?

Южная Америка в основном хорошо принимала нас, если не считать огромных джунглей вдоль Амазонки. В Буэнос-Айресе наш клан взял на себя труд по нахождению разумного компромисса с местными Тореадорами, что свело к минимуму раздоры в секте – частично благодаря Судам Крови. Споры зачастую разрешаются до того, как начнут разрастаться.

В Африке, как вам, я полагаю, уже известно от Лин Бало, наш клан почти не обладал влиянием, по крайней мере, до начала эпохи колонизации.

Новые средства, новые завоевания

Наша нежизнь довольно сильно изменилась в лучшую сторону начале XIX столетия. Промышленный переворот, начавшийся в Англии и быстро распространившийся по всему христианскому миру, открыл перед нами новые горизонты.

Прежде всего, фабрики разорвали ткань сельской жизни. Люди собирались в городки, затем в города. Они были вынуждены распрощаться со всеми своими старыми обычаями, семейными традициями, приспособиться к новому способу организации своих дней и лет. Они были растеряны и напуганы. И они были прекрасной добычей. Я часто мечтаю о возможности вернуться в те ночи. Я уверен, что за всю историю Каинитов не было эпохи более подходящей для нашего существования. Добычи было в изобилии, причем настолько сбитой с толку и не доверяющей новой власти, что многие преступления просто замалчивались, за немногим исключением. Зависть охватывает меня, когда я читаю дневники рабочих Манчестера или Лондона, просматривая долгие списки убийств и таинственных недомоганий.

С началом индустриализации, строительство империй развернулось в новом масштабе. На протяжении столетий неблагоприятные и труднопроходимые природные условия держали европейцев взаперти. До того момента. За полстолетия европейцы распространились по моему континенту, положив конец эре относительной изоляции и… не застоя, потому что на самом деле африканцы развили несколько обществ, сравнимых с чем угодно в доренессансной Европе. Скорее, эре изменений в рамках отсутствия ресурсов и концепций развития дальше средневекового уровня технологий, больше ограничивающих инновации в культурной сфере, нежели в научной.

Индустриализация так же положила начало гораздо более эффективному освоению Центральной и Южной Америк. Человечество даже проложило тропинки в кишащие чудовищами глубины джунглей Амазонки, и, помалу, мы следовали за ним. Зараза городов, которая сделала Англию столь привлекательной, вскоре распространилась и на материковую Европу и на все трущобы мира. Лин Бало ведь рассказывал о его опыте тех времен, да? Многие из нынешних лидеров клана, появились примерно в то же время и с теми же мотивами. Это было настоящее излияние страстей, подходящее для того, чтобы увести кого-то прочь от человечности. Я стал Каинитом спустя несколько столетий после этого не границе такого же феномена в Африке.

Миланский Кодекс (Code of Milan)

Некоторые историки Шабаша любят говорить о «Гражданских Войнах Шабаша». Если пользоваться этими терминами, Первая Гражданская Война Шабаша длилась с конца 1790-х до заключения «Договора о покупке» («Purchase Pact») в 1803. Я уже говорил о том, почему ни одну из дат нельзя назвать окончанием конфликта, и, как по мне, вполне можно свалить множество мелких стычек в одну кучу. Все дело в общей причине, которой никогда не существовало.

Если то была первая гражданская война, то тогда Вторая Гражданская Война Шабаша началась в начале XX столетия. Что-то наподобие координированной клановой борьбы на самом деле существовало между нашим кланом и Цимисхами на сломе столетий с нарастающими обвинениями по поводу того, кто ответственен за то, что Камарилья контролировала так много земель в Соединенных Штатах. Вообще-то этот спор не особо распространялся за границы Северной Америки, но само существование вражды подливало масла в огонь остальным. Два клана и множество приспешников сталкивались в неисчислимых локальных стычках.

Миланский Кодекс, провозглашенный в конце 1933-го, положил всему этому конец. Он вобрал в себя расхожие представления того времени обо всем, что интересовало основателей Шабаша. Если же говорить о нашем клане, то кодекс поддерживает шаткое равновесие между взглядами Черных Ангелов и остальных крупных группировок. Вряд ли можно сказать, что именно это и было целью наших соклановцев в XIV и XV веках, и меньше всего – целью Грациано и его котерии, но как совместное заключение, уравнивающее все интересы, Миланский Кодекс мог бы быть и хуже, чем есть. Я безо всякого притворства могу сказать, что если вы будете подходить к его догматам с разумным доверием и с должным старанием станете выполнять свой долг, то едва ли столкнетесь с серьезным наказанием за пренебрежение желаниями ваших предводителей. Звучит не слишком вдохновляюще, но в секте, раздираемой конфликтами, такой подход более значим, чем вам кажется.

Ничего не значит то, что позднее ни одна из попыток дополнить или заменить Кодекс не получила широкой поддержки. Так что вам бы следовало скрывать свои революционные потуги, или, по крайней мере, учится на ошибках других и попробовать допустить хоть какую-то свежую, интересную ошибку.

XX столетие

Некоторые Ласомбра достигли больших высот, и при этом оставались отменными лидерами Шабаша, но на самом деле это не одно и то же. Клан никогда не работал так слаженно, как в 1957-м, во время так называемой Третьей гражданской войны Шабаша. Бунт Бруха-отступников в Нью-Йорке пришел к своему неминуемому концу, но остальные мятежники разожгли пламя восстаний, как по мне в знак выражения симпатии к тем, кто не рассчитал свои силы. Мы объединили усилия с Цимисхами, чтобы подавить мятежи.

В свою очередь мудрые лидеры Ласомбра убедили Цимисхов признать существование своего рода «нового клана», чтобы придать некий семейный смыл заинтересованным Каитиффам и отступникам. Агрессивный, пусть и не всегда интеллигентный Джозеф Пандер дал новому образованию свое имя и с тех пор Пандеры принимают участие в делах секты. Помни об этом уроке. Даже очевидно смешные предложения могут усмирить глупцов, если ты представишь их достаточно стоящими. Пускай дураки думают, что ты действуешь неохотно и отдаешь что-то ценное, и они не заметят того, что ты делаешь у них за спиной.

Грядущие войны

Никогда не обращай внимания на то, что тебе расскажут, ностальгируя – Шабаш никогда не был стабилен. Мы вышли из хаоса, и все время движемся среди беспорядков. Не существует такой точки во времени, указав на которую мы можем сказать: «Вот какими мы были, когда мир давал нам такую возможность». Наши фундаментальные цели остаются неизменными – особенно уничтожение всего, что могло бы нас остановить, начиная от Патриархов, заканчивая сопротивлением смертных. Поэтому то, что мы сталкиваемся с новыми возможностями и вызовами в последнее время, это означает только то, что мы продолжаем существовать в истории. Уверен, некоторые из вас скажут: «Это не Шабаш твоего папочки», и они будут правы, но часть Шабаша ваших папочек дала возможность существовать Шабашу вашему.

Сейчас бунтует гораздо больше кланов, чем за весь период со времен Инквизиции. Гангрел вышли из Камарильи, и от новых отступников мы слышим о том, что старейшины боятся действующих Патриархов. Давайте на секунду прервемся, чтобы оправиться от шока и удивления от того, что всего лишь пять столетий понадобилось нашим основополагающим догмам, чтобы возвыситься над коллективной бессознательностью Камарильского клана. Ассамиты занимаются чем-то сложным и грязным, и особо об этом не распространяются. Куда не глянь – везде можно найти более мелкие расколы. Все это играет нам на руку, так как мы совмещаем толику единства клана и независимые действия, соблюдая общий баланс.

Во времена бунтов нынешние лидеры свергаются, а новые занимают их место. Это плохо для Камарильи, так как все их существование зиждется на защите власти старейшин. Они делают упор на одиночных личностях. В свою очередь Шабаш существует преимущественно как идея, и любой каинит может придерживаться своих собственных принципов. По стандартам немертвых мы – секта птенцов. Если ты внимателен и не выходишь за рамки, ты будешь числиться среди нового поколения лидеров.

Существует ли Геенна? Думаю, нет. Вполне возможно, что некоторые Патриархи шевелятся во сне, но как по мне – то, что мы видим в большинстве своем комбинация паники и умышленного обмана. Например, в прошлом году на меня наезжал один эксцентричный старый Вентру-отступник, который заявлял, что он принадлежал к какому-то культу Геенны, действующему в рамках Шабаша, и что великая буря в его нежизни уничтожила всех его лидеров и что конец близок. В конце концов, я диаблеризировал его. Я просто больше не мог терпеть его напыщенных тирад. Не забывай, что у него была возможность привлечь огромные ресурсы, чтобы восстановить свои иллюзии, если бы он хотел. В поиске знаков и знамений всегда придерживайся определенной доли цинизма – помни, на сколь многое мы способны, даже бессознательно, и не прощайся со скептицизмом.

На сегодняшнюю ночь это все.

История отступников

Незадолго до рассвета 12 июня 2000 года в полицейское управление Сиэтла поступил ряд звонков. Несколько рабочих утренней смены сообщили о нечто, что напоминало азиатскую женщину, пригвожденную или прибитую к одной из колонн наплавного моста, живую настолько, чтобы еще материться, но вскоре бесследно испарившуюся. Полиция прибыла сразу после восхода солнца и нашла окровавленные болты но ни следа самой женщины. В сумке, лежавшей на боковой дорожке, был найден следующий манускрипт, который полицейские психологи интерпретировали как свидетельство особо утонченного психоза. Возможно, допускали они, она настолько сильно верила в свою вампирскую природу, что решила «встретить солнце» в конце своего существования. Если она была причастна к какому-либо культу, возможно, его последователи унесли ее, чтобы сохранить свое существование в тайне.

Или, возможно, это был продуманный ход, чтобы сыграть на распространенном страхе вампиризма. Как и во многих других университетских городах, в Сиэтле хватало своих утонченных выходок.

Расследованию не за что было зацепиться, и вскоре оно было свернуто. Стандартная инвентаризация полицейских камер хранения доказательств показала, что манускрипт исчез. В отсутствие необходимости продолжать расследование, никто не поднял из-за этого шумиху.

Сначала послесловие

Меня зовут Минг, я – дитя ночи. Вам не нужно знать имени, которое я носила, пока была жива. Эта часть моей истории завершилась, и с нею покончено. Теперь и история моей нежизни так же подходит к концу. Я пишу эти строки для того, чтобы объяснить кое-кому, почему я ищу уничтожения, а затем последние остатки человеческого сослужат мне последнюю службу. Я увижу солнце и сгину.

Вы не поверите в эту историю, если только у вас не было опыта, подсказывавшего вам, что существует еще одно общество, отличное от того, что вы знаете. Если с вами ничего подобного не случалось, найдите того, с кем случалось. Вы знаете кого-то, к кому прикасалась тьма, кто выказывает тайный страх или тайную боль, о которых они никогда не хотели говорить. Когда вы это прочтете, вы их поймете. Найдите их и дайте им знать, что они были правы. В мире, в котором правите не вы, и которым никогда править не будете, по крайней мере, вы можете дать им эту радость.

Начало

Вначале был Каин, первый убийца. Да, это правда. Были и Адам и Ева, и Сад Эдемский, и Бог, который возрадовался жертвоприношению крови и отверг жертву зерна. Вы живете не в своем рассказе. Я сама не хотела это принимать – я была дитем своей эпохи так же, как и вы, скептической и современной. Тем не менее, это правда. Вначале было слово, одно слово все кончит. Но пока еще не конец.

О проклятии, которое Бог бросил на Каина, сейчас говорят как о вампиризме. Каин создал трех «детей», или потомков, и те трое становили тринадцать внуков каина. Тринадцать воевали друг с другом и со своими создателями, и это их грехи, так же, как и грехи человечества спровоцировали Великий Потоп. Вы можете, так же, как когда-то и я, сказать, что потоп – это всего лишь миф, не имеющий под собой геологических доказательств. Я же в ответ скажу – как можно полагаться на доказательства, когда не все воля Господа Всемогущего? Возможно, он уничтожил все доказательства, или, что гораздо более вероятно, доказательства у нас под носом, просто мы их не видим?

Если ты веришь во что-то из этого, тебе должно быть страшно. И хорошо, если это так. Моя нежизнь была кошмаром из череды страхов от бытия столь близко к этим силам беззащитной. Все мы – лишь пешки сил вне нашего контроля.

Тринадцать Патриархов пережили потоп. Передумал ли Бог, или у него были другие планы на их счет? Теперь Господь разговаривает со мной не более чем с любой другой проклятой душой. Может быть, он ответит на твою молитву, если ты вопросишь с полностью чистым сердцем. Хотя, возможно, лучше тебе этого не знать. Каков бы ни был его замысел, тринадцать выжили и основали кланы Каинитов, действующие до сегодняшней ночи. Один из них – мой сир на расстоянии восьми поколений, которого его потомки называют «Ласомбра». Все его дети, включая меня, страдают от определенной слабости, не позволяющей нам отражаться в зеркалах, а так же мы унаследовали склонность к сверхъестественной силе, способности управлять другими усилием воли и способностью управлять чем-то вроде живой тени. Все другие кланы так же имеют свои отличительные способности такого рода.

История двух детей

Как и другие Патриархи, Ласомбра для своих целей создал множество детей. Многих он уничтожил за слабость характера, то есть за неимение черт, интересовавших Ласомбра, включая неудержимое стремление к власти. Мне кажется, что если бы он до сих пор ходил по земле, он бы и меня осудил за непригодность.

Самым старым из ныне существующих детей Ласомбра - это Монтано. Однажды я встретила его и была поражена грузом печали на его плечах. Я читала в Библии, что Мессия был человеком, исполненным скорбью и грустью и я подумала о Монтано. Жизнь ни одного смертного, сколь бы трагичной она ни была, не может привести к тому состоянию, в котором был он. Монтано мальчишкой бегал по степям Кении за тысячу лет до Христа. Ласмобра прибыл туда в поисках достойного наследника. Когда Ласомбра начал пытать жителей села Монтано, чтобы посмотреть, кто из них выдержит, Монтано сам вызвался стать слугой Ласомбра в обмен на свободу своих людей. Ласомбра согласился. Больше никогда Патриарх не приходил в те места и не мучил тамошних людей (хотя занимался этим в других землях).

Монтано ненавидел вампирское существования и ненавидит до сих пор. Он – не счастливое дитя Каина. Но он благороден и даже сейчас соблюдает данное слово о том, чтобы отстаивать интересы своего сира, даже при том (как вы прочтете), что его сир уже покинул этот мир. Монтано со своим сиром путешествовал по Старому Свету, изучая языки и ремесла, о которых даже помыслить не мог среди степей. Когда оба вернулись на Сицилию, в любимое убежище Ласомбра, Монтано стоял во главе армий и правительств смертных так же, как и во главе сил Каинитов. На протяжении очень долгого времени все, что он возводил, процветало, сколь не пытались его завистливые родственнички все испортить. Тем не менее, Ласомбра никогда до конца не понимал душу своего дитя, и продолжал поиски наследника.

Вам может показаться странным такой язык женщины, которая родилась менее чем сорок лет назад в американском городе, и вы будете правы. Я просто не могу говорить об этом другими словами. Я пишу о богах и демонах среди людей, а жаргон просвещенного общества содержал бы бесчисленную ложь пытаясь делать выводы из всего этого. Когда я пишу так, я надеюсь рассказать вам то, что я чувствовала, так же, как и то, что я знаю.

У Ласомбра было еще много детей, некоторые из которых существуют до сих пор, но в целом они не влияли на историю клана в целом. Кто влиял, так это последний потомок Ласомбра. Меньше, чем тысячу лет назад Ласомбра наградил проклятием вампиризма одного итальянского аристократа по имени Грациано, амбициозного молодого человека, проявлявшего безжалостную верность, которую так ценил Ласомбра (кем был Ласомбра при жизни? Возможно, сам он был человеком при власти. Но мне кажется, что он был жалким неудачником, Обращенным (как мы это называем) по какой-то тривиальной причине, и неожиданно «расцветший». Тот, кто при жизни был по-настоящему успешен, никогда бы не был таким одержимым впоследствии). Возможно, Грациано был тем, кем бы хотел быть Ласомбра.

Грациано же, в свою очередь, знал, как быть успешным придворным. Он постоянно льстил Ласомбра, восхваляя достижения Патриарха и клана в целом, делая настоящее представление из их изучения, чтобы быть «достойным наследником». Монтано быстро смекнул, что Грациано стремится занять место Ласомбра, но их сир не хотел слышать об этом. Похоже, старость приходит к Каинитам так же, как и к смертным мужчинам и женщинам. Мы можем называть вас «скотом» и «добычей», но в некоторых вещах мы не так уже сильно от вас отличаемся. На протяжении что-то около двух столетий младший и старший потомки Ласомбра вели невидиму войну влияний друг против друга, чтобы заручиться поддержкой своих целей. Монтано проиграл.

Старший потомок понял, что не сможет предотвратить бунт Грациано. Он провел долгие годы в странствиях и абсолютно безуспешных попытках предупредить Сицилийский двор о надвигающейся угрозе. У него не вышло. Грациано с помощью клановых институтов правосудия уничтожил его последователей, произведя на Ласомбра сильное впечатление.

Наконец, Грациано нанес удар. У него были союзники из других кланов и таких же предателей, как он. Двор утонут в крови, и Грациано собственноручно уничтожил Патриарха в его любимом склепе. В один миг клан остался без главы. Монтано ожесточенно оборонялся, но когда его сир пал, потомок бежал. Вокруг него сплотилось сердце сопротивления измененному Грациано Клану Ласомбра, Каиниты, до сих пор верные старым порядкам клана. Монтано не провозглашал себя истинным наследником Ласомбра, но чувствовал, что до сих пор связан клятвой делать все возможное, чтобы защищать интересы Ласомбра.

Грациано и остальные бунтари создали секту мятежных кланов, основатели которых окрестили себя «Шабаш», ссылаясь на человеческие истории о демонических ужасах. Большинство Ласомбра предали свое достоинство и честь, и примкнули к ним. Себя они связали нечестивыми ритуалами. Немногие оставшиеся верными назвались против-племенными («anti-tribe»), или, на старый манер, отступниками («antitribu»).

От основания до меня

Что я могу сказать про столетия после тех событий? Многих Ласомбра тянуло к морю, возможно, отражая часть смертных привязанностей нашего темного основателя. Отступники даже лучше управлялись на море, чем основной клан. Пиратские флоты постоянно подрывали финансовые интересы клана, они же сделали рискованной для Каинитов транспортировку своих мертвых тел морем. На суше отступники били туда, где могли найти слабые места у местного Шабаша, пристально высматривая дезертиров, желающих примкнуть к истинной линии клана.

Тем временем Шабаш распространялся со скоростью пожара. Есть люди, вечно ненавидящие человечество и они откликались на зов жестокого возмездия и бессердечного подавления. На самом деле, к своему стыду, я была одной из них. Я ошибочно принимала свой молодежный пыл за истинное отношение к людям, и когда чудовище предоставило мне шанс вечно потакать своей ненависти, я ухватилась за него. Мне понадобилось больше года, чтобы понять, как же я ошибалась, и гораздо больше, чтобы понять, как я могу существовать по-другому.

Случайно я попала на небольшое собрание отступников Ласомбра. Я не скажу вам, откуда я пришла или где я их нашла, кроме того, что ни моей целью, ни точкой назначения не был Сиэтл. Я пришла сюда по личным причинам, касающимися только той личности, с которой мне нужно было поговорить до того, как я сама себя уничтожу. Пока я была с отступниками, я встретила Монтано, я узнала большинство из того, что записала здесь.

Вскоре посе этого я приняла решение о самоуничтожении. Если Монтано, каким бы могущественным и древним он ни был, не может остановить свой заблудший клан, на что надеяться мне? Я также видела много старейшин-отступников, становящихся чудовищами, существами крови, лишенными всякой человеческой радости и надежды, отсчитывающих нескончаемый поток ночей, ничем не отличающихся от этой. Чтобы продолжать быть, мне нужно что-то большее, и если ничего больше нет, тогда я не выдержу.

Да помилует Господь мою душу. Хотя я в это не верю.

¹ — Крупная банковская компания. Имеет более 1 тыс. филиалов за рубежом. Основана в 1911. Штаб-квартира в г. Сан-Франциско, шт. Калифорния (прим. переводчика) [Наверх]

² — Англ. – «Caine» (прим. переводчика) [Наверх]

³ — Нодисты – приверженцы Книги Нод (прим. переводчика) [Наверх]

⁴ — В этой книге стандартный перевод англ. «Antediluvian» – «Патриарх» заменен на «Допотопный», так как конкретно указывается этимология слова (прим. переводчика) [Наверх]

⁵ — «Народы моря» — группа средиземноморских народов, двинувшаяся в XIII веке до н. э. к границам Египта и государства хеттов, предположительно из региона Эгейского моря. Троянскую войну также считают эпизодом переселений народов моря (прим. переводчика) [Наверх]

⁶ — Тут интересная аналогия слова «dissenters» с одноименными протестантскими сектами (диссентеры), отделившимися от англиканской церкви в XVI-XIX веках (прим. переводчика) [Наверх]

⁷ — Чарльз Гой Форт (англ. Charles Hoy Fort, 1874 – 1932) – американский исследователь «непознанного», составитель справочников по сенсациям, публицист, предтеча современного уфологического движения (прим. переводчика) [Наверх]

⁸ — Испанский конкистадор, завоевавший Мексику и уничтоживший государственность ацтеков (прим. переводчика) [Наверх]

⁹ — Испанский авантюрист, конкистадор, завоевавший империю инков и основавший город Лима (прим. переводчика) [Наверх]

¹⁰ — Бог солнца, бог войны и национальный бог ацтеков, покровитель города Теночтитлан (прим. переводчика) [Наверх]

¹¹ — Симон Боливар – наиболее влиятельный и известный из руководителей войны за независимость испанских колоний в Америке (прим. переводчика) [Наверх]

¹² — Ритуальные хижины у индейцев, наподобие русских бань, в которых проводились обряды очищения (прим. переводчика) [Наверх]

¹³ — Тайпинское восстание (1850-1864) – крестьянская война в Китае против маньчжурской империи Цин, в состав которой входил Китай, и иностранных колонизаторов (прим. переводчика) [Наверх]

¹⁴ — Банту – общее название народов, составляющих основное население большинства стран Центральной, Восточной и Южной Африки и говорящих на родственных языках, – прим. переводчика) [Наверх]

¹⁵ — Адам Преториус, бич [Наверх]

– Сирил Коннолли, Неспокойная могла

В Библии говорится, что первый убийца отказался от ответственности за свою жертву риторическим вопросом: «Разве я сторож брату моему?». Ласомбра же взяли на себя ответственность, от которой отрекся прародитель. Да, они воистину сторожа своих братьев и сестер. Ласомбра не управляющие, потому что не правят ни от чьего имени. Так же Ласомбра и не короли, потому что им не нужны никакие формальности титула или должности, и уж конечно они не принимают никаких ограничений своей власти, не спрашивая разрешения ни у человека, ни у бога. Ласомбра являются правомерными хозяевами всего сущего не земле и небесах, вне зависимости от того, принимают ли это их подданные или нет.

Такое представление о себе оказывает сильное давление на неонатов клана, неважно Шабашитов или отступников. Ноша избытка славы давит на них, стандарт безупречности, которому, как ожидают сиры, они должны соответствовать. Лишь немногие дитя на это способны. Как говорят старейшины Ласомбра, раньше у них было время выбирать каждого потомка отдельно и воспитать его должным образом. Сегодня же все должно делаться быстро, и иногда низкокачественный материал удостаивается Становления. Достойный потомок Ласомбра может ожидать того, что это примут как должное и будут поощрять с подозрением, тогда как не самому лучшему дитя будет вынуждено постоянно сражаться, чтобы не быть уничтоженным.

Не чуждые иронии Ласомбра иногда относятся к самым младшим членам клана как к шабашитским внучкам Кеннеди. Это неплохое сравнение, учитывая то, как новоприбывшие в клан пытаются реализовать себя, находясь в тени потомков Грациано и других основателей.

Собрание Теней: Становясь Ласомбра

У очень немногих людей получается стать вампирами. В основном желание стать ночной нежитью сопровождается психологическими моментами, работающими против выживания вампиров, включая готовность действовать с недостатком знаний и внимания к деталям. Ласомбра выбирают себе новичков из тех смертных, которые проявляют выживаемость вне зависимости от того, знает ли объект внимания о существовании вампиров и хотели бы они стать ими, если знают.

Короткий путь

Иногда смертный, выбранный более-менее случайно для трансформации в неживого солдата ударных частей во время «лопатной вечеринки» выживает и проявляет интуитивную предрасположенность к силам Ласомбра. Сложно сказать, как часто это происходит, хотя большинство архиепископов-Ласомбра сходятся в том, что примерно один лопатоголовый из тысячи доказывает свою годность для того, чтобы быть сохраненным. Частично это зависит от того, насколько осторожно лопатник выбирает цели для своих ментальных сил, пристрастий или просто ненависти к человечеству в целом, частично от неосознанных качеств жертв, частично от просто удачи.

Длинный путь

Большинство новичков входят в клан гораздо медленнее, с гораздо более долгими размышлениями со стороны их сиров. Шабаш не ведет строгого учета потомков, но сир, который создает слишком много недостойных детей, в определенный момент попадает под внимание со стороны вышестоящих. В традиционном понимании Ласомбра успех оправдывает риск, так что будущие сиры предпочитают не пороть горячку при создании потомков.

Богатый опыт Ласомбра показывает, что из королей, президентов, директоров, пап и прочих лидеров подобного порядка редко получаются хорошие вампиры. Их жизни слишком тесно вплетены в жизнь их общества, они слишком сильно привязаны к человеческим ценностям и общественному признанию. Лучшие новички получаются из тех, кто находится близко к трону, но не сидит на нем непосредственно – помощники, заместители, секретари, советники и так далее. В руках у этих людей зачастую достаточно реальной власти, но правят они руками других, тех, кто получает признание. В то время как большинство помощников нормально относятся к такой ситуации, некоторые поддаются нагноению обиды и совершают свои первые несмышленые шаги в Бездну (Abyss).

Амбициозные неудачники также могут стать хорошими новобранцами, в зависимости от причин неудачи. Например, интеллектуально одаренный будущий политик, у которого плохо получается скрывать свое презрение к обществу, находится «под прицелом». Будучи Ласомбра, от него не будет требоваться относиться к обществу терпеливо. Предприниматель, постоянно откупающийся или иным способом прячущийся от корпоративных врагов, может поддаться растущей злости; к нему тоже стоит присмотреться, чтобы понять, может ли его ненависть перерасти в гнев, характерный для лучших крестоносцев клана. Художник, чьи работы подверглись нападению критиков и хозяев галерей, от прихоти которых зависит коммерческий успех, также достоин внимания, чтобы посмотреть, пропадет ли его решимость после неудачи. Если нет, он тоже достоин вступить в ряды ожидающих Геенну.

В любом случае, сир смотрит на душевную организацию и склад ума. Мир непредсказуем и успех не доказывает наличие первого или второго. Опыт учитывается, но, в конце концов, именно душа претерпевает Становление, в то время как все уроки жизни становятся так или иначе бесполезными.

Гордости недостаточно. Кто угодно может быть достаточно гордым, но гордость, незакаленная критикой не относится к качествам выживаемости для неонатов. Амбиции – лучше, особенно, если они лишь частично удовлетворены при жизни. Мстительность во всех ее проявлениях – тоже хорошее качество, потому что бытность вампиром требует терпения. Хладнокровие тоже заслуживает внимания. Довольно сложно найти человеческое существо, способное спокойно оценивать мир, и Ласомбра забирают таких существ с руками и ногами.

Некоторые Ласомбра придерживаются испытанных способов нахождения неонатов. Они присматриваются к правящим институтам общества, иногда обращая взор на некоторые контркультуры. Другие неспешна подыскивают в других направлениях. Некоторые из самых успешных военных лидеров последних крестовых походов при жизни были домохозяйками. В каждом случае глаз будущего сира цепляется за какую-нибудь особенную черту поведения, а последующие испытания открывают девственные источники темных страстей. Другие талантливые Ласомбра вышли из лечебниц для безнадежно больных, лагерей беженцев или медицинских учреждений для работающих бедняков¹. Почти везде можно найти человека, который бы хотел перестать быть человеком.

Проверка на крепость

Когда будущий сир находит многообещающего кандидата для Становления, он устраивает ему проверку. В идеале, проверка длится годами, хотя обстоятельства зачастую сокращают этот срок до месяцев или даже менее того.

Сир начинает с того, что бьет по тому, что кандидат считает самым важным в своей жизни. Если это его семья, сир убивает ее или использует Дисциплины и обычные средства, чтобы отвратить его родственников. Если это психическое свойство, сир калечит кандидата или заражает его тяжелой болезнью или каким-либо другим способом лишает его этого свойства. Если это положение в обществе, сир прибегает к серии скандалов, чтобы отдалить кандидата от бывших соратников. Что бы это ни было, настойчивый Ласомбра может это забрать сам или с помощью одностайников или других союзников.

Шаг за шагом вампир отрезает свое будущее дитя от мира. Кандидат должен быть в состоянии сам себя контролировать; Ласомбра рассматривают применение Доминирования для влияния на мысли как жульничество, главное – посмотреть, как кандидат со всем справиться. Кандидат, который ломается под трудностями, часто ужасно кончает. Сир бросает эксперимент, и мало кто беспокоится об излечении нанесенных в процессе ран.

Главная хитрость всего этого заключается в том, чтобы не лишить кандидата цели. Каждая потеря должна становиться побуждением для чего-то нового, будь то просто желание вернуть утерянное или обращение внимания на что-то, доселе казавшееся неважным или ненужным. Вампир без стремления не может сопротивляться Зверю или преуспевать в требовательной среде Шабаша, поэтому Ласомбра предпочитают отделять неудачников от борющихся изгоев еще до Становления. По мнению большинства Клана идеальный кандидат для Становления (и это так же истинно для антитрибу), это тот, кто чувствует свою отчужденность от общества, при этом пытаясь изменить или свергнуть его и не ограничивает себя в выборе средств для этого. Даже если сейчас смертный обращает внимание только на то, что близко, в нем должно быть семя величия, иначе столетия нежизни станут для него непомерным грузом.

От жизни к нежизни

Кандидат, который продолжает бороться не смотря на все невзгоды, по крайней мере, встречается со своим сиром. Скорее всего, в тот момент он не знает, сколько «заслуг» его сира во всего его страданьях. Часто он безбожно врет, говоря все что угодно, что, по его мнению, должно склонить кандидата к принятию вампиризма. Он показывает свои силы и предлагает их кандидату.

Некоторые Ласомбра предпочитают говорить своим кандидатам правду: «Да, я разрушил твою жизнь. Ты выказал стойкость, и теперь я предлагаю тебе власть». Большинство сиров считают такой вариант слишком рискованным, предпочитая рассказывать сказки о том, как они заметили обрушившиеся на дите несчастья, и как силы, предлагаемые ему, могут помочь исправить ситуацию. Шок Становления в той или иной степени мутит рассудок большинства детей – часто случающаяся в процессе утоления жажды резня отдаляет нового Ласомбра прочь от человечества.

После того, как потомку будет дана возможность совершить месть или как-либо другим способом справиться с несчастьями своего смертного существования, сир приводит его в общество Шабаша, где начинается обычный процесс обучения и Ритуалов Создания (Creation Rites).

Заметьте, что мстительность не является определяющим качеством при выборе потомка не только во всех, но и в большинстве случаев. Эндрю Эмори удостоился Становления (см. «Тьма требует тебя») во многом благодаря тому, что он отомстил людям, которых ненавидел, но это лишь часть требований, предъявляемых родом Дембы к своим детям. Ласомбра предлагают Становление за разные качества, включая нижеследующие:

Честолюбие. Доминирование и Присутствие являются очень привлекательными для смертных, стремящихся к престижу или физическим достижениям, иначе для них недосягаемым. Поэтому в число новичков-Ласомбра входят те, кто начинают нежизнь как вполне успешные боксеры или менеджеры до того момента, пока они полностью не оборвут все связи со смертным существованием.

Пытливость. Навязчивое желание понять все о мире и людях зачастую становится подспорьем для появления первоклассных паладинов и ученых.

Воинственность. Эта категория включает в основном солдат и бойцов, но ими не ограничивается. Многочисленные крестовые походы Шабаша нуждаются в стратегах и тактиках, шпионах и диверсантах и многих других неявных воинах. Ласомбра любят находить тех, кто проявляет желание проявлять воинскую доблесть вне оков смертной жизни.

Специализированные знания. Как среди воинов, так и среди программистов, бухгалтеров, журналистов и специалистов других отраслей. Ласомбра нужны люди, понимающие современный мир. Внимательный старейшина может научиться отлично вести себя в незнакомой культурной среде, но всегда полезно прозрачные виды на будущее. Специалистов привлекает доступ к ресурсам клана и возможность работать за рамками человеческих законов и морали.

После последнего заката

Эндрю осматривал свою новоиспеченную стаю. На каждом из них были шрамы от вчерашнего Ритуала Создания (Creation Rite) и от них несло пролитой сегодня ночью кровью. Они держались уверенно, готовые к покорению мира. Он собирался подпортить им ночку.

Большинство новичков-Ласомбра не выживают. Дойдя до этого этапа у вас, конечно, уже есть некое преимущество, но никогда даже на секунду не допускайте мысли, что вашему существованию больше ничего не угрожает.

Больше половины скота, которого мы отбираем для Становления не переживает испытательный срок. Они отчаиваются и оканчивают жизнь самоубийством или ломаются под тяжестью бед или выживают, но выказывают свою увечность недостойными личностными качествами. По крайней мере один из сотни, а иногда и реже не переживают собственно Становления либо просто умирая, либо становясь настолько безумными и непредсказуемыми, что их необходимо тут же уничтожать.

Таким образом, из тысячи тех, кого мы сочли достойными после наблюдения, у нас остается 450 или 500. Посмотрите друг на друга и заметьте, что после той первой ночи из десяти вас осталось только восемь. Мы теряем от десяти до двадцати новичков в процессе обучения до формального представления Шабашу. В трудные времена этот процент может удваиваться или даже утраиваться, но никогда этот процент не падает ниже десяти. В слишком многих молодых вампирах остается больше человеческого, чем хорошо для них. Это уменьшает количество до 350 или 400 из изначальной тысячи.

В последующие пять лет, как показывает опыт, по крайней мере, половина из вас отправится в свои, ничем не отмеченные могилы. Вы падете в битвах или согрешите против вышестоящих и встретитесь с правосудием Судов Крови (Courts of Blood) или епархии. Кто-то из вас падет при Мономахии. Кто-то из вас умрет в результате несчастного случая. Некоторые из вас могут попробовать присоединиться к антитрибу, и может даже выжить в этой попытке. Если более семи или менее трех из вас останутся вместе после пяти лет, начиная с этого дня, вы будете воистину очень необычной стаей. Из нашей начальной тысячи выживает столь мало, как двести или столь много, как триста.

Те из вас, кто выживет на протяжении пяти лет, продолжат сталкиваться с опасностями. Из пяти из вас или около того, кому посчастливится пережить эти пять лет, по крайней мере, один и, возможно, максимум, трое также погибнут на протяжении последующих пяти лет. Эта жестокая метла будет прореживать ваши ряды все реже и реже по мере того, как вы будете выживать. Следующие отсеются за последующие 10 и 25 лет, затем между 25 и 50, следующие между 50 и столетием. Ваши наставники и я также прошли через все эти опасности. Возможно, один из вас получит у Суда Крови право уничтожить меня и подняться на одну ступеньку выше по лестнице поколений. Возможно, после этого один из тех, кто сегодня равен ему, в свою очередь получит право уничтожить его.

В Камарильи, которая держит своих изнеженных птенцов в золотых клетках, больше вампиров переживают столетний рубеж, нежели в Шабаше. Можете даже, если захотите, попытаться к ним присоединиться. Все что вы при этом теряете – это ваш единственный реальный шанс на выживание, когда придут настоящие враги, свободу выбирать свою собственную судьбу и ценные преимущества, которые предоставляет Винкулум. Да, вы можете вечно существовать в качестве пешки Патриарха и раба Князя. Или вы можете остаться здесь, горя куда ярче и становясь куда, куда более большим, чем вы есть сейчас и чем могут позволить они. Те, кто проявляет упорство в нашей великой борьбе, достигают таких высот власти, о которых не может мечтать ни один человекобоязненный вампир, не говоря уже о добыче.

Ваша жизнь – игра. А вы хотели по-другому?

Бесконечная тьма: Культура Ласомбра

Ласомбра упиваются бесконечной борьбой за выживание и мастерство. По крайней мере, так они говорят, когда их спрашивают, и в таких же чувствах они пытаются убедить себя. Было бы глупо признавать, что за долгие годы социальная и физическая война их утомила. Было бы еще глупее признать, что иногда кто-то восхищается добродетелями, совершенно отличными от тех, которые публично отождествляются с кланом, или что он предпочел бы не взваливать на себя постоянно бремя лидерства.

Согласно общему мнению Ласомбра, чрезмерно жесткие структуры действуют против своих же создателей. Таким образом, клановые институты гибки и обладают значительной местной автономией. Эти неформальные различия столь же серьезны, как и все, что было распределено и систематизировано, но они гораздо более смертоносны, поскольку открыты для интерпретации. Неопределенность понятий позволяет расширить конкурентную нишу, дать победителям больше возможностей продемонстрировать свое превосходство.

Взгляд изнутри: точки зрения

Отдельные Ласомбра видят мир и свою роль в нем по-разному. Ради выживания вампиры-единомышленники обычно собираются вместе, особенно в Шабаше. Они связываются узами Винкулума только с теми, кто им нравится или, по крайней мере, до некоторой степени уважает их.

Большинство субкультур Ласомбра не имеют организации или даже хорошо известного названия. Это скорее перспективы, чем институты. Единственная общеклановая организация – это Cуды Крови (и стоящие за ними Друзья Ночи). Все остальное неофициально. Группа, которая станет достаточно организованной, чтобы спорить с Судами, будет кооптирована и объединена с самими Друзьями или уничтожена – в зависимости от того, насколько хорошо лидеры группы отстаивают свою позицию.

Безфракционные

– Друитт, член стаи, Детройт

Большинство Ласомбра идентифицируют себя так: «Я Ласомбра и шабашит». Они не очень беспокоятся о других деталях и не чувствуют побуждение идентифицировать себя с какими-либо подгруппами.

Безфракционные не являются бездумными сторонниками статуса-кво или, по крайней мере, не обязаны ими быть. Многие из них принимают участие в дебатах о будущей политике Друзей Ночи и Шабаша в целом. Они спорят о том, как поступить с Отступниками Ласомбра, о том, кто является злейшими врагами Шабаша, и о других практических вопросах.

Фракционные Ласомбра сильно различаются по степени внимания, которое они уделяют наследию своего клана. В некотором смысле это неизбежно, благодаря характерной для клана Дисциплине и роли в истории Шабаша (не все Ласомбра, конечно же, изучают Власть над Тенью, и благодаря тому, что они делятся знаниями друг с другом и товарищами по стае, немалое количество не-Ласомбра также знают ее. Некоторые вампиры упиваются этим фактом, гордясь тем, что унаследовали силу и славу, а также традицию эффективно использовать и то, и другое. Другим просто наплевать, они заинтересованы в построении собственных империй, какими бы они ни были, и считают наследие клана неуместным или даже неприятным, навязывающим подчинение нормам, которые они отвергают.

Крестоносцы

– доктор Юлий Сатфен, епископ Атланты

Небольшая часть Ласомбра является «крестоносцами» – каинитами, которые рассматривают Шабаш как религиозную и военную организацию, почти исключая Шабаш как идеологию свободы. Этот подход одобряют больше старейшины, чем неонаты, хотя удивительная часть получивших Становление Ласомбра за последние несколько лет разделяет опасения своих старейшин благодаря, возможно, приближающейся Геенне.

Присваивать числа и дроби любому набору вампиров – искусство неточное. Слишком мало вампиров существует, и идеи не распространяются по миру равномерно. В рядах любого большого города Шабаша есть как минимум несколько крестоносцев. В нескольких крупных и небольших городах крестоносцы даже доминируют в местной иерархии. В большинстве советов крестоносцы – это раздражающая горстка, которая либо оказывается совершенно неэффективной, потому что их все ненавидят, либо принимает большинство решений, потому что повергает своих критиков.

В целом эта ультраконсервативная фракция Шабаша включает старейшин Ласомбра и Цимисхов, а также некоторых старейшин-отступников, особенно Вентру. Крестоносцы особенно одобряют лидерство Ласомбра в Шабаше, указывая на то, что Ласомбра начали крестовый поход, и часто цитируя сомнительные пророчества о том, что Ласомбра его и завершат.

Верующие

– Брат Поль, францисканец, Барселона

В ранние ночи многие Ласомбра действительно очень серьезно относились к христианству, а небольшое их количество – к иудаизму, исламу и другим религиям. Они считали себя слугами Бога, подвергнутыми определенному или почти неизбежному проклятию. Скорее всего, их действия не заслужат избавления от божественного гнева, но могут отсрочить их окончательный приговор, пока они остаются полезными инструментами.

Кардинал Монкада олицетворял такой подход к нежизни. На протяжении веков он был ведущим поборником мировоззрения Верующих, пережив гибель многих своих бывших товарищей. Он стремился зажечь искру веры в новых поколениях, но без особого успеха. Вампиры, жившие в культурах, которые не особо беспокоились о Боге, редко проявляли интерес к этому предмету и после своего Становления. Даже любимый проект кардинала о массовом Становлении под эгидой религиозного возрождения не очень хорошо работал. Лишь немногие разновидности постсредневековой религии подпадали под нужды, которые двигали им. Получавшие Становление блаженные, толкователи Библии и евангелисты не нуждались в космологии, которую он им предлагал.

После кончины кардинала Верующим не хватает сильного лидера. Полдюжины соперников – почти все латиноамериканские или средиземноморские Архиепископы – стремятся заявить о себе как о «преемнике Монкады», но ни один из них не может привести очень веских доводов в свою пользу. Архиепископ Никарагуа Менард пользуется сейчас самой широкой поддержкой, сочетая глубоко традиционалистский римско-католический пыл с фанатической преданностью различным войнам Шабаша. К несчастью для его кампании в деле обретения славы преемника Монкады, его видение по-прежнему сосредоточено на проблемах Латинской Америки, и слишком многим Верующим в других местах просто надоедают его обличительные речи о левом влиянии в латиноамериканском католицизме и необходимости чистки.

Черные Ангелы

– Мэдд Килла, дуктус-стажер

С первых христианских веков некоторые Ласомбра интерпретировали свою роль буквально как дьяволов на земле, служащих воле Сатаны, питающих моральную и физическую тьму. Еще до распространения христианского учения подобные движения существовали на окраинах зороастрийских и других дуалистических верований. В средние века Angellis Ater или Черные Ангелы постоянно провоцировали Друзей Ночи своими безрассудными и безжалостными нападениями на смертное общество. Опустошения Черных Ангелов подпитывали популярность и поддержку охоты Инквизиции на чудовищ. Умные выжившие среди Черных Ангелов сыграли решающую роль в объединении Шабаша под эгидой доктрины превосходства над злом.

За последние тридцать лет или около того Черные Ангелы вновь вышли за обочину культуры Ласомбра. Явная преданность злу проявляется в удивительном количестве неонатов, выросших в обществах, которые они считают безвкусными и беспринципными – такое ощущение, что тут подойдет любой кодекс поведения, если он даст твердое оправдание их разрушениям.

Дети Бездны

— Филипе Тореасо Магуно, член стаи, Кали, Колумбия

Дети – преданные практики мистицизма Бездны. Они склонны заботиться о Шабаше только постольку, поскольку он предоставляет им безопасное пространство для продолжения учебы. Иногда они отправляются на битву, демонстрируя экзотические искусства Власти над Тенью и часто призывая незнакомые оккультные силы. Затем они возвращаются в свои лаборатории и библиотеки. Епископы Ласомбра любят иметь несколько Детей Бездны рядом в моменты кризиса, а потом радоваться, когда они уйдут. Преданные ученые Бездны странны даже по меркам Шабаша.

Ни в одном городе нет более, чем двоих-троих Детей Бездны одновременно, но секретные анклавы мистиков Бездны предположительно расположены далеко от известных цитаделей Шабаша. Их обитатели либо не смешиваются с остальной частью клана, либо делают это под маскировкой, которую никто не обнаруживает. Скептики полагают, что это еще один слух, используемый для удержания вампиров от поиска настоящих целей в угоду фальшивым.

Короли и Королевы Теней

– Глория Йи, дуктус, Манила

Некоторые Ласомбра воспринимают состояние вампира как мандат на прямое господство над человечеством. Они осуществляют очень важную функцию в Шабаше, выполняя большую часть работы, которую в Камарилье обычно делают гули. Они принимают участие в организациях смертных, оказывая влияние, собирая ресурсы и в целом сохраняя мир смертных мягким и уязвимым для контроля Шабаша.

Несмотря на свое грандиозное имя, Короли и Королевы Теней почти изгои в своем клане. Они должны сохранять Человечность, а не идти по Пути, иначе они вообще потеряют большую часть своей способности смешиваться с людьми. Более того, они должны сохранять высокую Человечность, чтобы работать в обществе людей, не являющихся психопатами. Это означает, что они должны избегать многих обычных действий Шабаша, включая некоторые из самых важных обрядов. Назначение на службу среди смертных часто является наказанием, влекущим за собой подразумеваемый приговор изоляции от своей стаи; выбор несения обязанностей среди смертных показывает либо огромную самоотдачу, либо какой-то скрытый недостаток воли, и лишь немногие вампиры среди Королей и Королев истинно гордятся собой.

Иногда Короли и Королевы формируют свои собственные стаи. Они часто пользуются особым (и критическим) вниманием местного Епископа. Несколько раз в столетие возникает скандал, когда какая-то стая Королей и Королев уничтожается за ересь против доктрины Шабаша и заговор против организации Шабаша. Часто обвинения верны: оторванные от прочих идей, соратники по стае начинают думать о себе как об истинном Шабаше и формулируют планы по установлению своего господства. В других случаях обвинения – просто удобные предлоги для устранения вампиров, которые слишком привязаны к своим подопечным и проявляют слишком много симпатии к нормам поведения Камарильи.

Корсары

– Луиза Бейкер, епископ Мадагаскарского Флота

Многие Ласомбра время от времени проявляют интерес к морю. Побуждение проводить время среди темных приливов возникает даже после того, как Допотопных отделили от нас многие поколения. Некоторые Ласомбра посвящают себя морю все время. Корсары – это дисциплинированные люди, которые при жизни были военно-морскими офицерами (или мечтали ими быть), и в равной степени восторженные, стремительные авантюристы. Некоторые Корсары работают полностью самостоятельно, используя компьютерную навигацию для своих яхт или даже вводя в эксплуатацию частные подводные лодки.

Некоторые Корсары управляют частными судоходными империями, питаясь экипажами и пассажирами, перемещая свои убежища с одного судна на другое. Они могут вообще никогда не ступать на сушу или же наоборот – проводить большую часть года, занимаясь бизнесом на земле. В последние десятилетия все больше Корсаров обращается к пиратству, особенно в Юго-Восточной Азии и на обоих побережьях Африки. Большинство европейцев и американцев понятия не имеют, что тысячи людей делают весьма прибыльным подобный жестокий образ жизни, охотясь на суда в этих районах. Целые стаи вампиров вливаются в эти сообщества незаметно. Епископы, имеющие дело с особенно жестокими стаями, иногда «рекомендуют» им пиратство, чтобы убрать самых грубых нарушителей спокойствия подальше от посторонних глаз: смертные пираты устраивают достаточную резню, чтобы прикрывать ею практически любые действия Шабаша.

Горстка Корсаров занимается флотами мира. По крайней мере, одна быстроходная подлодка находится в руках Ласомбра – советская подводная лодка класса Кило, проданная Ирану в 1995 году и «потерянная в море» два года спустя. Черный Клык охотится в первую очередь на контролируемые Камарильей суда и, когда это возможно – корабли, перевозящие важных членов Камарильи. Архиепископ Марокко Феррари руководит тремя стаями, необходимыми для работы подлодки. Вампиры могут пренебрегать системами жизнеобеспечения, что значительно повышает эффективность и скрытность подводной лодки. Это компенсирует некоторые трудности в получении первоклассного обслуживания.

Друзья Ночи держат передвижение субмарины в глубокой тайне и несколько раз давали Суду Крови санкцию на уничтожение Ласомбра не-Корсаров, которым не повезло увидеть субмарину в действии. По крайней мере, дюжина амбициозных группировок пытается получить контроль над кораблями и подводными лодками, гниющими на бывших советских военно-морских верфях и в других подобных местах. Пока никому не удалось это осуществить.

Трансгуманисты

– Малкольм Федерсен, член стаи, Денвер

Многие современные люди (живые или нежить) не понимают, что теории эволюции восходят к древности. Дарвин не изобретал это понятие, он просто определил естественный отбор как его механизм. Еще до появления письменных свидетельств некоторые Ласомбра взяли своей основной целью овладение всеми своими не явными способностями, превращаясь в существ, которые демонстрируют весь потенциал неживого.

Распространение идеи Дарвина сделало эту идею более приемлемой для современных вампиров, которые не верили в пифагорейский мистицизм и другие древние философии, связанные с эволюцией. Трансгуманисты указывают на то, что хотя они по своей природе и сверхъестественны, но многие законы природы все еще применимы к их состоянию, и рассматривают свое дальнейшее развитие с научной точки зрения. Современные Трансгуманисты стремятся к систематическому созданию идеального вампира.

Трансгуманизм сбивает с толку как старейшин, так и неонатов, которые думают о вампиризме с мистической точки зрения. Трансгуманисты классифицируют свои различные способности, разрабатывают таксономию и иным образом стремятся свести вампиризм к данным. Некоторые в конечном итоге сохраняют свою человечность просто потому, что разврат и подлость кажутся скучными. Другие преуспевают в дико бесчеловечных Путях, потому что они рассматривают человеческую мораль как плотину в потоке идей, выталкивающую инновации в узкие каналы.

Многие Трансгуманисты сохраняют интерес к передовым технологиям: вычислениям, биологии, медицине, аэрокосмической технике и т. д. Другие стремятся к совершенству, не полагаясь на инструменты, но при этом ценят логику и методичность. Однако они не Спок с клыками – они признают, что страсть и разрушение являются частями вампиризма в такой же степени, как и логика и проницательность, и когда они принимают участие в обрядах, они часто являются наиболее заинтересованными их участниками. Они делают все, что кажется стоящим, от всей души. Просто они объясняют свой пыл словами, которые большинству вампиров непонятны.

Некоторые Трансгуманисты Ласомбра занимаются вопросами, представляющими общий интерес с метаморфозами Цимисхов и Отступников, которые разделяют схожие наклонности. Другие предпочитают объединяться только со своими соклановцами.

Фаталисты

– Винченцо Фиоре, кочевой шабашит, в настоящее время находится на юге Италии

Фаталисты Ласомбра не говорят о себе как о таковых, если они хотят избежать уничтожения. Поскольку Друзья Ночи признают существование фракции, они рассматривают ее как текущую неудачу на фоне достойных членов клана.

Фаталисты придерживаются только одной доктрины: независимо от того, как все выглядит, у них нет реальной свободы воли. Некоторые утверждают, что Становление превращает их (и всех вампиров) в инструменты старейшин, но что люди сохраняют свободную волю. Другие утверждают, что ни одно живое существо никогда не пользуется свободой воли, потому что Допотопные узурпируют все умы при зачатии, рождении или во взрослом возрасте для своих бесконечных войн – высшего смысла в их понимании.

В первые века эры Шабаша фатализм практически исчез. Лишь со временем юные Ласомбра остановились, чтобы задуматься над тем, что их все еще окружают сущности более могущественные, чем они сами. Нарастающая волна беспрецедентных бедствий в последние годы вернула популярность фатализму. Некоторые фаталисты впадают в деятельную горячку. Другие отстраняются и избегают делать больше, чем необходимо для выживания.

Обреченные

– Гарчилако, член стаи, Мехико

Некоторые Ласомбра называют себя героями, воинами и прочими самовосхваляющими словами. Они стремятся к немедленному покорению всего, что находится в поле их зрения. На самом же деле они не настолько глубоки, чтобы считаться ярыми приверженцами свободы. Они не занимаются чем-то настолько абстрактным. Их цель – простое и чистое потворство своим слабостям. Некоторые заходят так далеко, что всегда демонстрируют свои клыки, татуируют руки черным и всякими теневыми символами на видных местах (например, на макушке бритой головы) и иным образом выставляют напоказ свое состояние.

Обреченные – это именно то, что следует из названия. Большинство Ласомбра уничтожают таких соклановцев сразу же. Одно дело – господствовать над человечеством. Другое дело – поступать глупо и недальновидно, вызывая расправу без подготовки со стороны вампира. Требуется много Стойкости, чтобы отбиваться от команды спецназа, и еще больше, чтобы иметь дело с охотниками, полными ужасающего знания о том, что вампиры-панки прячутся где-то поблизости. Эксгибиционизм обычно не окупается, по крайней мере, среди Ласомбра.

Железный кулак: Институты

В большинстве случаев Ласомбра руководят своими делами в соответствии с принципами Шабаша и различными интерпретациями приоритетов клана. Клан не имеет постоянной иерархии, полиции или других подобных служб. Члены клана неизбежно приходят в противоречие друг с другом, и в таких случаях в игру вступает единственный выдающийся институт клана.

За ним стоит периодически всплывающая организация, или рабочий альянс, или некоего рода собрание. Она работает в соответствии с не слишком очевидным планом и не устанавливает какой-либо общеклановой политики. Тем не менее, эта организация оказывает влияние на клан как обучением, так и личным примером.

Суды Крови

Задолго до существования Шабаша, до появления любого человеческого общества, известного ныне смертным ученым, Допотопный Ласомбра осознал, что его дети (точно так же, как Допотопный и его современники) будут стремиться питаться друг другом. Прямое подавление этой практики не сработает лучше, чем, согласно рассказам ноддистов, указ Каина против диаблери.

Но хищничество могло быть ограничено правилами, а уничтожение соклановца может стать наградой, предоставляемой в соответствии с процедурами и политикой. Допотопный учредил Суды Крови, чтобы претворить это понимание в жизнь.

Ласомбра, у которого есть претензия к соклановцу, начинает процесс с того, что заявляет о своей неудовлетворенности. Он разговаривает с могущественными Ласомбра из своего окружения. Они разговаривают между собой, и от трех до 13 членов Друзей Ночи составляют Суд Крови. Они выслушивают ходатайство истца, а затем отпускают его, пока обсуждают дело. Это может занять минуты или годы, и пока суд размышляет, вампир, подавший жалобу, не должен настаивать на судебном разбирательстве или рисковать быть уничтоженным.

Более чем в половине случаев суд считает жалобу неправомерной. Члены суда делают истцу выговор за неверное суждение, а иногда применяют санкцию в виде потери статуса. В 10-15% случаев суд решает, что цель заслуживает какого-то наказания кроме уничтожения. Иногда суд просто предписывает цели передать информацию или активы истцу. Чаще суд указывает истцу, что он имеет право на определенную собственность или влияние, если она сможет забрать их у цели. Если он выйдет за рамки этого, то рискует быть уничтоженным судом, а если он не сможет забрать это – что ж, значит он явно этого не заслуживает.

В остальных случаях суд соглашается, что цель заслуживает уничтожения. Часто суд налагает ограничения: запрет на использование Дисциплин, уничтожение гулей и имущества до уничтожения цели и тому подобное. Во всех случаях один или несколько Ласомбра, которые могут быть выбраны судом или назначены истцом и утверждены судом, должны засвидетельствовать сам акт уничтожения. Истец может попытаться уничтожить цель либо ограниченное количество раз (обычно всего один), либо в течение определенного периода времени, после чего суд считает вопрос урегулированным. Суд предпочитает предоставлять попытку, а не гарантировать результат.

Суд собирается в темноте. Истец не должен знать, кто из местных соклановцев услышит его иск. Его анонимно вызывают на место встречи и, войдя, он обнаруживает, что судьи уже замаскированы с помощью Власти над Тенью, Затемнения или других средств. Если истец может распознать их маскировку, то он вполне волен сделать это, но любые последующие попытки истца демонстрировать знание о том, что конкретный вампир был одним из его судей, почти всегда приводят к уничтожению. Предполагается, что суды действуют как голос традиции, абстрагированный от бесчисленных голосов отдельных Ласомбра.

Официальной процедуры обжалования не существует. Истец может потребовать повторного слушания, но суд не обязан соглашаться. Судьи могут сами решить передать дело другим Друзьям Ночи, но это почти всегда происходит в процессе обсуждения, так что другие вампиры не знают об этом. Иногда апелляционный суд собирается в том же месте, что и суд низшей инстанции, и снова вызывает истца; из-за практики сокрытия трудно отличить это от любого рутинного запроса дополнительной информации.

Попытка уничтожить другого Ласомбра (кроме Отступника) без санкции суда сама по себе является основанием для жалобы, независимо от того, удалась эта попытка или нет. Неонат, находившийся в тисках безумия, может получить отсрочку, как и некоторые старейшины, столкнувшиеся с крайними провокациями. В целом, однако, Ласомбра ожидают друг от друга достаточного самоконтроля, чтобы удержаться от уничтожения (хотя и не от меньшего насилия). Эффективность судов в надзоре за такими вопросами полностью зависит от того, насколько усердны Друзья Ночи, живущие в этом районе – в некоторых городах почти все пускают на самотек, в то время как в других остаются незамеченными лишь самые легкие нарушения.

Вся концепция судов существует при неприятном давлении со стороны организации Шабаша. Суды расценивают положение в Шабаше не более, чем побочный фактор. Ласомбра низкого ранга может подать жалобу на значительно более высокопоставленного Ласомбру Шабаша, и, если суд сочтет это дело обоснованным, истец может начать судебное разбирательство, и судьи будут выступать (по крайней мере до некоторой степени) от его имени, не взирая на соответствующую иерархию Шабаша. Суд может принять решение отложить вынесение приговора до тех пор, пока не закончится какой-либо локальный кризис – например, очень немногие решения выносятся в разгар войны или прямо перед одним из больших ежегодных обрядов, когда официальные лица Шабаша должны готовиться к торжеству.

Немногие старейшины Ласомбра видят конфликт между сектой и клановой традицией. Ласомбра возникли еще до Шабаша, и своим существованием Шабаш обязан прежде всего дальновидению Ласомбра. Для старейшин вне Ласомбра проблема столь же проста: правит Шабаш, а кланы уступают. Незначительные стычки часто вспыхивают там, где решение суда нарушает порядок вещей Шабаша.

Фактически суды действуют в некоторых случаях как среди Отступников, так и среди основной части клана. Ни одна из сторон не афиширует этот факт, но некоторые города, населенные Ласомбра в достаточной мере, просто не обращают особого внимания на разделение и делают клановое «правосудие» в равной степени доступным для обеих сторон.

Друзья Ночи

За судами стоят Друзья Ночи, сплоченная сеть старейшин клана и некоторых более молодых членов, которые проявили себя исключительно способными.

Как и суды, Друзья предшествовали всем известным цивилизациям. Обычно они произносят свое название на любом языке, который наиболее четко указывает на культуру и авторитет. Когда древние языки Ближнего Востока еще отличались от протоиндоевропейских, Друзья были «Brether Nokw». Когда латынь была языком империи (а затем и науки после падения империи), они были «Amici Noctis». Когда французский язык был универсальным европейским языком дипломатии и торговли, это были «Les amis noirs». В последние столетия или два они обычно назывались «Друзьями Ночи».

Друзья дают простую клятву защищать интересы клана в целом и работать против его врагов. Теоретически они стоят особняком от внутренних споров. На практике, конечно, большинство Друзей просто связывают свои личные интересы с интересами клана и действуют соответственно. Во время раздоров половина или более созываемых Судов Крови решают споры между Друзьями Ночи (младшие члены клана не знают о таких вещах. Они знают только, что по какой-то причине старейшины медленнее, чем обычно, созывают суды и кажутся недовольными всем этим).

Хотя Допотопный все еще существовал, было легко определить общие проблемы клана – они были такими, какими их описывал Допотопный. После Восстания анархов единого мнения по этому поводу не существует.

Некоторые Отступники до сих пор принимают участие в собраниях Друзей, их безопасность гарантируется тщательно продуманными договорами и часто подкрепляется кровавой магией различного рода. Это редкость – большинство Ласомбра Шабаша предпочитают просто уничтожать лидеров несогласных или (что более изящно) вербовать их посредством ментальных Дисциплин. Тем не менее, для многих молодых Ласомбра было бы шоком узнать, насколько грязными становятся высокие позиции в клане.

Большинство Ласомбра, переживших столетие или около того, получают приглашение присоединиться к Друзьям. Не все Друзья единодушны, когда дело касается кандидатур. Скорее, кандидат в Друзья консультируется с как можно большим количеством других и пытается решить их проблемы. Достаточно недостойный Друг неизбежно становится целью санкционированного судом уничтожения, и, вероятно, его поручитель тоже, так что эти вопросы в некоторой степени саморегулируются. Ласомбра с опытом в несколько десятилетий могут получить приглашение в Друзья после какого-нибудь замечательного подвига – блестяще проведенной серии крестовых походов (а не только одного), прорыва в применении Власти над Тенью, дипломатического переворота, укрепляющего позиции клана в Шабаше, выявление заметной линии крови Отступников. Таких приглашений немного, и они требуют особого внимания.

Друзья Ночи «секретны» в том смысле, в каком обычно секретна полиция смертных. Каждый или, по крайней мере, каждый Ласомбра, получавший наставления более чем несколько ночей, знает, что они есть, и многие Ласомбра знают имена нескольких Друзей. Масштабы сети в целом остаются скрытыми, и немногие из ее операций проводятся там, где посторонние могут это заметить. Ласомбра не скрывают существования Друзей или судов от других вампиров. Они просто не привлекают внимания к институтам, и немногие вампиры из других кланов горят желанием выспрашивать.

Ритмы ночи

Что же именно вампиры делают со своим бесконечным существованием?

Легко упустить из виду ограничения, которые испытывают вампиры. Только горстка из них с чрезвычайно высокой Стойкостью может регулярно сопротивляться желанию уснуть при приближении дневного света, а низкая Человечность заставляет вампиров спать дольше после захода солнца. В среднем в течении года вампиры с наивысшей Человечностью получают по 12 часов бодрствования за ночь. Почти все вампиры Шабаша получают значительно меньше, до восьми или девяти часов в сутки.

На кормление обычно уходит не менее часа в сутки, хотя на практике многие стаи не охотятся каждую ночь. Они напиваются досыта, а затем обходятся без еды в течение нескольких ночей. Даже при хорошо организованных стадах, которыми пользуются лишь немногие Ласомбра, кроме Королей и Королев Теней, требуется какое-то время, чтобы собрать стадо вместе, отобедать ими и затем снова их разогнать.

Исполнение обрядов, Высоких и Низких, требует времени. Каждый грандиозный ежегодный обряд требует нескольких ночей подготовки и дополнительного времени на уборку после него. Игры Инстинктов занимают все доступное время в конкретную ночь. Ритуальная подготовка к битве с врагами секты длится всю ночь, не считая время на сам бой. У Шабаша много врагов, от Камарильи до противников-людей (знающих и прочих) и других рас, населяющих тени. Крестовый поход занимает недели, месяцы или годы. Отдельные стычки могут длиться неделями даже без осложнений, связанных с затяжными конфликтами.

К тому времени, как все будет сказано и сделано, Ласомбра может рассчитывать лишь на несколько часов в сутки для своих собственных занятий. В рамках этого окна возможностей они должны тренировать себя и друг друга, искать развлечения, отдыхать и делать все, что им интересно. Никакие человеческие трудоголики не работают в условиях ограничений, подобных таковым у амбициозных Ласомбра. Одной из важных причин, по которым Шабаш в целом оказывает меньшее влияние на общество смертных, является давление времени: секта не сможет быть собой, отказавшись от практик, определяющих ее как секту.

Ласомбра, пережившие свои первые ночи, часто развивают довольно сложные личные интересы: причуды стиля, особые способности, некоторые факторы окружающей среды, которые им необходимы в любом месте, где они живут какое-то время. Такие навязчивые идеи должны компенсировать всестороннюю индивидуальность и опыт, зависящие от времени, которого у Ласомбра просто нет. Даже старейшинам не хватает разнообразности мастерства, которым мог бы в сравнении обладать бессмертный человек, поскольку бесконечность лет вампира все еще ограничена на каждом шагу.

Вампиры – это создания эго. Ласомбра, движимые своим наследием, чтобы показать себя достойными лидерами, испытывают огромную потребность отличаться друг от друга и от окружающих их вампиров. Для юного Ласомбра это также и черта выживания, демонстрируемая нетерпеливым и недоверчивым старейшинам: «Видите, в этом отношении я преуспеваю и показываю себя вашим достойным наследником».

Успешные стаи часто осознают ограничения своего существования и подбирают разных людей, чтобы компенсировать слабости друг друга. Группа, полная хакеров, автомобильных асов или художников перформанса, отлично справляется с соответствующей задачей, но им лучше надеяться, что они не столкнутся с другими проблемами. И напротив, стая с одним хакером, одним асом и одним художником может адекватно, если не вовсе превосходно, закрыть гораздо больше вопросов. Амбициозные лидеры стай сравнивают заметки о том, что работает, и шпионят друг за другом, чтобы изучить уловки, которые не видны на поверхности. Клан Ласомбра, как и мир бизнеса смертных, страдает от причуд в управлении.

Клан внутри секты

Старейшины Ласомбра склонны к собственническому отношению к Шабашу. Это их очень важное дело, плод их отважных действий (или, по крайней мере, действий, которые они поддерживали и разрешали). Старейшины клана ожидают, что их дети и внуки будут руководить стаей, обучать доктрине, председательствовать в качестве Епископов и подниматься по служебной лестнице. По мнению старейшин, если Ласомбра не на передовой ни в мире, ни в войне, значит, что-то пошло не так.

Судя по цифрам, Ласомбра составляют около четверти от всего Шабаша. Они занимают более трети всех должностей, а в некоторых городах фактическое большинство титулованных лидеров принадлежит к их клану. Вдобавок опытные Ласомбра служат советниками и специалистами, даже если они не имеют титула Шабаша. Старейшины клана на самом деле не обманывают, помогая многообещающему молодому Ласомбра обрести власть, они могут и предоставляют услуги, информацию и тайную помощь. Старейшины видят в этом процесс самокоррекции, когда недостойные наследники выгорают и погибают, в то время как любой, кто однажды преуспел в этом положении, явно заслуживает того, чтобы быть там на первом месте.

Ласомбра среди своих

Ласомбра гордятся тем, что делают все стильно и элегантно. Это не значит, что все они одинаково одеваются, ведут себя одинаково или обставляют свои убежища в одном стиле. Убежища Ласомбра, завоевавшие уважение своей элегантностью, варьируются от воссозданных (или сохраненных) комнат в стилях Великих Моголов и этрусков до зданий, являющихся вершиной архитектуры Юймина Бэя, и самодостаточных домов из утрамбованного грунта, наполовину скрытых под землей. Лидеры Ласомбра могут появляться на официальных мероприятиях в церковной одежде (серьезной, кощунственной или сатирической), в классической вечерней одежде последних столетий или стилях, популярных в их смертные дни. Вкус Ласомбра в соблюдении ритуалов и в общественной жизни варьируется от древнего язычества до избирательно средневекового и агрессивно постмодернистского – иногда даже сильно разнится от случая к случаю, в зависимости от того, чего они надеются достичь.

Практически все может быть элегантным. Одно из классических достоинств Ласомбра – это дар экспозиции, позволяющий одному вампиру объяснить другим, почему этот конкретный выбор на самом деле элегантен. Клан отдает предпочтение членам, которые могут убедительно сформулировать свои предпочтения. Клан не одобряет попытки шокировать – если они не работают. Умение представить что-то настолько незнакомое, что это попирает существующие предположения и, тем не менее, с объяснением, соответствует императивам клана – это один из способов завоевать большой почет. Простое проявление агрессии, как минимум, означает потерю статуса и может повлечь за собой более суровое наказание.

Ласомбра Шабаша решительно отрицают, что они соблюдают что-либо вроде обычаев Камарильи Элизиума и салона. Разговоры не стоят того. На практике большинство Ласомбра собираются и обмениваются новостями и мнениями с единомышленниками и ведут дела друг с другом в среде, защищенной от случайного насилия. Другое дело, конечно, преднамеренное насилие вроде дуэлей. Ласомбра стремятся убедить себя и друг друга в том, что, несмотря на их различия, их объединяет высшая идея преемственности. По крайней мере, так видят это старейшины. Многим молодым шабашитам наплевать на наследие, но они понимают, что злить своих создателей неразумно. Напряженность между поколениями разрастается за границей зрения.

Многим молодым Ласомбра Шабаша сегодняшние старейшины кажутся очень похожими на то, против чего, согласно истории, в первую очередь восставали Грациано и другие. Да, структура Шабаша позволяет новым вампирам развиваться способами, которых нет в Камарилье, и обеспечивает независимое существование, но за определенную плату. Например, вампиру, который хочет быть чем-то большим, чем человек, но отвергает крестоносный элемент секты, просто не повезло. Ему лучше подчиняться и держать свое мнение при себе. Параноидальные старейшины видят новые заговоры, подобные заговору Грациано, в каждом несчастном сборище неонатов. Этот страх мотивирует все более показательные обряды с прицелом на создание уз Винкулума, достаточно сильных, чтобы сделать восстание трудным или невозможным. Такие действия сами по себе стимулируют неонатов к заговорам, чтобы найти способы обойти ограничения.

Пока что сохраняется баланс сил. Потребуется скоординированное устранение большого количества старейшин внутри клана и за его пределами, чтобы провозгласить новую эру открытости Ласомбра. Если бы это произошло, такая чистка немедленно повлекла бы за собой ответные меры Шабаша и оппортунистические атаки Камарильи и независимых вампиров. Будущие заговорщики все это знают и пока не наносят удар. Пока.

Несдержанные: Отступники

Начнем с того, что Отступники Ласомбра никогда не называют себя Отступниками. Это разделение не имеет ничего общего с их взглядом на клан. Клан Ласомбра – это единое семейство родословных. Некоторые обрели славу уничтожителей Допотопного Ласомбра и приобщились к Шабашу. Другие нет. Кроме того, некоторые Ласомбра принимают или отвергают Шабаш по своим собственным причинам. Таким образом, границы между Ласомбра приверженцами Шабаша и остальной частью клана остаются в постоянном движении.

Линии крови, отвергающие Шабаш, иногда делают это по одной из двух диаметрально противоположных причин.

Реакционеры

Большинство Ласомбра, отвергающих Шабаш, остаются привязаны к традиционному (если не устаревшему) порядку иерархии кланов и отношений между птенцами и сирами. Они часто поддерживают Камарилью, хотя треть консервативных линий крови придерживаются совершенно независимого курса и полностью избегают сект. Реакционные Отступники обычно ценят Человечность, а когда они выбирают Пути, отдают предпочтение ученым, степенным.

Некоторые реакционные Ласомбра воюют против своих соклановцев по Шабашу, но это непросто. Доктрина и обучение Шабаша рождают очень хороших воинов, свободных от этических ограничений, которые часто связывают их противников-Отступников. Среди «Сородичей» мало великих военачальников или генералов. Это одна из причин, по которой они работают с Камарильей.

Внутри реакционных Сторожей существует субфракция «Выдающиеся». Эти каиниты ведут войну против Шабаша, но не напрямую. В море они содержат знаменитый пиратский флот Отступников. На суше они участвуют в сложных схемах шпионажа и саботажа. Некоторые действуют ярко в контексте жесткой и требовательной этики, в то время как другие почти столь же чудовищны, как и их враги. Подобно Королям и Королевам Тени, многие Выдающиеся специализируются на работе среди смертных, чтобы настроить окружающее общество против деятельности Шабаша.

Радикалы

Претензии радикалов к Шабашу заключаются в том, что он не заходит достаточно далеко. Радикалы полностью признают, что вампиры по своей природе не человечны. Они почитают Допотопного как воплощение тьмы и думают, что любой более молодой вампир, который считает, что он может уничтожить воплощение тьмы, слишком глуп, чтобы заслужить уважение. Радикалы с непревзойденной преданностью практикуют Власть над Тенью и (когда они могут найти учителей) Тауматургию, и стремятся навсегда положить конец всему свету во Вселенной. Они хотят, чтобы их соратники по клану из Шабаша отказались от дела уничтожения Допотопных или объединились с другими кланами и продолжили истинную работу Ласомбра.

Радикальные Ласомбра редко сохраняют Человечность надолго. Это мешает их призванию.

Становление Отступником

Отступники выбирают своих потомков во многом так же, как это делают Ласомбра Шабаша, включая испытание разрушением или, по крайней мере, почти разрушением. На самом деле, в некоторых случаях Отступники идут намного дальше. Ласомбра видят в этом прагматическое оправдание: существует довольно мало Отступников, и они не могут позволить себе иметь даже одного бездельника или маргинальное дитя. Реакционеры всегда должны думать о том, какое впечатление они производят на Камарилью, поскольку нервничающему архонту или юстициару не потребуется много времени, чтобы решить смести «опасные препятствия». Радикалам нужны потомки, способные выдержать психические и физические нагрузки постоянного воздействия самых темных сил.

Ласомбра, принадлежащие к Камарилье, обычно очень заметно уважают Традиции, регламентирующие Становление и освобождением, и их освобожденные потомки являются одними из самых образованных в секте (и это лишь раздражает многих членов шести основных кланов, которые возмущаются, что посторонние так хороши). Остальные Отступники следуют своим собственным склонностям и устоявшейся клановой мудрости о подходящих потомках.

Реакционеры как минимум трижды экспериментировали с массовым Становлением в стиле шабашитских «вечеринок с лопатами». Консервативные Ласомбра с Путями, которые не мешали этой практике, начали создавать десятки потомков в короткие сроки, в то время как их более гуманные союзники применяли Доминирование к ударным войскам и давали им ускоренные курсы по использованию Дисциплин. Затем орды берсерков бросались в бой. Все они были вырезаны. Некоторые реакционеры предполагают, что обряды Шабаша наполняют ударные отряды секты знаниями и силой. Большинство экспериментаторов не согласны, но они наверняка упускают что-то важное. Иногда Ласомбра Шабаша благодаря таким усилиям получают достойных выживших. У реакционеров таких никогда не было.

Друзья Ночи, не участвующие в Шабаше, ясно дали понять, что они не будут благосклонно относиться к любой четвертой подобной попытке. Попытки по-прежнему будут происходить – кризисы Последних Ночей делают этот метод слишком заманчивым инструментом – но это случится где-нибудь, где несколько Ласомбра соберутся втайне, вдали от Камарильи и других наблюдателей.

Ренегатство из Шабаша

Шабаш не прилагает больших усилий, чтобы рассказывать птенцам об Отступниках, и еще меньше усилий – чтобы предоставить любую информацию, полезную для потенциального Отступника. Среди недовольных неонатов распространяются всевозможные городские легенды – вспомните мифы младших школьников о сексе, чтобы понять, насколько точны эти истории. Любой Ласомбра Шабаша, который решит быстро отреагировать на свое чувство неудовлетворенности, руководствуясь общими историями, скорее всего, будет пойман и уничтожен.

Чтобы успешно покинуть Шабаш, нужно время. Вампир, обширно связанный Винкулумом, вероятно, вообще не сможет этого сделать. Знания о том, что он присоединится к врагу и будет сражаться против своих бывших союзников, достаточно, чтобы сделать нежизнь неудобной с уровнем Винкулума 3 или выше, трудной при 6 или выше и почти полностью невозможной при уровне выше 7. Потенциальный перебежчик должен устранить своих союзников или ждать пока время и случайность сделают это за него.

Как только он сможет уйти, то сразу должен найти Отступника. Скорее всего, он знает, самое большее – смутно, где собираются ближайшие вампиры Камарильи. Он ничего не знает об их действиях, и если шериф или бич обнаружит его, то он, скорее всего, будет уничтожен, прежде чем получит шанс допустить какие-либо прочие социальные оплошности. Он должен вести себя наилучшим образом в течение длительного периода времени, избегая оскорбления кого-либо, имеющего право на уничтожение, и убеждать кого-нибудь, имеющего влияние, предоставить ему хотя бы временную защиту. Шабаш не способствует развитию таких социальных навыков. Либо вампир владел ими при жизни и еще не успел забыть всего, либо ему удается интуитивно быстро им обучиться.

На самом деле, поиск Камарильи не очень помогает, если только Отступник не хочет быть принят в какой-то другой клан. Немногие князья знают что-либо об Отступниках Ласомбра, и немногие хотят признать свое незнание таких вещей или предупреждать власти Камарильи о присутствии нового чудака. Поэтому некоторые перебежчики предпочитают разминуться с Камарильей либо полностью, либо после того, как они заработают самое элементарное признание, и вместо этого ищут своих собственных соклановцев.

Отступники стараются держать наблюдателей в зонах деятельности Шабаша. Это трудная и опасная работа. Большинство предполагаемых перебежчиков, которые попадают в их поле зрения, на самом деле являются приманками, призванными заманить Отступников в ловушки. Настоящий ренегат, который делает слишком много неубедительных шагов, тоже обычно без предупреждения оказывается уничтоженным именно теми, кого он надеется найти.

Возможно, лишь каждый десятый перебежчик действительно оказывается с соклановцами, которых он надеялся найти. После выявления вампир должен пройти длительный испытательный срок. Существование ментальных Дисциплин означает, что его новые коллеги не могут быть полностью уверены в его надежности; в его голове могут быть вещи, которые ренегат полностью осознает, просто ожидая взрыва. Требуются годы или даже десятилетия, чтобы полностью заслужить доверие среди Отступников, если он когда-то был испорчен Шабашем.

Клан и мир

Воздух ранней ночи сперт и влажен. Больше недели не было ни дождя, ни ветра, а городской смог сочетается с дымом горящих листьев, оставляя воздух зловонным. Демба стоит на заднем балконе многоквартирного дома в Ванкувере, глядя сверхъестественным зрением поверх реки Колумбия на центр Портленда. Недостроенное здание, где она говорила со стаей Эндрю о происхождении, уже достроено, даже с учетом задержек, вызванных «аварией» рано утром, когда вышла из строя целая серия предохранительных болтов.

Демба улыбается этому воспоминанию – она все еще чувствует некоторые эмоции, которые могут различать человеческие существа – и смотрит вниз на Другую Бритву, который все высасывал последние капли из семьи, в чьей квартире они находились. На нем заметны шрамы в местах, где он порезался, чтобы не спать достаточно долго при дневном свете и нанести удар сразу после утренней смены. Тогда она была впечатлена, и остается впечатлена поныне.

– Д а, – говорит она. – Переставай играть с едой.

Он сразу же поднимает взгляд.

– Хорошо. Я буду готов, когда будешь ты.

Демба снова улыбается.

– Если ты все еще серьезно собираешься стать жрецом... – он решительно кивает, и она продолжает –...тогда тебе нужно знать, с кем ты сражаешься, чтобы ты мог подготовить к этому своих товарищей по стае умом и душой.

– Со всеми, верно

– Ну да. Но не все цели одинаковы. А сейчас слушай.

Шабаш

На самом деле ты будешь сражаться внутри секты не меньше, чем против посторонних. Это вопрос практики, а не теории. Нам, пережившим первые несколько лет нежизни, пришлось бы по душе, если бы секта была немного менее братоубийственной, но наше желание ничего не меняет. Епископ категорически не одобрил бы, если ты скажешь, что главный враг Шабаша – это его собственные члены, и я призываю тебя не поднимать эту тему, пока твои экзаменаторы не затронут ее первыми. И даже тогда преуменьшай. Пусть они увидят, что ты знаешь реалии ситуации, но не погряз в скептицизме по поводу великого крестового похода.

Помни также, что твои единственные союзники находятся внутри секты. Каждый посторонний, который знает о нас, ненавидит нас и хотел бы, чтобы мы были уничтожены. Конечно, мы платим им той же монетой. Любой, кто будет работать в угоду нашему разрушению, является препятствием на пути к нашему окончательному триумфу и должен быть устранен. Твоя единственная возможность для общения – это Шабаш. Не разбрасывайся возможностями легкомысленно.

Вскоре, конечно, если твоя стая продержится так же хорошо, как это кажется сейчас, у тебя не будет возможности использовать своих товарищей по стае. Винкулум гарантирует, что ты этого не сделаешь. Тебе это кажется пугающим? Так и должно быть. Иногда тебе следует пошевелиться в моменты покоя и подумать о том, что сила, которую ты не понимаешь, работает в твоем теле, заставляя тебя заботиться об этих других пиявках и заставляя их заботиться о тебе. Тебе должно казаться странным, что произнесение ритуальных благословений с правильным отношением превращает обычное витэ во что-то, что может скрепить Винкулум. Нужно помнить, что ты являешься частью чего-то большего и старшего, которое действует на уровне, который ты сейчас не понимаешь и который в некотором смысле никогда не поймешь, если только Суд Крови не наградит тебя множеством диаблери.

И это хорошие новости.

Цимисхи

Изверги – наши ближайшие союзники и самые непримиримые конкуренты. Никогда не забывайте, что это мы инициировали восстание, которое привело к Шабашу. До того, как Грациано и его союзники стали действовать, и до того, как Les Amis Noirs одобрили их действия, некоторые недовольные личности наносили лишь случайные удары. Лугож и его последователи подражали Грациано. Изверги просто ненавидят быть вторыми в чем-либо и используют любую возможность, чтобы наказать тех, кто имел несчастье добиться большего успеха. Они и раньше развязывали против нас войны, и сделают это снова. Будьте всегда начеку. Всегда используйте их. Доверяйте им только тогда, когда видите, как витэ попадают в чашу во время Валдери, и даже тогда не спешите укреплять свою уверенность. Иногда для специфического проекта может быть вполне общая причина. Никогда не упускайте возможности завязать полезные знакомства или заняться чем-то стоящим. Следите за своей спиной и держите зеркала под рукой, чтобы увидеть их приближение.

Кровавые Братья

Да, это правда, эксперименты жизненно важны для продолжения существования нашей секты. Если мы откажемся от новых возможностей, наши враги вскоре опередят нас, окружат и уничтожат. Тем не менее, я сомневаюсь, что конкретно этот эксперимент добавляет что-нибудь секте. У нас есть пушечное мясо. Возможно, однажды ночью я увижу, как Кровавые Братья совершают что-то, вызывающее у меня уважение. А однажды ночью я смогу диаблеризовать Каина, да.

Предвестники Черепов

Я не знаю. Я не хочу знать. Они выходят из земель мертвых в масках и с обидами. Если они ненавидят Камарилью или других вампиров – хорошо, я буду работать с ними. Но я предпочитаю, чтобы этим занимались мои доверенные подчиненные. Эти ребята беспокоят меня как ничто другое.

Каэссиды

Любимый ученик, если ты когда-нибудь узнаешь что-нибудь об этих существах, расскажи мне, и я щедро вознагражу тебя.

Пандеры

Кстати о пушечном мясе... Я нахожу их претензии на статус клана глубоко забавными. Поощряйте их – они могут вам понадобиться, чтобы время от времени мешать планам Цимисхов.

Я немного несправедлива к быдлу. Некоторые из их членов проявляют настоящую склонность к Дисциплинам и знаниям нашего клана. Вы должны вербовать таких подальше от общей массы и искать им подходящего сира, чтобы присоединить их к нашему клану. То, что я сказала об остальных из них, все еще применимо.

Отступники Салюбри

Поистине, мы живем в эпоху, богатую знамениями. Кто бы мог подозревать, что жертвы Тремеров вернутся с силой и так охотно будут сражаться за нас? Когда я была молода в своей нежизни, Салюбри были одной из величайших поучительных историй о том, что один клан может сделать с другим, если Допотопные жители позволят это (или, что более вероятно, поощрят как собственную схему). Мы знали, что полностью уничтожить любую группу сложно, но ожидали, что выжившим придется без потомков ютиться в отдаленных пустошах. Теперь они здесь, полные воинственного настроя. Я приветствую это знамение, потому что оно напоминает нам, что Геенна принесет нам не только поражения, но и победы.

Они кажутся замкнутыми, когда дело доходит до их знаний и сил. Любой член нашего клана, которому удастся постичь секреты Салюбри, заслужит много почета в глазах Les Amis Noirs.

Другие Отступники

По крайней мере, Цимисхи образуют значимый набор родов, связанных кровью и традициями.У них есть социальная и идеологическая согласованность, даже если она ошибочна. Все Отступники основывают свое существование на «нет», а не на «да». Мы и Цимисхи подтверждаем нашу преемственность с традициями, достойными уважения, как ни парадоксально это может показаться посторонним. Мы уничтожили наших собственных Патриархов ради выживания и достижения окончательной свободы. Отступники начинают с неприятия, справедливо выступая против своих жалких предков, но не имея какой-либо внятной альтернативы. Как правило, они больше стремятся разрушать, чем созидать или править. Это нормально: зачем приносить в жертву своих соклановцев, если у вас есть пушечное мясо добровольцев? Дайте им хотя бы кусочек уважения и наставлений, и они пойдут за вами куда угодно.

Я испытываю личные симпатии ко многим Отступникам Вентру. Они понимают, что их клан забыл, что наша цель – это власть. Если бы у них было больше ренегатов, они могли бы создать серьезную угрозу для нашей ситуации. Как бы то ни было, из них получаются хорошие лейтенанты.

Камарилья

В другом углу, одетая по моде этого тысячелетия в кандалы и пафос – Камарилья. Однажды я была на карнавале в Нью-Йорке. Стиль зазывал напомнил мне Камарилью или наоборот. Посмотрите на лучшее витэ под гнетом манипуляторов, которые хотят нас всех съесть! Взгляните на устрашающее зрелище лучших хищников мира, которые съеживаются в ночи и надеются снова стать добычей!

Вот Ван Зукс, Вентру с собачьей мордой, который считает, что банки лучше тронов, рядом – Эмилия Тореадор, которая прячется в недрах мира искусства, как солитер, и считает себя соавтором, а не надоедливым паразитом.

В следующей клетке Буйный Джек Бруджа, готовый смело продвигать любую идеологию, которая не заставит его противостоять своей бесчеловечности. Он возвышается над Умной Зельдой Тремер, которая дошла до того, что использовала свою кровь, чтобы изменить мир, но не считает, что из-за этого она должна отказаться от прислуживания стаду.

Позади у нас есть Мэнсон Малкавиан, готовый представить любое видение, которое позволит ему отрицать свои внутренние стремления, и Уродливый Чарли Носферату, который поднимает большой шум из-за независимости своего клана – они даже тусуются со злыми старыми нами – и провозглашает, что все они храбро готовы погибнуть вместе, а не по отдельности, как утверждает Геенна.

Ах да, еще есть Великолепный Джордж Гангрел, самый красивый мастиф из всех. Он рявкает, что сорвал поводок Камарильи, но даже признавая, что старейшие уже убивают нас, ему не хватает мозгов присоединиться к нам. Жалкий. Мы могли бы использовать его в качестве пехоты.

И это группа, которая думает, что лучше всех понимает состояние нежити.

Ох, ладно, поменьше сарказма и побольше конкретики.

Бруха

Если бы я был вынужден выбрать самый нелепый клан, то Бруха получили бы мой голос. Да, даже обогнав Тореадоров или Гангрелов. Сброд – паразиты паразитов. Их секта стремится скрыться от глаз смертных, а не идти вперед во славе или просто ослеплять стадо горячей кочергой. Этот клан, в свою очередь, гордится своим восстанием, но на самом деле не может уйти, захватить власть или иным образом изменить статус-кво. Их Отступники почти такие же, за исключением большего количества крови и пирсинга.

Гангрел

Странники являются образцовым примером растраченного впустую потенциала. Они могли бы править дебрями как боги хаоса, если бы у них было только видение и организация. Как бы то ни было, они разбегаются перед лицом того, что, по их мнению, является надвигающейся Геенной. Именно потому, что их сильные стороны не бросают вызов нашим, мне нравится время от времени прикладывать небольшие усилия, чтобы вербовать их. Они могли бы укрепить и разнообразить Шабаш, если бы были готовы принять дисциплину. Несомненно, их близнецы из линий крови Шабаша стали достойными дворняжками, являя удивительные примеры силы и хитрости.

Малкавиан

Мечтатели, сумасшедшие; кар-ТОШ-ка, кар-ТОЩ-ка. Иногда я подозреваю, что коллективные сны и галлюцинации Малкавианов являются результатом неудачной попытки имитировать опыт нашего клана в Бездне. Обратите внимание на подозрительное сходство, от работы подсознания до символической природы связей, по крайней мере, так мне сказала Отступница Малкавиан, которая когда-то принадлежала к моей стае. Она оставалась с нами достаточно долго, чтобы овладеть Властью над Тенью в удивительной степени, так что у нее была возможность сравнивать.

Точная природа проклятия крови Малкавиан кажется немного неясной. Как вы думаете, это слабоумие или просто отблеск инфантильной натуры, достаточно яркий, чтобы сделать клан тривиальным? Некоторые из Отступников кажутся интересными, но на каждого по-настоящему дальновидного генерала или изобретателя приходится гораздо больше тех, что лишь служат поучительными примерами.

Носферату

Любой клан, который кажется таким жалким и бесполезным, но все же выживает, должно быть замышляет то, чего мы не видим. Ноддисты говорят, что один из отрывков описывает Носферату как первых, кто страдает в любой войне между вампирами, и я предполагаю, что, возможно, один или несколько Допотопных держат клан в качестве мяса для какой-то надвигающейся битвы. Однако это кажется мне маловероятным. Я подозреваю, что одной лишь компетентности будет достаточно, чтобы дать Канализационным Крысам конкурентное преимущество в Камарилье. Эта секта (мягко говоря) не проявляет особой коллективной мудрости, так что действия информационных посредников могут просто погружать остальных в блаженное невежество.

Носферату нашей секты – сборище хитрецов. Они не всегда умны, но они смекалисты, и они видят слишком много даже с учетом особых преимуществ нашего клана на пути тьмы. Я стараюсь, чтобы те, с кем я встречаюсь, были заняты слежкой за моими соперниками.

Тореадор

Поэзия! Сладкая поэзия! Но нет стихов прекраснее, чем амброзия! Вот. И если бы ты был замаскированным Тореадором, то красота моих слов очаровала бы тебя. Тогда я бы прирезала тебя и твоих слуг, а твои вещи забрала бы, чтобы продать позже. Какой же они замечательный клан. Я обнаружила, что некоторые Отступники находят наши преображенные тенями тела не менее увлекательными. Когда ты овладеешь Черным Метаморфозом, то сможешь собрать небольшой легион Тореадоров-поклонников, если это входит в твои планы.

Тремер

Это один из немногих кланов Камарильи, к которому я отношусь серьезно. У них эффективная организация, даже с учетом жадности, зависти, предательства и других личных страстей, которые движут всеми нами. Они систематически изучают искусство Тауматургии, которое основано на неживых условиях и часто приводит практикующих к еще более не человеческому состоянию. Если бы они решили преследовать коллективную власть, они действительно были бы серьезными соперниками. К счастью для нас, дела их секты не позволяют им бросить серьезный вызов нашему положению.

Не так давно я потеряла связь с Отступником Тремер, с которым обменивалась услугами. Ходят слухи, что со всеми ними что-то произошло. Если ты встретишь новых перебежчиков из их клана, позаботься о том, чтобы их приняли и позаботились о них должным образом.

Вентру

Представь Ласомбра. Вычти интеллект, предусмотрительность, стиль и стремление к превосходству. Таковы Аристократы: как мы, только глупые.

Независимые

Ассамиты

Вам понадобится учетная ведомость, чтобы отслеживать, чем заняты Ассасины. Многие давние приверженцы Шабаша вернулись в цитадели кланов, и не все они были просто уничтожены. Между тем, по многим нашим городам распространяется целый свежий урожай сторонников Шабаша. Я рекомендую действовать очень и очень осторожно, пока не поймешь, что вызвало эти изменения. Тем временем, Черная Рука, похоже, находится в существенном замешательстве. Возможно, ты или кто-то из твоих знакомых сможете заполнить одну из вакансий и помочь собрать сбитую с толку фракцию под надлежащим руководством.

Последователи Сета

Если вы когда-нибудь посчитаете Бездну слишком пугающей, попробуйте Змей. Они наряжают тьму змеей. Хорошо, если тебе нравятся такие вещи, я полагаю; мне кажется, что это мультяшная версия истины, с которой мы сталкиваемся напрямую. Они очень полезные деловые партнеры, если ты не забываешь устанавливать границы. В списке Ласомбра, осужденных Судом Крови, слишком много дураков, посчитавших, что еще одна сделка не может повредить. Может.

Джованни

Я их не понимаю и не особо заинтересована в исправлении этого, пока у меня есть союзники, которые могут с ними работать. Ты можешь подумать, что с учетом различных граней соприкосновения между историями наших кланов, мы разделяем некоторые общие точки зрения, но я ни в коей мере не разделяю их одержимость мертвыми. Иногда мне кажется, что это даже более жалко, чем Камарилья с их Маскарадом. Иногда мне кажется, что Джованни приближаются к самой Бездне с другой стороны. К счастью, мне редко требуется иметь дело с ними.

Равнос

Я ненавижу их. Если бы я могла, то стерла бы их с лица земли. Не говоря уже о глупых стереотипах о цыганах и им подобных. Их клан так же стар, как и любой другой, и столь же разнообразен, и большую часть времени просто ускользает от нашего взгляда. Для меня важно то, что они вносят уникальную путаницу и сумятицу. Когда Равнос находится поблизости, самый разумный образ действий – отступить в тень и дождаться, пока он уйдет. Эти существа с виртуозной точностью играют на страхах, надеждах и умышленных заблуждениях. Я не верю рассказам об их мистической силе иллюзий и не думаю, что им нужна такая сила. Они социальные манипуляторы высшего ранга. К сожалению, они связали эту склонность с отвратительно рассеянным и совершенно бесполезным взглядом на мир. Они ослабляют все социальные структуры нежити, которых касаются, и Меч Каина не может позволить себе такой беспорядок. Пусть хаос случается на наших условиях, а не на чужих.

Катаяны

Да, есть кланы вампиров из других частей света. Ты знаешь из своего исторического исследования о наших взаимодействиях с вампирами Африки в разные эпохи. Из неевропейских кланов наиболее успешные, о которых я знаю, проживают в основном в Азии, время от времени вторгаясь в другие страны. Мне самой не нравится термин «катаян», но никакой другой не кажется настолько широко известным, поэтому я буду использовать его на данный момент.

Секта катаян, которую они называют Пятикратным Двором (Pentuple Court) или Пересеченным Двором (Crossed Court), их эквивалент Камарильи или Шабаша, включает по крайней мере три отдельных клана, а может быть, целых восемь. Между ними трудно установить четкие различия, и многие из них отрицают наличие кланов в том смысле, в котором мы используем этот термин. Я не могу легко представить, что они надеются получить с помощью этого обмана.

Их политика по отношению к смертным представляет собой своеобразное сочетание наших идей и идей Камарильи, в котором правильное чувство превосходства сочетается с чрезвычайно четко сформулированными этическими принципами и чудовищно раздутыми претензиями на власть для своих старейшин. Они отрицают существование катаянских Допотопных, но если вы встретите одного из их Будд или Брахманов, уничтожение его, очевидно, будет такой же любезностью, как и уничтожение любого Допотопного.

Некоторые катаянские фракции стремятся к территориальной экспансии вокруг Тихоокеанского побережья. До сих пор Les Amis Noirs придерживались мнения, что расширение за счет Камарильи для нас не имеет значения. Некоторые старейшины кажутся обеспокоенными, и явление в целом заслуживает тщательного изучения. Если азиатские вампиры угрожают интересам нашего клана и секты, тогда необходимо будет организовать крестовый поход против них.

Другие существа

У нас достаточно забот со стадом и другими вампирами. Чтобы должным образом исполнять свое предназначение как Сторожей, нам со временем придется противостоять другим расам, захламляющим мир. Практическое правило просто: держись подальше от их путей, когда можешь, и уничтожай тех, кто отказывается отойти.

Люпины

Люпинам намного легче уничтожить тебя при прочих равных, чем наоборот. У тебя есть несколько преимуществ: ты – городское существо, проводящее много времени со своими собратьями. Даже если от тебя, вероятно, сильнее пахнет кровью и чем-то еще, что расстраивает люпинов, ты представляешь для них менее заманчивую цель, чем типичный камарильский или независимый путник. Когда ты обнаружишь, что поблизости активны люпины, воспользуйся своими преимуществами. Скорми им несколько жертв и либо дождись, пока звери уйдут, либо переместись в другое место.

Иногда можно услышать о вампирах, которые заключают сделки с люпинами. Напоминаю, что еще чаще можно услышать о вампирах, получающих сообщения от Каина. Относись к таким байкам соответственно.

Маги

Теоретически Les Amis Noirs хотят подробно понять, какие виды магии работают у разных людей. На практике это слишком опасно. Лучшие маги крови, которых я знаю, говорят, что магия, которая легко дается вампирам, очень мало похожа на смертную магию, поэтому никакие насущные личные интересы не уравновешивают того факта, что мастера-маги среди стада действительно очень могущественны. Как всегда, прими меры, если они угрожают твоей текущей деятельности. В противном случае держись от них подальше.

Призраки

Ты сам убедился, что беспокойные души действительно существуют. Ты знаешь, что ими движут личные пристрастия, в сравнении с которыми типичный неонат Шабаша во время первого Валдери кажется спокойным. Если ты сделаешь из этого какой-либо вывод, кроме как «держись подальше», то я обязуюсь тебя поправить. Иногда иметь дело с призраком возможно и выгодно. Очень редко наши планы приводят нас к столкновению с различными лагерями, которые разделяют нашу заинтересованность в свержении существующих королей и властителей, даже если они предположительно также будут возражать против нашего правления. Веди себя с ними, как я рекомендовала вести себя с Цимисхами или Сетитами: пусть сделка будет четкой и ограниченной, и остановись, когда она будет завершена.

Подменыши

Если ты желаешь лучше понять существ, которые предположительно питаются мечтами и существуют наполовину в воображаемом царстве, что ж, Les Amis Noirs довольно тщательно изложат обстоятельства твоей кончины. Очевидно, что это мы не смогли должным образом проинструктировать тебя и постараемся избежать этой ошибки в будущем.

Охотники

Некоторые почтенные старейшины нашего клана уверенно объясняют, что они знают все важное об обществе стада, какое оно есть сейчас, или каким оно было в какой-то момент в прошлом. Они ошибаются. Несмотря на то, что мы наделены огромным превосходством, нас мало, а стада много. Никогда не предполагай, что ты все понимаешь в какой-либо ситуации. Оставь место для сюрпризов, и ты избежишь множества глупостей, губящих твоих товарищей-воинов. В последние ночи мы слышим сообщения о смертных с незнакомыми способностями. И что? Смертные постоянно придумывают что-то новое. Это своего рода коллективная иммунная система, которая в долгосрочной перспективе обречена на неудачу, но иногда раздражает своим существованием. Не паникуй.

Изучи свое окружение и действуй соответственно. Нет ничего принципиально нового касаемо этих охотников на ведьм.

Танец Теней: Ласомбра и механики

При чтении этого раздела помните, что ваша игра может начинаться с распечатанных правил, но на этом она не заканчивается. Не все здесь подходит под конкретную хронику. В ином случае игрокам и Рассказчикам следует вносить изменения по своему вкусу.

Способности

Оккультизм

Не все Ласомбра разделяют интерес к оккультизму как таковому. В клан входит много прагматиков и... не материалистов, конечно же, поскольку трудно поверить в строго естественный порядок, когда вы бессмертное существо – но, по крайней мере, личностей, которые считают поиск глубоких секретов пустой тратой времени. Они предпочли бы вообще не тратить свои ночи на изучение оккультных знаний, за исключением того, что явно необходимо, чтобы наилучшим образом использовать Власть над Тенью.

Горстка скептически настроенных стоиков пытается обойтись даже без этого. Их соклановцы считают их жалкими.

Многие родословные Ласомбра преподают своего рода урезанную версию Оккультизма или Теневого Оккультизма. Вампиры, которые изучают этот набор техник, получают лишь отрывочное представление о более обширной сфере оккультных исследований. Когда персонаж пытается использовать Теневой Оккультизм для каких-либо целей, кроме Власти над Тенью, игрок должен вдвое уменьшить рейтинг способности, округлив его в меньшую сторону. Персонаж роется в сжатых и отредактированных описаниях в надежде найти что-нибудь полезное, а не опирается на систематические знания.

С другой стороны, оккультизм Ласомбра представляет собой целое созвездие теорий и наблюдений. Персонажи Ласомбра могут изучить специализацию Оккультизма Бездна, если они ознакомятся с накопленными знаниями клана по этому вопросу.

Не-Ласомбра изучают мистицизм Бездны двумя способами. Примерно раз в столетие Друзья Ночи разрешают обучить этому знаю постороннего, оказавшего клану какую-то особенно примечательную услугу. Этот дар знания сопровождается условием, что посторонний не может преподавать его другим без разрешения, которое Друзья никогда не предоставляют (рано или поздно большинство мистиков Бездны, не относящихся к Ласомбра, в конечном итоге подвергаются охоте и уничтожению за нарушение условий этого соглашения).

В прежние времена горстка независимых тауматургов и других посторонних познала мистицизм Бездны, изучая заброшенные оккультные библиотеки Ласомбра, которые были уничтожены или вынуждены бежать. С тех пор, как Тремеры разграбили оккультные ресурсы клана, Ласомбра стали более тщательно охранять свои секреты. Прошло как минимум три столетия с тех пор, как кто-либо накапливал достаточно материалов в виде заметок и комментариев, чтобы овладеть мистицизмом Бездны таким образом... насколько известно Ласомбра.

Специализация Бездны применяется к использованию Власти над Тенью, а также к знанию и выполнению обрядов, связанных с богами и богинями тьмы, смерти и разрушения. Ласомбра традиционно ощущают родство между своим Допотопным и богами тьмы. Тауматурги Ласомбра, которых с каждым столетием в Шабаше становится все больше благодаря частому обмену Дисциплинами внутри стаи, получают такой же бонус к магии крови, связанной с тьмой и разрушением, по усмотрению Рассказчика.

Достоинства и Недостатки

Чувство погоды (достоинство, ментальные, 1 оч.)

Эта проницательность очень ценится среди мореплавателей Ласомбра. Некоторым сирам удается передать свои особенности своим потомкам. Вы подсознательно чувствуете надвигающуюся непогоду. Рассказчик делает бросок Восприятие + Выживание (сложность 7) от вашего имени, чтобы уведомить о штормах и других погодных проблемах за несколько часов до того, как они проявятся.

MET: сделайте Статический Ментальный Вызов против семи Черт, чтобы заранее предупредить о плохой погоде.

Управляемый Ночной Вид (достоинство, с верхъестественные, 2 оч.)

Вы можете обратить вид света и тьмы для себя. Потратьте один ход на концентрацию, чтобы включить или выключить Ночной Вид, плюс по одному ходу за каждый уровень повреждений, которыми вы в данный момент обладаете. Когда Ночной Вид активен, кромешная тьма кажется вам ярко и равномерно освещенной, а любой свет ярче ста-ваттной лампы создает зону чистой темноты. Штрафы за частичную темноту вместо этого применяются к слабому освещению. Это достоинство не позволяет вам видеть сквозь кромешную тьму, создаваемую Властью над Тенью, которая для вас сияет чистейшим светом, скрывающим все детали.

Морская гармония (достоинство, ментальные, 3 оч.)

Близость к морю успокаивает и укрепляет самоконтроль. Сложность всех бросков на Силу Воли, сделанных, когда вы находитесь на море или в пределах его видимости, снижается на единицу.

MET: получите бонус +1 к проверкам Силы Воли, находясь на море или в пределах его видимости.

Зов Посейдона (недостаток, ментальные, 1 оч.)

Ваше самообладание зависит от погоды. Совершайте броски на сопротивление безумию со сложностью -1 в совершенно тихую погоду, но со сложностью +1 в бурном море, +2 в грозу и +3 в ураган.

MET: в безветренную погоду получите бонус +1 к проверкам Добродетелей, чтобы противостоять безумию, штраф -1 в бурном море и при грозе, и штраф -2 во время ураганов и других особенно сильных штормов.

Неуправляемый Ночной Вид (недостаток, сверхъестественные, 2 оч.)

Свет и тьма для вас постоянно меняются местами. Абсолютно черная тьма кажется вам яркой и равномерно освещенной, в то время как любой свет яркостью более ста ватт создает зону чистой темноты. Штрафы за частичное затемнение применяются вместо этого к слабому освещению. Этот Недостаток не позволяет вам видеть сквозь темноту, созданную Властью над Тенью, которая сияет для вас чистым белым светом, скрывающим все детали.

Это очень сложный Недостаток как для Рассказчиков, так и для игроков. Рассказчики, убедитесь, что вы знаете, во что ввязываетесь, если позволяете игроку назначить этот Недостаток своему персонажу.

MET: сделайте Статический Ментальный Вызов против шести Черт, чтобы включить или выключить Ночной Вид. Опять же, Рассказчики должны быть очень осторожны, позволяя игроку взять этот Недостаток своему персонажу – еще труднее судить о его использовании в сеттинге живого действия, а вы знаете, что у некоторых игроков нет угрызений совести...

Морское принуждение (недостаток, ментальные, 2 очка)

На суше вы быстро становитесь более возбужденным. Увеличьте сложность всех бросков на Силу Воли, совершаемых, когда вы находились вдали от моря более 24 часов, на один.

MET: вы получаете штраф -1 к Чертам при проверках на Силу Воли, если находитесь вдали от моря в течение 24 часов или более.

Отражение смерти (недостаток, сверхъестественные, 3 оч.)

Вы нормально отражаетесь в зеркалах, что нейтрализует слабость клана, за исключением того, что ваше отражение всегда показывает состояние, в котором вы были бы, если бы были мертвы. Любой Ласомбра старше нескольких десятилетий в отражении выглядит передвигающимся скелетом. Молодые вампиры выглядят как гниющие трупы.

MET: прикрепите к себе карточку, которая будет указывать другим на ваше состояние. Отыгрывайте этот недостаток.

Мораль в тенях: Пути

Большинство Ласомбра остаются верными Пути Человечности. Они не очень хорошие люди, но до некоторой степени остаются привязанными к человеческому мировоззрению. Представления Шабаша о свободе и бесчеловечности на самом деле не требуют практиковать Путь Просветления. Большинство членов Шабаша считают добродетелями вещи, которые с точки зрения Человечности являются греховными. Это их точка зрения, и это не меняет того, что происходит на уровне игровых механик. Независимо от того, насколько хорошо вампир, исповедующий Человечность, относится к своим мастерским актам массовых убийств, он все равно скатится к Человечности 3 в довольно короткие сроки и столкнется с проблемами, связанными с безумием, долгим сном и так далее.

Почти упав

Это главный довод принадлежности к Шабашу и следованию Человечности: Шабаш не целиком и полностью сами себе хозяева. Ни один вампир не имеет полной свободы выбора своего поведения благодаря Зверю и фундаментальным требованиям выживания вампиров. Шабаш усугубляет положение своими верованиями и практиками, которые постоянно подталкивают участников к действиям, разрушающим совесть (и Сознательность).

Когда вы играете вампиром Шабаша, вы сталкиваетесь с определенным набором задач. Они не обязательно более «взрослые» или «изощренные», чем у любого другого вампира, и не автоматически более «юные» или «снисходительные». Шабаш существует в более жестких рамках, чем большинство независимых вампиров или вампиров Камарильи. Не все, что вы хотели бы, чтобы ваш персонаж делал, или что он действительно хотел бы совершить, на самом деле находится в пределах досягаемости.

В первые годы своего существования в качестве шабашита ваш персонаж может частично компенсировать потерю Сознательности за счет внимания к Самоконтролю. Дело не только в механиках. Шабаш часто обращается к расчетам, исследуя свои собственные пределы с помощью Игр Инстинктов и неформальных испытаний, чтобы определить обстоятельства, при которых они ломаются. Одно дело – сознательно потерять контроль в экстазе охоты, и совсем другое – впасть в ярость из-за банальной провокации.

Ласомбра открыто обсуждают этот вопрос со своими неонатами. Честь клана требует, чтобы его новые члены воздерживались от бездумных поступков, если они могут этого избежать. Ласомбра, которые не узнают на собственном опыте о своей психологической уязвимости, скорее всего, подвергнутся Окончательной Смерти от рук своего сира или какого-нибудь другого Ласомбра, наделенного властью. Традиция Ласомбра, включаящая понятие «богов тьмы», делает упор на обнаженный разум, оторванный от плотских забот – не столько разумный, сколько сознательный выбор, эмоциональный и логический. Разум, окутанный тенью, не должен действовать как разум, все еще связанный плотью.

К несчастью для потенциальных хозяев ночи, Самоконтроль также проваливается, когда рушится Человечность. После нескольких лет ритуалов, крестовых походов и рутинного существования в Шабаше опытный вампир должен выбрать один из трех вариантов.

• Принять снижение Самоконтроля. Это то, что делает большинство шабашитов – Ласомбра и другие, сколько бы лет им ни удавалось выживать. В большинстве городов Шабаша ветераны Ласомбра в некоторой степени заботятся друг о друге, спасая друг друга от действий, которые поставят в неловкое положение клан в целом... кроме случаев, когда принесение в жертву снисходительного вампира продвигает планы других. В такие моменты происходят сложные интриги с несколькими видимыми подсказками, такими как возросшее нежелание участвовать в Валдери с выбранной жертвой (текущие кризисы позволяют легко сослаться на то, что вы слишком заняты или иным образом недоступны, а в мирное время труднее предать своих соседей). Если отбросить личные амбиции, то Шабаш предоставляет вампирам, которым не хватает Самоконтроля, множество возможностей для совершения полезных дел – от крестовых походов до случайных актов террора.

• Принять ограничения на потворствование своим желаниям. Это выбор для вампиров, которые хотят свободы взаимодействия с обществом смертных. Они должны тщательно уравновешивать свои индивидуальные потребности с требованиями соблюдения ритуалов и ситуациями, в которых к ним может воззвать Винкулум. См. «Короли и Королевы Теней», стр. 48, чтобы узнать больше о Ласомбра, которые избрали этот образ действий. Вампир с высоким уровнем Человечности (по стандартам Шабаша) должен ожидать, что он никогда не будет занимать высокий пост в Шабаше и будет терпеть постоянную враждебность со стороны других шабашитов.

• Отказаться от Человечности. Это сложно, и никогда не проходит легко.

Отказ от внутреннего себя: на Пути

Следовать Пути не просто и не весело. Они требуют, чтобы вампир отказался от большей свободы выбора, чем просто попытка сохранить свободу воли перед лицом низкой Человечности. Вампир намеренно принимает искусственную систему убеждений, чтобы сдержать Зверя. Конкретный Путь может допускать некоторую долю выбора на более низких уровнях, но выживание в долгосрочной перспективе требует значения Пути от среднего до высокого. Пути не имеют права на ошибку подобно Человечности. Вампир на Пути становится все более ограниченным и приверженным высоко формализованному кодексу поведения. Наблюдатели, знакомые с принципами Пути, хорошо знают, как должен действовать вампир на нем, и в жестко конкурентном обществе, таком как Шабаш, это может стать серьезной помехой.

Тем не менее, вампиры со временем обращаются к Пути, потому что Человечность, долголетие и Шабаш просто несовместимы. Отыгрывание изменения мировоззрения предлагает множество зацепок для групп, желающих погрузиться в психологию монстров. Возможно, вампиру это не доставит большого удовольствия, но для игрока это может быть очень весело.

См. книгу «Вампиры: Маскарад, исправленное издание», с. 288, для ознакомления с механиками принятия Пути. Имейте в виду, что это не просто числа, которые нужно отметить на листе персонажей. Вампир, который регулярно не совершает запланированных актов крайнего насилия и всеобщего погрома, не готов к Пути. Человечность 3 – это наивысший уровень, который может иметь вампир при попытке избрать Путь, и при Человечности 3 шансы на успех невелики. Представьте себе эту сцену в жизни: существо, практически лишенное совести, постоянно поддаваясь безумию, усердно пытается принять тщательно выстроенный этический кодекс. Здесь есть комедия, если хотите, и драма.

Вампир, опустившийся до Человечности 1, имеет равные шансы совершить прыжок на Путь. Конечно, столь дегенеративное существо не может рассчитывать на долгое выживание – если оно не совершит прыжок, то очень скоро перегорит.

Ласомбра предлагают помощь членам клана, которые хотят отказаться от Человечности. Во многих городах Шабаша есть Друг Ночи, который специализируется на обучении молодежи. Ему или ей нужна определенная комбинация способностей, в том числе от среднего до высокого рейтинга Пути, связи со сравнительно опытными практикующими другие Пути и умение наставлять (долгосрочная хроника Ласомбра, сфокусированная на изменении отношения клана к смертному обществу, могла бы включать группу таких наставников, которые постоянно должны изучать моральные проблемы ситуации). В то время как большинство Епископов и высокопоставленных наставников Пути чувствуют свою ответственность перед всеми участниками Шабаша, проводники Пути Ласомбра отдают приоритет своим товарищам по клану. Неформальная, но эффективная сеть альянсов в рамках Друзей Ночи помогла клану получить преимущество в начале истории Шабаша и продолжает делать это во время Последних Ночей.

Путь Ночи

Ласомбра считают этот Путь своим. Записи показывают, что его учили в более ранних формах еще в глубокой древности, и достаточно правдоподобные легенды приписывают его потомству Допотопных. Путь Ночи подытоживает наследие Патриарха в нескольких кратких императивах: доминирование, господство над тьмой, превосходство над плотскими ограничениями.

Древнее наследие Пути Ночи придает ему определенную органическую гибкость, которой не хватает недавно изобретенным Путям. Никто не существовал достаточно долго, чтобы по-настоящему освоить Путь, изобретенный всего несколько веков назад, и немногие вампиры тщательно исследовали его разветвления. С другой стороны, Путь Ночи существует во множестве связанных форм, и вампиры, принявшие его, могут следовать нескольким вариантам. Как только они принимают конкретную версию, переход от одной к другой становится так же сложен, как принятие Пути впервые, поэтому старейшины Ласомбра, которые хотят избежать мучений своих потомков, поощряют обсуждение и изучение, прежде чем новый практикующий примет решение.

• Холодный Путь Ночи. Наиболее известную вариацию Пути Ночи часто называют «Холодным Путем», в отличие от «Горячего Пути», распространенной формы Пути Ночи, описанной в книге «Вампиры: Маскарад, исправленное издание». Холодный Путь полагается на Убежденность и Самоконтроль, а не Убежденность и Инстинкты. Иерархия Грехов остается неизменной с несколькими различиями в интерпретациях – последователи Холодного Пути делают то же самое по не совсем тем же причинам, что и их товарищи по Горячему Пути. Последователь Холодного Пути, например, отвергает страстное и преднамеренное убийство, потому что кончина смертного просто отвлекает его от размышлений о более глубоких тайнах своего существования. Он убивает и питается, как если бы почесался или моргнул. Точно так же он отвергает случайное убийство, потому что его цель – сделать каждый аспект своего существования сознательно выбранным, даже если это пустяк.

• Союзный Путь Ночи. Версия Пути Ночи, одобренная многими мистиками Бездны, заменяет роль индивидуума в Иерархии Грехов на роль клана в целом. Таким образом, грех уровня 7 – это «обращение за помощью к вампиру из другого клана», а грех уровня 9 – это «действие в интересах другого клана». Союзный Путь учит, что в конце концов все Ласомбра становятся единым целым в Бездне, а отдельные личности имеют значение только до этого грандиозного слияния. Во время Последних Ночей клан в целом становится новым хозяином самому себе, заменяя Допотопного древности сопоставимой силой в конце времен. Союзный Путь может использовать либо Самоконтроль, либо Инстинкты, в зависимости от склонности вампира к безумию.

• Бессветный Путь Ночи. Бессветный Путь фокусируется на тьме как на квинтэссенции состояния Ласомбры. Некоторые грехи меняются, чтобы отразить этот акцент. Грех уровня 10 – это полагаться на зрение, в то время как грех уровня 9 – позволит свету поразить себя. Наиболее опытные практикующие Бессветный Путь ослепляют себя и полагаются на другие органы чувств, помимо зрения (по крайней мере, помимо физического зрения, и они спорят о надлежащей роли Прорицания и тому подобного). Вместо того, чтобы наказывать отсутствие нововведений, грех уровня 8 наказывает разрушения, совершаемые при свете: Ласомбра на Бессветном Пути грешит, если убивает или сеет хаос на свету. Бессветный Путь использует Самоконтроль.

• Праведный Путь Ночи. Это один из старейших сохранившихся вариантов, более популярный во времена, когда Ласомбра считали себя проводниками божественной воли. Гибель кардинала Монкады побудила повсеместно отказаться от Праведного Пути. Подобно тому, как Союзный Путь заменяет индивидуума кланом, Праведный Путь заменяет индивидуума всеми вампирами, которые верят в свою божественную цель. Признать превосходство товарища, практикующего Праведный Путь, или, скажем, набожного последователя Пути Каина или Пути Катари, не является грехом. Изобретательное убийство – не особая добродетель на Праведном Пути. Вместо этого практикующий грешит, если убивает, не вселяя страх в сердца грешников и не показывая им настоящей кары разгневанного Бога. Праведный Путь обычно использует Самоконтроль, но существуют и некоторые группы «страшных ангелов», ведомые Инстинктами.

Существуют и другие альтернативы, многие из которых практикуются в любой момент всего несколькими Ласомбра. Игроки могут свободно разрабатывать вариации, представляемые как новые или старые в Мире Тьмы. Рассказчики могут использовать приведенные здесь примеры, чтобы понять, имеет ли смысл вариация. Она никогда не должна сильно облегчать жизнь вампиру.

Клановые Дисциплины

В то время как Власть над Тенью наиболее ясно показывает отличительную природу Ласомбра, ученые клана полагают, что Доминирование и Могущество также отражают определенные аспекты наследия Ласомбра. Для большинства Сторожей то, что они делают, не совсем похоже на то, что делают другие кланы, даже если они используют ту же Дисциплину. Подобные эффекты иногда возникают по самым разным причинам.

Доминирование

Две навязчивые идеи Ласомбра – тень и отражение – объединяются в клановом видении Доминирования. Вампир Ласомбра не просто навязывает свою волю цели в общем или абстрактном смысле. Он вырезает часть собственной воли цели, оставляя след себя в ее сознании, чтобы направлять.

Знаменитая картина, написанная незадолго до Великого восстания, висит в древней сицилийской крепости клана. На ней изображен властный Ласомбра, окруженный двумя концентрическими кругами смертных. Люди из внутреннего круга смотрят на вампира, и их глаза – зеркала, отражающие его славу. Люди во внешнем круге смотрят наружу, неся различные знаки власти и могущества. Каждый отбрасывает тень, простирающуюся от вампира, и в каждом случае тень серая и полупрозрачная, за исключением силуэта вампира в голове человека. Этот силуэт абсолютно черный.

Вот что думают многие Ласомбра о Доминировании.

Могущество

Клан ненавидит слабаков. С другой стороны, «сила» может принимать разные формы. Немногие Ласомбра развивают большую силу в чисто физическом смысле. Сверхъестественная энергия, которой обладают многие Ласомбра, не зависит от мускулов и костей нежити. Она отражает превращение тела вампира во что-то все более бесчеловечное.

Для христиан Ласомбра (и тех, кто интересуется различными христианскими ересями, привлекающими вампирскую веру) их владение Могуществом является формой пресуществления: они сохраняют видимость смертности, но не ее сущность. Некоторые технически мыслящие Ласомбра полагают, что они черпают внутреннюю энергию вселенной через Кровь, и что теоретически мастер Дисциплины может буквально перемещать миры. Большинство Ласомбра ассоциируют Могущество с Властью над Тенью. Могущество – это теневое наследие клана, укрепляющее собственное тело вампира, а не проявляющееся в окружающей среде.

Власть над Тенью

Ласомбра пролили больше крови и чернил по поводу точной природы и действия Власти над Тенью, чем касаемо любой другой темы, включая Великое Диаблери. Власть над Тенью является, если не сердцем самого клана, то, безусловно, тесно связана с тем, чем был Допотопный и какими являются его дети сейчас.

Первый вопрос, который многие новые Ласомбра задают о Власти над Тенью: «Что это вообще за хрень?». Тьма, которую призывает Власть над Тенью, имеет осязаемость. Она может опутывать цели и даже наносить урон. Она поглощает не только свет, но и звуки и запахи. С другой стороны, кажется, что она не имеет особого веса, если вообще весит хоть сколько-то, и в ней нет материи, которую можно было бы обнаружить с помощью химического анализа (да, некоторые Ласомбра делают точечную спектрометрию теневого материала Власти над Тенью и получают лишь отрицательные результаты. Они знают, что Власть над Тенью не создает ничего с какой-либо идентифицируемой химической сигнатурой). Теневое вещество действует по правилам, отличным от тех, которые управляют природой.

Короче говоря, Власть над Тенью приносит в мир нечто более чуждое, чем сами вампиры. В зависимости от конкретных наклонностей Ласомбра, он может относить это к бесконечному пространству, в котором пребывает материал Власти над Тенью, когда его не призывают, находящемуся «вне» мира, «под» миром или «за его пределами». Теневое вещество реагирует на кровь и волю Ласомбра, просачиваясь наружу из-под или из-за предела мира, как только звучит команда. Смотрите Оккультизм, стр. 63, чтобы узнать больше.

Связь между Властью над Тенью и оккультизмом беспокоит некоторых Ласомбра. Небольшое меньшинство в клане настаивает на том, что ничто во Власти над Тенью не требует чего-либо, кроме их собственного витэ и непосредственного окружения, что Дисциплина просто меняет воздух и тень так же, как Становление превращает кровь в витэ. Жесткий самоконтроль, необходимый для сохранения такого отношения при фактическом использовании Власти над Тенью, требует больших потерь, и со временем большинство скептиков отрекаются или ломаются под действием напряжения. Другая, несколько более многочисленная группа придерживается мнения, что какими бы ни были ключевые истины в оккультизме, их должно быть возможно вычленить и включить в структуру, основанную на риторике, философии или науке. Тысячелетия усилий не увенчались успехом, но рационалисты продолжают попытки.

Как всегда в подобных делах, легенды клана приписывают один такой успех некоему адепту-вампиру, которого сейчас уже нет. Детали меняются от рассказчика к рассказчику, как городские легенды человечества.

Преобладающий ответ на вопрос о теневом материале Власти над Тенью прост и прямолинеен: «Это то, что есть. Это то, что вы получаете, когда делаете что-то, призывающее его».

Все Дисциплины могут шокировать и пугать. Они неестественны по определению. Все они происходят от древнего проклятия, сохраняющего живые трупы. Некоторые не так явно оскорбляют человеческие чувства, по крайней мере, в их самых слабых проявлениях. Например, в эпоху спецэффектов и рассказов о стероидных наркоманах в ярости «Могущество» и «Стойкость» выглядят пугающе, но не совсем неожиданно. Но явные проявления Власти над Тенью неправильны на очень глубоком уровне. Тени просто так не двигаются независимо от света, и тем более они не отрываются от поверхности, чтобы летать вокруг.

Как Рассказчик, вы должны подумать о том, как именно сила влияет на всех смертных в области. Это тревожно. Это ставит людей перед доказательством того, что мир очень отличается от того, каким они его считали. Помимо паники, многие люди, столкнувшиеся с такой неожиданностью, реагируют моральным отвращением, убеждением в том, что неестественность должна быть устранена – убеждением, которое движет инквизиторами и другими охотниками, если они могут набраться храбрости, чтобы избежать бегства.

Если храбрость персонажа подводит его, в игре это должно означать нечто большее, чем просто «он убегает». Это указывает на полный крах выбора и силы воли, момент, когда один-единственный импульс страха овладевает разумом человека, исключая все остальное. Власть над Тенью использует глубоко укоренившиеся в человеческой психике страхи: изоляцию, демонические силы, небытие. Вампиры, которые используют ужасающие силы, вскоре узнают, какой эффект они оказывают, и повторное осознанное использование – хороший способ лишить их Человечности.

Игра Теней

Многие игроки полагают, что способности с одной точкой не очень хороши. Они часто ошибаются, особенно в этом случае. Многие Ласомбра считают, что Игра Теней вполне подходит большинству их целей. Возможность одновременно усилить Скрытность и Запугивание, а также уменьшить поглощение и Выносливость цели всего за один пункт крови и без концентрации на всю сцену...

Ласомбра насмехаются над любым соклановцем, не способным найти полезное применение этой силе.

Обратите внимание, что Игра Теней не просто заставляет тени скользить вокруг и обеспечивает драматические световые эффекты. Кусочки тьмы оживают и окутывают жертв Ласомбра. Неровные массы чистой черноты летят по воздуху, чтобы коснуться целей. Игра Теней представляет собой явное проявление сверхъестественной силы. Ошеломленные смертные относительно легко могут объяснить эффекты, усиливающие Скрытность или Запугивание. Но движущиеся по воздуху тени просто не поддаются логике.

Большинство Ласомбра не считают Маскарад чем-то иным, кроме как тактикой выживания, но они предпочитают не проявлять явной сверхъестественности, за исключением ситуаций, которые они контролируют. Частое обращение к Игре Теней демонстрирует тусклое воображение и плохое планирование – так же как отказ использовать ее там, где это уместно, показывает опасную тенденцию к самоограничению.

Покров Ночи

Движущиеся тени Игры Теней возникают из существующих источников. Сама трансформация пугает, но, по крайней мере, у нее есть очевидный источник. Покров Ночи порождает то, что не имеет происхождения. Вампир, использующий Покров Ночи, должен принять во внимание компромисс: люди внутри действительно окутаны тенью, облако которой совершенно очевидно для любого снаружи. Шар осязаемой тьмы, вызываемый Покровом Ночи, может быть секретом только в том случае, если окружение вокруг него также довольно темное. С другой стороны, секретность не всегда является приоритетом, и в отношении степени шока бурлящая масса черноты превосходит многие альтернативы.

Ласомбра в Ротшреке часто подсознательно вызывают Покров Ночи, чтобы спрятаться от предполагаемой угрозы.

Руки Бездны

Руки Бездны – еще одна сила, которая кажется обычной только тем, кто имеет возможность прочитать книгу правил. Персонажи в Мире Тьмы видят отростки теней дольше, чем пока те оживают и действуют без видимых усилий со стороны создавшего их вампира. Помните, что не требуется активной концентрации, чтобы поддерживать однажды призванные Руки. Поскольку для создания Рук требуется три уровня Власти над Тенью, даже самые слабые теневые щупальца (если их создатель сам не решит дополнительно ослабить их) сильнее и быстрее, чем обычный смертный. При длительной практике даже самые слабые Ласомбра 13-го поколения могут призвать щупальца, способные победить лучших воинов человечества в честном бою – если бы борьба с призванной тенью, питаемой мертвой кровью, могла бы считаться честной при таких обстоятельствах.

Руки, конечно, полезны в бою, но они также выполняют не боевые функции. Искалеченные Ласомбра, подобные Эндрю Эмори, используют Руки Бездны, чтобы перемещаться; два щупальца могут сделать эту работу. Теневое щупальце может проходить через очень тонкие отверстия (хотя его создателю нужен способ видеть, куда оно будет двигаться после этого) и не теряет силы или скорости в результате сжатия. Рука не обязательно должна быть «щупальцем» в смысле простого гибкого цилиндра. Она может растекаться в веер, или распадаться на узел переплетенных волокон, или распластываться на квадратном футе любой поверхности (или открытого пространства), или принимать практически любую другую форму, которую придумает ее создатель. Таким образом, Рука может лежать неподвижно, пока создатель не активирует ее. Пришедший позже не заметит крови или концентрации, которая потребовалась для создания Руки, и может не осознавать связь Руки с вампиром.

Ласомбра в безумии часто подсознательно создают Руки Бездны, чтобы помочь победить противника.

Необязательное правило: вампир может потратить один пункт крови, чтобы получить слабые, но четкие сенсорные ощущения от Руки Бездны. Для этого требуется один пункт крови на щупальце и это охватывает осязание, вкус, давление, температуру и тому подобное, но не зрение, звук или запах. Таким образом, вампир может использовать Руку для исследования за пределами поля зрения создателя. Если, например, Рука вспыхнет пламенем, вампир может заподозрить, что за углом его поджидает солнечный свет.

Черный Метаморфоз

Эта сила во многом отражает самосознание Ласомбра. Размышляя о том, как меняется внешний вид персонажа в процессе Метаморфоза, просмотрите приведенные выше разделы о концепциях наследия Ласомбра и индивидуальной природе. Ласомбра, считающий свои силы выражением первородного греха, перенимает элементы религиозной иконографии с сочетанием очень конфессиональных, личных и тщательно кодифицированных символов грехов, которыми он руководствуется. Ласомбра, считающий себя наследником богов тьмы, может выглядеть жестко и стилизовано внешне, наподобие пещерного рисунка некоего злого духа или статуи кровожадной богини. Ласомбра, предпочитающий Лавкрафтовский подход к Бездне, может использовать неэвклидову геометрию и специфические пространственные искажения. В любом случае, никакие два Ласомбра, даже сир и дитя, не выглядят одинаково во время Черного Метаморфоза.

Метаморфизированный вампир не похож на общепринятые представления многих людей о вампирах. Он может идти по городской улице и, вероятно, не услышать ни одного возгласа типа «Посмотри на этого вампира!». Ласомбра, заинтересованный в том, чтобы люди боялись сверхъестественных угроз в целом, использует Черный Метаморфоз в качестве психологического оружия. Это хорошо работает на тех смертных, которые думают, что имеют дело с демонами: с Покровом Ночи, чтобы замаскировать вход и внезапное появление в форме Метаморфоза, Ласомбра может убедить большинство потенциальных оккультистов в том, что их ритуал вызова сработал.

Необязательное правило: Черный Метаморфоз также влияет на психическое состояние прохожих. Любой смертный, который стал жертвой продвинутых способностей Доминирования вампира (в частности, Промывки Мозгов или Одержимости), получает штраф +1 к сложности бросков на сопротивление бегству. Остаточная сила вампира в голове смертного в сочетании с текущей трансформацией дает особенно ужасающий результат. Любой смертный, проваливший проверку на Смелость, не только убегает, но и страдает частичной амнезией, не в состоянии вспомнить какие-либо детали сцены, кроме того, что стал свидетелем чего-то отчаянно, ужасно неправильного.

MET: жертвы предыдущего продвинутого использования Доминирования получают штраф -1 на свои проверки Смелости. Если это снижает их Смелость до нуля, они автоматически паникуют и страдают частичной амнезией.

Форма Мрака

Эта сила отмечает порог между контролем тени и отождествлением себя с ней. Ласомбра в Форме Мрака на какое-то время вообще перестает быть человеческим существом, даже по форме. Теперь он – бестелесная воля, действующая в мире как сила природы, или, скорее, сила неприроды. Некоторые Ласомбра предпочитают проводить в этом состоянии как можно больше времени и организовывают постоянный приток жертв, необходимый для поддержания активности Формы Мрака. Некоторые особенно усердные старейшины даже наполняют кровью свои покои, чтобы оставаться в Форме Мрака, укрывающейся в лужах крови в течение дня.

Как и в случае с Черным Метаморфозом, внешний вид Ласомбра влияет на многие детали Формы Мрака. Ласомбра, который считает Власть над Тенью грехом, обретшим осязаемый вид, трансформируется при помощи серии разрывов ткани, кожа и кости разрушаются по мере того, как тьма хлещет из его сердца и разума, или же наполняется тьмой, как если бы его вены качали яд по всему телу. Ласомбра, погруженный в оккультные исследования, и считающий Бездну Первой Материей, может провалится будто в черную дыру, его тело всасывается в Бездну, оставляя за собой только оживленную тень. Ласомбра, который отождествляет теневую субстанцию с каким-то первичным состоянием материи, может трансформироваться во вспышке тьмы сразу после трех ходов медитации или исчезнуть, размываясь и вновь возникая уже в теневой форме.

Обратите внимание, что Форма Мрака не может летать, но может плавать, и, поскольку в ней нет материи, она не страдает от повышенного давления. Никакая преграда не может удержать ее, пока в ней есть отверстие шириной в несколько молекул.

По усмотрению Рассказчика дополнительные правила устрашающего назначения Черного Метаморфоза могут также применяться к Форме Мрака.

Комбинированные Дисциплины

Покров Пустоты (Доминирование •••, Власть над Тенью •••)

Эта сила очищает Покров Ночи и сочетает вторжение Бездны в мир с психическими манипуляциями над жертвами. Вместо хорошо видимого облака черноты Покров Пустоты создает область, в которую никто не смотрит. Прохожие не думают задерживаться в этом месте. Любой, кто наблюдает сцену, просто продолжает смотреть дальше, его взгляд не останавливается на скрытой зоне. Это тьма как для разума, так и для мира.

Система: игрок тратит пункт крови и делает бросок Манипулирование + Оккультизм (сложность 7). Успех создает слепое пятно около десяти футов в диаметре, расположенное в любом месте в пределах прямой видимости его создателя и способное двигаться со скоростью ходьбы вампира. Любой, кто хочет заглянуть внутрь, должен набрать больше успехов в броске Силы Воли (сложность 7), чем создатель при броске Покрова Пустоты. В противном случае он просто не задумывается об этом. Обратите внимание, что эта сила имеет полностью сверхъестественное происхождение, и у большинства смертных нет достаточного опыта в оккультизме, чтобы даже задуматься о том, что они могут попытаться разглядеть то, что так злобно отвлекает их внимание.

MET: совершите Статическое Социальное Испытание против семи Черт, чтобы создать Покров Пустоты. Любой, кто хочет заглянуть внутрь, должен выиграть испытание Силы Воли у создателя Покрова. Создатель может потратить Социальные Черты, чтобы увеличить свою Силу Воли для этой цели.

Бездна

Большинство вампирских сил влияют либо на самого вампира, либо на окружающий материальный мир – в основном на восприятие и психические состояния ближайших людей. Подобно некромантам и тауматургам, вампиры, использующие Власть над Тенью, выходят за пределы мира в другое пространство и приносят с собой темные дары.

Для многих практикующих Власть над Тенью Бездна – это просто концептуальная сфера, из которой они черпают теневой материал. Некоторые Ласомбра проникают все глубже, слой за слоем обнаруживая тайны в этой бесконечной тьме. Допотопный Ласомбра иногда утверждал, что Бездна была состоянием всего сущего до того, как вмешавшийся Бог сотворил свет, и что как совершенный повелитель Власти над Тенью, Допотопный воплощал эту изначальную сущность на Земле. Правдой это было или нет, но изучение Бездны воздается сторицей прилежным ученикам.

В Бездне существует разум. Он не обладает самосознанием или даже самоидентификацией в любом понятном смысле. Фрагменты знания и страсти на время соединяются, а затем распадаются. Разум в Бездне в некотором смысле больше похож на компьютер, способный ощущать эмоции так же, как и оперировать логикой, чем на разумную сущность – набор ресурсов, выполняющий инструкции, предоставленные какой-то неизвестной силой.

Призыв сущности из тьмы

Фактическое манипулирование Бездной требует в общей сложности как минимум пяти точек во Власти над Тенью и знание Оккультизма (Бездна), по крайней мере, по две точки в каждом. До этого уровня ученики усваивают лишь практические уроки по применению Власти над Тенью в физическом мире.

Руки Бездны могут привлечь части разума Бездны, если они связаны с надлежащей оккультной подготовкой. Для этого требуется провести ритуал в течении часа, один пункт крови и успешный бросок Интеллект + Оккультизм (сложность 7). Затем призыватель создает Руки Бездны, когда игрок делает обычный бросок Манипулирование + Оккультизм (сложность 7). При использовании таким образом призывается лишь одна Рука. У нее есть обычная физическая статистика и одна точка ментальных атрибутов за каждую точку Власти над Тенью, которой обладает призыватель. Он же может и решить, как распределить точки. Каждый успех помимо первого при броске во время ритуала (Интеллект + Оккультизм) дает еще одну точку, как и каждый дополнительный пункт крови, потраченный во время призыва.

Существо Бездны обладает по крайней мере одним сильным психическим расстройством и навязчивой идеей, напоминающей один конкретный грех Пути Просветления (обычно шестой уровень или выше в Иерархии Грехов), выбранный Рассказчиком. Каждое существо Бездны возникает, побуждаемое желанием делать что-то, что может соответствовать или нет планам призывателя. Существо может двигаться независимо со скоростью бега призывателя и существует в течение всей сцены или один час. Яркий свет (стробоскопы, сценические огни и т. д.) немедленно рассеивает существо.

Призыватель может повторить шаги ритуала, чтобы усилить присутствие существа. Если все шаги выполнены успешно, существо остается до конца ночи. Призыватель может попытаться вызвать это же существо снова, и три успеха подряд позволят ему остаться навсегда – пока призыватель будет кормить его (10 – рейтинг Власти над Тенью персонажа) пунктами крови каждую ночь.

Призыватель может попытаться впитать теневое проявление в себя. Для этого требуется, чтобы призыватель победил его в бою, снизив его уровень здоровья до нуля. Сделав это, вампир может влить его тьму в себя. Он получает половину точек существа в каждом Атрибуте, добавляемую к его собственным, до конца ночи. Он также получает психоз существа и не может тратить Силу Воли, чтобы противостоять его эффектам.

Если существу удается довести своего призывателя до Торпора, оно может вселиться в его тело и контролировать его до конца ночи. Оно также может вернуться следующей ночью и попытаться снова, и если оно побеждает вампира таким образом три ночи подряд, то может овладеть им, пока не будет изгнано. Для изгнания требуется другой практикующий Власть над Тенью, чтобы довести захваченного вампира до Торпора и пройти через этапы ритуала призыва. Если все они успешно завершаются, то существо Бездны возвращается в пустоту и больше никогда не возвращается с такой комбинацией Атрибутов.

Сошествие во тьму

Эксперт во Власти над Тенью может по-настоящему войти в Бездну. Как и в случае вызова духов Бездны, для этого требуется часовой ритуал, один пункт крови и успешный бросок Интеллект + Оккультизм (сложность 7). Затем вампир использует Шаг в Тень (см. «Руководство по Шабашу»). Если каждый этап сработал, то вампир переходит в Бездну, эквивалент Духовной Проекции во Власти над Тенью. Он также рискует столкнуться с духами Бездны.

Каждые (рейтинг Власти над Тенью персонажа) совершайте бросок Восприятие + Власть над Тенью (сложность 8), чтобы понять, ощутил ли персонаж срастающиеся фрагменты интеллекта Бездны поблизости. Если бросок неудачен, появляется существо с характеристиками, эквивалентными тем, какие были бы при процедуре призыва, описанной выше. Чем искуснее путешественник, тем сильнее сущность, которая хочет овладеть им – распределите точки ее Атрибутов, как если бы игрок набрал максимальное количество успехов при призыве. Существо пытается вселиться в путешественника.

Если бросок проваливается, существо немедленно овладевает путешественником, и он тут же выпадает в ближайшее темное место.

Относитесь к игровой механике Бездны как к «астральному плану» («Вампиры: Маскарад, исправленное издание»). Персонаж движется со скоростью до тысячи миль в час и может рассматривать любое окружение в полной или почти полной темноте – Достоинство или Недостаток Ночного Вида пригодятся для этой цели. Если персонаж теряет всю свою Силу Воли в астральном бою, никакой «серебряный шнур» не разрывается, но Бездна исторгает персонажа в ближайшее темное место в материальном мире.

¹ — Категория трудящихся, которые по совокупному доходу семьи не достигают прожиточного минимума. Зачастую он ниже суммарного размера пособий, которые семья могла бы получать по программам социальной помощи, если бы работающий член семьи бросил работу и перешел на пособия (прим. переводчика) [Наверх]

– Евангелие от Матфея 6:23

От самого величественного, благородного и безнравственного старейшины до самого ничтожного лопатоголового у всех Ласомбра есть одна общая черта: прагматизм. Проявляется ли это в хитрости манипуляций или в простой подлости, Ласомбра прямолинейны в своих желаниях. Поэтому неудивительно, что многие Каиниты, в том числе некоторые Ласомбра, видят в Сторожах аналог Вентру. Но там, где Вентру оперирует Присутствием, Ласомбра оттачивают свое мастерство в Доминировании. Там, где Вентру просят и умасливают, Ласомбра провозглашают свою волю – и горе тому, кто не подчиняется ей.

Помня об этом, следите за своим языком и не теряйте разум, просматривая галерею мастеров, представленных перед вами. Знайте, что для них цель оправдывает средства – и ваша кончина вполне может быть их средством.

Шаблоны персонажей

Обличитель

Цитата: У тебя нет потаенных грехов. Мы видим тебя насквозь. Мы знаем.

Прелюдия: Всю жизнь на тебе висело своеобразное чувство вины. У тебя была привилегированная жизнь, от приходской школы до Лиги Плюща и менеджерской должности в компании из списка Fortune 500. Ты женился на другом менеджере и вырастил двоих прекрасных детей (с большой помощью нянечек и других).

Внутри тебя что-то грызло. Монахини из приходской школы своими разговорами о бесконечном огне и сере произвели на тебя такое впечатление, которое не затронуло твоих одноклассников. Ты с гораздо большей готовностью поверил их разговорам о суде, чем проповедям о милосердии. Внутренняя потребность искупления побудила тебя заняться благотворительностью, стремлением к участию в социально ответственной корпоративной деятельности. Ничего из этого не было достаточно, потому что угрызения возникали не только от того, что ты делал, но и от того, кем ты был.

Ты не особо удивился, когда невидимые голоса начали нашептывать тебе о твоих грехах. Ты всегда знал, что демоны наблюдают. Утром они говорили с тобой из зеркала в ванной. Ночью их слова выходили из тени в углах. Ты были удивлен, когда они начали перешептываться и о чужих грехах. Ты понял, что никто не сможет тебе помочь, потому что все вокруг тоже были прокляты. Демоны начали проявляться физически, невидимые когти рассекали твою плоть во тьме, а тени оживали зловещими движениями.

Это было слишком. Ты сбросился с моста... и приземлился в паутину живой тени.

На земле внизу тебя ждал дьявол в женском обличье. Она рассказала тебе, как ад наконец-то завладел тобой, выбрал тебя, чтобы судить и наказать нечестивых. Ты истощаешь жизнь грешников и рассказываешь им, почему они страдают. Ты незаметно перемещаешься по залам заседаний и служебным офисам, познавая грехи, которые позже предашь огласке. Ты обличаешь своих жертв в их тайных местах. Ты ведешь их к пропасти, и когда они решают умереть, ты не вмешиваешься, как тот дьявол вмешался в твою смерть. У ада есть ты и подобные тебе, и ему не нужны души, которыми ты его кормишь, чтобы служить земному царству.

Концепция: Твои товарищи по стае находят твою убежденность в демонической природе своеобразной. Они не могут отрицать твою эффективность в общении со смертными, поэтому ты делаешь работу, которую они не способны выполнить. Как часть твоего списка мучений, ты заставляешь своих жертв добывать материальные блага, которые нужны тебе и твоим товарищам по стае. Так грешники поддерживают ад. Затем ты продолжаешь свою работу. Ты – лицо, которое не отображается в зеркале, Сатана в его первоначальном еврейском значении, «обличитель».

Подсказки по отыгрышу: Лот был прав насчет Содома, и каждый современный город – это Содом. Ни один праведник не украшает этот мир. Каждый заслуживает страданий и смерти. Это знание подтверждает та боль, которая грызла тебя, когда ты был жив. Ты правильно себя судил; теперь ты правильно судишь других. Со временем ты поможешь своим собратьям-демонам, считающим себя вампирами, понять их истинную природу. В конце концов, когда свет Вселенной погаснет навсегда, никаких иллюзий не останется. Ускоряй ночь.

Снаряжение: дорогие костюмы, кейс с досье на твоих текущих жертв.

Озлобленный молодой человек

Цитата: Всегда есть кто-то, кто думает, что он избежал своего возмездия. Он ошибается.

Прелюдия: Ты рос еще одним типичным умным ребенком из пригорода, физически стабильным и внутренне наполненным тревогой из-за незначительных унижений в жизни. Все изменилось за день до твоего шестнадцатого дня рождения. Во время твоего последнего урока обучения вождению ты совершил идеальный разворот только для того, чтобы врезаться в пьяного водителя на противоположной стороне дороги. Твой инструктор умер мгновенно. Ты выжил, но удар разбил верхнюю часть твоего черепа, загнав осколки кости глубоко в мозг. Ты мог бы полностью выздороветь, если бы кто-то не напортачил с последней операцией по извлечению осколков. После нее ты приобрел необратимые повреждения нервных центров, которые контролировали ваши ноги, и больше никогда не мог ходить.

Подростковая тревожность сменилась стойкой яростью. Ты изливал свои разочарования на бумагу – сначала неуклюже, но с практикой мастерство оттачивалось. Страстное прикрытие больницей того, кто тебя искалечил, стало символом всего плохого в современной жизни. Твои эссе привлекли внимание вампира с собственными литературными амбициями. Ей понравился твой стиль, и она начала тебя проверять. Так много всего пошло не так, когда тебе было чуть за двадцать, от отказа в грантах до враждебности корреспондентов. Иногда ты доходил до грани паранойи. Твой сир была довольна, что ты никогда не переступал черту, всегда возвращаясь к разумной, хотя и нигилистической ярости. После пяти лет мучений она решила, что ты готов.

В десятую годовщину твоей первой аварии родители пригласили тебя на ужин. Когда вы ехали домой в фургоне, модифицированном для ручного управления, все окутала тьма. Ты свернул с дороги, провалившись сквозь крышу склада внизу. Придя в сознание, ты понял, что висишь вверх ногами и видишь, как твои родители умирают от ран на их лицах и шее. Женщина вытащила тебя из-под обломков при помощи оживших теней. Она улыбнулась тебе. С клыками. Она сказала, что если ты готов оставить день позади, то она может дать силу, чтобы осуществить отмщение, о котором ты мечтал.

Ты знал, что тебя не ждало впереди ничего, кроме одного и того же. Ты принял предложение женщины и почти ничего не почувствовал, поскольку она истощила твою жизнь, а затем вернула часть своей. Вскоре ты обнаружил, что тебе не нужны ноги – не тогда, когда ты можете заставить тени нести тебя. И целое общество ждет, готовое работать с тобой, чтобы разрушить тот мир, который ты оставил позади.

Концепция: Ты мыслитель – тот, кто взвешивает варианты и проверяет наличие скрытых недостатков. Ты полностью посвятил себя окончательному триумфу Шабаша и расширил свой список врагов, включив в него сверхъестественных врагов, а также стадо. Ты надеешься, что если выживешь, то сможешь подняться по карьерной лестнице. Ты думаешь, что у тебя получится.

Подсказки по отыгрышу: Ты хочешь увидеть, как лидеры человечества съеживаются в развалинах и просят пощады, и умирают в страхе, когда пощада не приходит. Теперь, когда ты узнал о Камарилье, ты желаешь им того же самого – как и Патриархам, стоящим за ними. Твои товарищи по Шабашу не всегда понимают, как все это сочетается друг с другом, поэтому ты должен объяснить им это и защитить их от их собственного невежества. Причина нуждается в тебе так же, как и ты в ней.

Снаряжение: инвалидная коляска, портативный компьютер, фургон, оборудованный под инвалидную коляску.

Зловещий мститель

Цитата: У тебя что-то под кроватью, в шкафу и сзади. Это я.

Прелюдия: В детстве ты жил в ярком фантастическом мире и мечтал стать супергероем. По мере взросления ты продолжал посещать это царство в мечтах. Это поддерживало твою надежду в развалившейся семье и личных обстоятельствах. Видения тайной силы помогли тебе пережить два развода, самоубийство одного брата и убийство другого, двух соседей по комнате, осужденных за мошеннические схемы уголовного характера, и множество других осложнений.

Твой будущий сир никогда не объяснял, как он вообще тебя заметил. В книжном магазине? Подслушал разговор друзей? Случайно? Все, что ты знал наверняка – это то, что постепенно этот высокий худой парень стал все чаще и чаще появляться на задворках твоей социальной сцены. Вскоре после этого начались кошмары. Антидепрессанты не могли сдержать ярких галлюцинаций, связанных с ожившими теней.

Каким-то образом это потом стало своего рода разочарованием – узнать, что у тебя не было галлюцинаций. Однажды ночью тени извергли этого высокого тощего парня, и он продемонстрировал тебе подлинную силу. Он сказал тебе, что ты был прав, думая, что в мире есть много ошибок, которые нужно исправить, хотя ты и обманывался, когда считал, что существует много хороших людей, нуждающихся в защите. Месть и страх, говорил он, а не справедливость. Он предложил тебе проверить свои теории. Ты согласился.

Вскоре ты понял, что твой отец видел в тебе лишь одноразовый эксперимент. Что касается его и большинства других вампиров вокруг тебя, то они убеждены, что ты чокнутый. Ничего страшного – ты и раньше был чудаком. Способность заглядывать в души людей подтвердила скептицизм твоего сира по поводу добродетели человечества и дала тебе возможность гораздо более комфортно ощущать себя в роли хищника. Но в наказании нуждается гораздо больше грешников и глупцов, чем ты мог представить. Ты будешь занят очень долго.

Концепция: Ты воплощаешь свои собственные кошмары, чтобы преследовать других. Если бы ты на самом деле не был хорош в том, что делаешь, то был бы просто еще одним шутом, обреченным на самоуничтожение. Как бы то ни было, ты своего рода дикая карта, которая поддерживает Шабаш конкурентоспособным – враги секты на самом деле не ожидают, что скрытые мстители будут прыгать сквозь окна, крича о расплате за тайные преступления.

Подсказки по отыгрышу: Глубоко внутри тебя что-то жаждет мира, который может быть достигнут только благодаря совершению добрых дел, как ты когда-то думал. Но в современном мире нет этому места. Ты выбрал лучший вариант из возможных и пытаешься извлечь из этого максимум пользы. Шабаш часто пугает тебя, но то же самое делал и материальный мир, когда подавлял тебя. Ты напоминаешь себе, что массовое истребление человеческих хищников само по себе делает мир лучше, и ты продолжаешь надеяться, что что-то в состоянии нежити позволит тебе когда-нибудь сбежать из этого глубокого моря человеческих страданий.

Снаряжение: пара одинаковых пистолетов 45 калибра.

Пережившая массовое Становление

Цитата: Дорогуша, сперва ударь по нему еще несколько раз. Румянец делает вкус лучше.

Прелюдия: Шестьдесят лет жизни, и что ты получила? Строптивый муж, спившийся до смерти, двое никчемных детей, неспособных жить без твоей поддержки, один парень с обещаниями, давно погибший в какой-то никчемной войне, и группа внуков, которые уже сами деловито рожают детей – если не продают себя, наркотики или и то, и другое сразу. Ты потеряла свой дом, когда через него проложили автостраду, и после этого ты перебрала несколько дешевых квартир. Все, о ком ты когда-либо заботилась, были мертвы или ушли.

Но всегда может быть хуже. Однажды летней ночью банда молодых людей схватила тебя на бульваре, ударила лопатой и похоронила. Тебе удалось откопаться. Твои нападавшие отправили тебя и других выживших в какую-то большую драку, смысла которой ты так и не поняла. Ты была одной из двух, кто остался стоять в конце всего этого. Другой не смог, а ты – да, словно замкнувшись в продолжительном маниакальном припадке. К тому времени, как ты восстановила самообладание, ты уже четыре недели была нежитью. Ты обнаружила, что никто не скучал по тебе. Ты была просто еще одной незначительной цифрой в отчете окружного шерифа о пропажах. Ты поняла, что впервые с тех пор, как сорок лет назад ты сказала «Да» тому унылому мешку, у тебя началась новая жизнь.

Шабаш подошел тебе. Удивленные наставники показали тебе, как сознательно контролировать силы, которые ты инстинктивно использовала. Ты впитывала знания и изучала обряды. Через два года «ученичества» местный Епископ решил, что у тебя есть перспективы, и позволил тебе присоединиться к одной из стаи. Конечно, некоторые из вампиров были нежитью намного дольше тебя, но ты прожила дольше, чем они. Шестьдесят лет существования в рабочем классе научили тебя тому, чего не знает ни один сопливый ребенок, как бы долго он ни прятался в тени словно паразит.

Концепция: Ты присматриваешь за детьми. Они находят это забавным, но позволяют тебе это делать. Некоторые из них даже осознают, что твоя забота не дает им потерять последние крохи Человечности. Тебя не волнуют великие крестовые походы – ты хочешь защитить общество, которое придает твоему существованию некоторую ценность.

Подсказки по отыгрышу: Мамочка лучше знает. Мамочка знает, как распознать легкие цели и выявить сложные, как потом спрятать тела, как благословить чаши для Валдери. О, конечно, тебе есть чему поучиться, но у тебя все хорошо получается, и тебе это нравится. Ты слышала, что во главе секты стоит женщина. Может быть, однажды ночью на ее месте будет другая.

Снаряжение: прочная одежда, портативный набор для готовки, автомобиль-универсал.

Пират

Цитата: Отдавай. Сейчас же.

Прелюдия: Тебя зачали в результате изнасилования, и это стало прообразом всей твоей жизни. Твоя мать была жрицей какой-то племенной религии в далекой африканской долине. Браконьерство и индустриализация заставили ее людей перебраться в прибрежный город. Помимо этого ты никогда не понимал всю историю до конца. Ты не знаешь, была ли она проституткой или ее просто захватили наугад моряки в пьяном угаре. В любом случае, это не имеет большого значения – ты родился с сифилисом, которым она заразилась в то же время, когда зачала тебя.

Ты вырос в убогом окружении зоны боевых действий. Три или четыре нации правили этой местностью в разное время. На практике все они были хорошо вооруженными бандами, отдававшими предпочтение своим племенам за счет всех остальных. Ты подвергался жестокому и садистскому насилию или хладнокровному отстраненному насилию, и именно так ты мог отличить один режим от другого. Любые внешние миротворческие силы были либо неэффективны, либо активно сотрудничали с той или иной бандой, так что это не помогало. И ты помнил, что то, что они сделали с твоей матерью, они могли бы сделать когда-нибудь и с тобой, если бы захотели.

К тому времени, когда твоя мать умерла, ты достаточно обучился, чтобы быть полезным мелким тиранам на набережной. Ты избежал жестокого обращения, применяемого к менее талантливым детям, и, возможно, продолжил бы достаточно приличную (по меркам доков) жизнь. Если бы не сифилис, конечно. Первые признаки безумия проявились еще до твоего восемнадцатилетия, и твое все более беспорядочное поведение стоило тебе той незначительной защиты, которой ты когда-то пользовался. Ты никогда не рассказывал о нескольких годах после этого.

Постепенно ты стал чувствовать настойчивый голос в своем уме, где-то в ментальном тумане, забавное и любопытное прощупывание. В моменты просветления ты узнал о капитане пиратов, любителе физиологии. Он поил тебя кровью, которая позволяла тебе восстановить рассудок и сдерживать болезнь, а также наделяла сверхъестественной силой. Платой за все это было служение, которое ты с радостью предоставлял. Вскоре ты присоединился к его команде и стал заниматься грабежами в Индийском океане. Когда он потерял одного из таинственных товарищей по команде, который появлялся только ночью, он провел лотерею, чтобы заменить его. Ты победил. И затем раскрылись клыки.

Ты продолжаешь служить своему капитану. Твое существование дает множество возможностей причинить боль людям и предоставляет моменты одиночества, когда тебе не нужно много думать ни о чем конкретном. Тебе подходит и то, и то.

Концепция: Ты пират, и пират хороший. Ты знаешь, как обойти множество мер безопасности, подавить сигналы бедствия, сбыть награбленное и так далее. Работа Шабаша кажется тебе малопонятной; ты знаешь только распорядок своего корабля. Но те, кто решит, что ты наивен, сами навлекут на себя неприятности.

Подсказки по отыгрышу: В мире есть охотники и добыча, не более того. Ты охотишься. У тебя это хорошо получается. Со временем ты сможешь стать лучше в этом. По мере того, как ты отдаляешься (физически и психологически) от своих земных дней, ты начинаешь задаваться вопросом, чем еще занимаются вампиры и делаешь свои первые шаги в более крупное обществе Шабаша. Ты всегда будешь пиратом, но понимаешь, что это не мешает тебе побыть и кем-то другим.

Снаряжение: моряцкая одежда, ножи, книги по истории Шабаша.

Революционер

Цитата: Если бы ты мог взглянуть шире, то увидел бы, что твоя смерть подтверждает революционную борьбу, как и твоя жизнь подтверждает существующий порядок. Но я вижу, что в тебе слишком много крови.

Прелюдия: Ты вырос на Сицилии на грани голодной смерти. Твоя семья потеряла много земли в результате «реформ» после Второй мировой войны, и так и не оправилась от этого. Когда ты стал достаточно взрослым, чтобы уйти из дома, то решил заработать состояние в другом месте. После года скитаний ты оказался в Риме.

В 1960-е годы Рим был не лучшим местом для бедных. Сочетание безудержной коррупции и клерикального вмешательства держало всех, у кого не было связей, в постоянном напряжении. Тебя могли арестовать по сфабрикованным обвинениям и заставить работать на чьем-то имении или просто вынудить покинуть конкретный район, потому что копам не понравился твой стиль. Если бы даже они намеренно пытались сделать из тебя марксистско-ленинского революционера, то и тогда вряд ли справились бы лучше.

Ты пережил кризис совести после похищения и пыток безобидного южноамериканского бизнесмена. Это все равно, рассуждал ты, будет удар по агентам тирании. Хотя во многих важных отношениях все буржуа являются соратниками, действительно ли это помогло твоему делу? Когда ты задал эти вопросы, твои товарищи были только рады избить тебя до полусмерти, обвинить в хранении наркотиков и сдать в полицию. Рим был не лучшим местом и для заключенных в 60-е годы.

Итак, через двадцать лет после отъезда из дома ты вновь оказался на Сицилии. Ты все еще был вынужден что-то делать, но понятия не имел, что именно. К тому времени твои родители уже давно умерли, а родственники не хотели тебя видеть. Ты бродил по острову, посещая туристические достопримечательности. И тут ты начал слышать голоса. Тени говорили с тобой, когда ты ночевал возле старых замков, рассказывая о великой войне, рядом с которой твоя марксистская революция даже и не стояла. Ты был почти уверен, что сходишь с ума, но прислушивался и иногда выполнял дневные задачи, о которых тебя просили тени.

Однажды ночью тени ожили, открыв нарядно одетого старика, который рассказал тебе остальную историю. Он рассказал о Патриархах, для которых капиталисты являются лишь незначительными пешками, и о Шабаше, последней передовой партии во всей истории. Он показал тебе, что диалектика истории имеет смысл только при эффекте света, которого диалектический материализм допустить не может. Затем он предложил тебе присоединиться к борьбе. Конечно же, ты согласился.

Концепция: Ты неонат среди старейшин. Тем не менее, ты выказываешь пыл, который заставляет основателей Шабаша улыбаться, и если они иногда кажутся частью проблемы, то это уже вопрос другой ночи. С Сицилии ты и твои товарищи-неонаты наносите удары по целям Камарильи на всем Средиземноморье. На самом деле ты не принадлежишь к постоянной стае – твои наставники тестируют комбинации для максимальной эффективности. Ты стремишься доказать, что достоен – кто знает, может когда-нибудь ты сможете ударить по этим старейшинам так же, как они бьют по своим.

Подсказки по отыгрышу: Есть чему поучиться! Все, что ты предполагал о мире, кажется ложным. Ты стараешься никогда не признавать своего страха, а лишь свое невежество: ты вполне готов задавать честные вопросы в поисках ответов. Также ты стремишься найти подходящих союзников, наиболее гибких и решительных.

Снаряжение: маскирующая одежда, складное огнестрельное оружие.

Брокер Проклятых

Цитата: Все дело в использовании ваших основных активов.

Прелюдия: Всю жизнь у тебя была очень простая цель: ты хотела разбогатеть. Ты получила хорошее начало, имея достаточно приличное воспитание, принадлежащее среднему классу, хорошее высшее образование, лучшую бизнес-школу и удачный шанс поработать в крупной брокерской компании с Уолл-стрит. Ты процветала в 80-е, используя управляемый хаос в лучших из них, и дважды умудрилась сменить работу незадолго до того, как Комиссия по ценным бумагам ломала вечеринку. Ты практически задавалась вопросом, не присматривает ли кто-то за тобой, какой-то Бог Возможностей.

Все стало интереснее, когда чудаки начали звать тебя на ночные консультации. Они хорошо платили, так что ты не возражала, но когда ты в шутку спросила, не являются ли они вампирами или кем-то типа того, они точно не засмеялись. Что за черт. Ты продолжала на них работать.

Затем пришла ночь, когда все изменилось. Один из чудаков ворвался в твой офис и напился твоей крови. Прямо там. Затем явилось с полдюжины других чудаков и довольно сильно избили того первого. Когда ты лежала, умирая, они обсуждали над твоим телом, стоит ли обнять тебя – по крайней мере, так ты это запомнила (так ты узнала о «Становлении»). Они влили немного своей крови тебе в горло, и ты вернулась к жизни или, по крайней мере, к чему-то вроде жизни.

Ты хотела бы по-прежнему работать в качестве «брокера Проклятых» – титул, который ты иногда используешь – но это сложно, когда ты не можешь выйти на биржу и тебе нужно прерывать совещание по планированию только потому, что солнце восходит. Парни, с которыми ты начинала, сейчас намного опытнее, чем ты, и они будут продолжать уходить вперед, потому что ты не сможешь. Никогда. Их. Догнать.

Концепция: Ты вампир на грани нервного срыва. Ты не можешь поддерживать привычный распорядок жизни, и ты еще не видишь какой-либо альтернативы, которая бы тебя устроила. Ты, вероятно, поддашься на тщательно подготовленное предложение, чтобы присоединиться к чьему-то делу, если только тебе не удастся изобрести его для себя самой.

Подсказки по отыгрышу: Паника. Не показывай панику. Проявляйте уверенность. Но уверенность в чем? Ты знаешь, что ты не тот брокер, которым была раньше, и, вероятно, это всего лишь вопрос времени, когда стая тоже это поймет. Бросить их? Может, стоит получить рычаги влияния на них. Шантаж? Не показывай панику.

Снаряжение: прошлогодние костюмы, портфолио.

Крестоносец вне времени

Цитата: Исправить никогда не поздно! Или, в твоем случае, уничтожить.

Прелюдия: Ты был одним из тысяч испанских крестьян, которые присоединились к гражданской войне 1930-х годов на стороне анархистов. Когда вербовщики заговорили о новом обществе, построенном на развалинах иерархии и власти, это было похоже на откровение. Ты должен были внести свой вклад, чтобы помочь.

Реальность войны была менее очаровательной. Сначала ты сражался против поддерживаемых нацистами роялистских сил, а затем против своих якобы союзников, когда Сталин постановил, что хорошие коммунисты должны теперь искоренять таких анархистов, как ты. Через два года после призыва ты уже гнил в камере где-то под Мадридом, ожидая своей очереди встать перед расстрельной командой. В компании был только бредовый старик, который бормотал о древних мастерах, которые придут спасти всех достойных испанцев.

Ты все еще прекрасно помнишь, как был удивлен, когда древний мастер пришел-таки спасти старика. Молодой щеголеватый денди в архаической одежде голыми руками разбил тюремную стену, подхватил тебя и старика и убежал со сверхчеловеческой скоростью. К тому времени, когда ты пришел в себя, то уже был в безопасности и отдыхал в каком-то приморском поместье с видом на Балеарские острова. В течение следующих нескольких ночей молодой человек, которому оказалось более восьмидесяти лет, объяснял тебе тайную историю мира. Во многих отношениях это было именно то, чего ты ожидал. Может ли кто-нибудь при взгляде на историю церкви и государства удивиться, узнав, что за всем этим стояли бессмертные кровопийцы?

Когда денди предложил тебе силу для сражения с тайными хозяевами на их собственной территории, ты с готовностью согласился. Все шло хорошо вплоть до роковой ночи 1941 года, когда подбитый бомбардировщик сбросил свой груз перед тем, как упасть в море. Денди, старик и все остальные в этом приморском поместье погибли. Ты был похоронен, застрял в торпоре более чем на полвека, пока рабочие, строящие новый курорт, случайно не откопали тебя. Теперь ты снова среди Отступников Ласомбра, пытаешься разобраться в странном новом мире и вернуться в бой.

Концепция: Ты анахронизм, а также идеалист. Ты помнишь мир без компьютеров, мир с Гитлером и Сталиным. Ты имеешь такой уровень практического опыта в чрезвычайно грязных войнах, который делает тебя ценным для союзников – достаточно ценным, чтобы они могли смириться с твоими ограничениями. Возможно, они также находят воодушевляющим твое революционное рвение, артефакт того времени и места, когда мир казался более податливым.

Подсказки по отыгрышу: Это ужасно! Прошло пятьдесят лет, а что хорошего сделали твои соклановцы? Насколько ты понимаешь – ни черта. Им нужен ты, чтобы показать им, как это делать правильно. Пришло время смелых поступков и сильных слов. Хотя ты и не собираешься являть вампиров массам, безусловно, правильно и уместно будет разжечь огонь самоопределения. Скептики называют это подзуживанием сброда. Ты же знаешь, что сброд – единственные люди, с которыми стоит возиться. А что касается очень богатых злопыхателей – ну, у тебя также есть способы справиться и с ними.

Снаряжение: грубая одежда, различное стрелковое оружие и ножи, карты, анархистская пропаганда.

Гарпия

Цитата: Итак, вы утверждаете, что ваш сир ничему вас не научил. Возможно, это удобнее, чем признать себя дураком, за исключением того, что конечный результат один и тот же. А вот ваш сир – объясните, чему он вас научил, и чего вы не смогли сделать.

Прелюдия: Ты вырос в обществе среднего класса в одном из наиболее процветающих городов Южной Америки. Тебе не нужно было жить в куче мусора (хотя ты знал, что люди живут так и не так уж далеко от того места, где был ты). Ты никогда не торговал наркотиками и не попадал под обстрел из проезжавшего мимо автомобиля. На самом деле, ни один из северных стереотипов о вашей стране к тебе не относился. Твои родители были успешными профессионалами, и ты тоже.

Как ни странно, твоя жизнь начала разваливаться во время поездки в Рим. Там ты был похищен Красными Бригадами (еще не уничтоженными полицейскими облавами и внутренними разногласиями) и подвергнут пыткам до того, как тебя успели освободить. Психологические шрамы оказались глубже, чем предполагал твой терапевт, поскольку ты стал одержим анализом «отметок статуса», которые привели к такой ужасной судьбе тебя и других жертв. Ты стал своего рода бизнес-антропологом, отслеживая сигналы, провоцирующие нападение, и предупреждая о них своих сверстников. Ты заработал репутацию чудака и становился все более отвергаемым в своем родном городе.

Твоя сир обнаружила твою работу, когда вышла из десятилетнего торпора. Ее это заинтриговало – она сама когда-то безуспешно пробовала заниматься такой семиотикой. Когда она предложила тебе продолжать заниматься этой работой, независимо от возраста, что ты мог сделать, кроме как принять предложение?

Как только ты выучился основам нежизни, твоя сир представила тебя местной Камарилье. Она была Отступником Ласомбра и почетным участником тайных дел своего города. Ты быстро заслужил себе место. Твои идиосинкразические исследования оказались очень кстати, выявляя лабиринт, присутствующий в любом процветающем дворе. Ты не всегда соглашаешься с тем, что делают вампиры вокруг тебя, но зато они никогда не станут скучны.

Концепция: Ты образцовый Отступник: интеллигентный, любезный и, прежде всего, воспитанный. Ты выгодно выделяешься по сравнению с неудачами твоего клана, и если бы не пятно на твоем наследии, то ты бы просто слился с Камарильей. Твои текущие исследования заставляют тебя путешествовать, чтобы ты мог сравнивать их с работами как можно большего числа Сородичей.

Подсказки по отыгрышу: В каком-то смысле ты возвращаешься к позиции своих предков о благородном превосходстве, когда они получали полную власть над аборигенными племенами в твоей части Южной Америки. Иногда тебя беспокоит то, что твоя привязанность к человечеству постепенно ослабевает, но Сородичи рождают такие увлекательные сюжеты. Всегда спрашивай вежливо, но никогда не переставай спрашивать. Пойми, что происходит вокруг. Как только ты поймешь, то сможешь судить остроумно и точно.

Снаряжение: красивая одежда, большие ноутбуки (постепенно забываемые в пользу карманных компьютеров).

Исследовательница Бездны

Цитата: Черт возьми, если бы ты на секунду заткнулся, можно было бы узнать что-нибудь полезное. Бездна будет ждать вечно, но я могла бы заняться чем-нибудь более стоящим, если ты собираешься продолжать в том же духе.

Прелюдия : Всю свою жизнь ты хотела узнать что-то большее, чтобы понять следующий слой того, что видишь. В школе не всегда получались очень хорошие оценки, потому что ты предпочитала тратить время на изучение интересных тем, а не на болтовню. Выпустившись, ты как самоучка преследовала собственные интересы, свободно изучая как естественные, так и гуманитарные науки. Ты обрела лишь немного близких друзей просто потому, что многие люди, казалось, были сбиты с толку идеей одновременного увлечения, скажем, квантовой механикой и герметической алхимией. Им же хуже.

С помощью Интернета ты можешь обратиться к миллиону других подобных эклектичных искателей и найти себе компанию, хотя и на расстоянии. К твоему большому удивлению, ты даже нашла способ использовать свой подход к миру и писать разного рода внештатные статьи. Неплохо для той, кто привык быть странной девушкой.

Сперва ты не замечала, насколько систематически твоя жизнь стала ухудшаться. Домогательства на работе, семья становится еще более глупой и агрессивной, чем обычно, сетевые знакомые исчезают или резко меняются в поведении... какое-то время это все не было связано. Сначала ты просто старалась справиться с каждым новым препятствием по мере его возникновения. Ощущение целенаправленного преследования постепенно росло, и когда ты предприняла первые шаги по выявлению сталкера, все стало еще хуже. Кредитное мошенничество и тому подобное совершалось от твоего имени с очень убедительными доказательствами. Ты подошла к краю пропасти, но так и не сломалась.

Спустя пять лет явилась вдохновительница всего этого. Ей не потребовалось много времени, чтобы доказать, что виновата она – у нее были доказательства, необходимые, чтобы убедить тебя – и помимо этого она рискнула предложить тебе силу, которая позволила бы тебе соревноваться с ней на равных. Ты согласилась. Теперь ее нет, а ты осталась. Переходишь к следующей задаче: исследовать тайны, доступные тебе теперь, когда ты больше не жива.

Концепция: Ты очень индивидуалистичный вампир. Твоя сир была шабашитом во всем, кроме названия, на самом деле, и тебя не устраивают банальные моральные протесты, характерные для Камарильи. Ты общаешься в первую очередь с анархами, когда не находишься в компании своих соклановцев, которые разделяют интерес к мистицизму Бездны. Ты ищешь знания как путь к власти. Когда придет сила, ты поймешь, что с ней делать.

Подсказки по отыгрышу: В конце концов, прежде всего, ты хочешь знать. Ты хочешь испытать реальность. Пока ты была жива, то зашла настолько далеко, насколько могли позволить зайти живые ощущения. Теперь ты погружаешься в неживые ощущения. Бездна очаровывает тебя, хотя и не исключает других интересов. Ты хотела бы поделиться тем, что нашла, но немногие вампиры могут видеть дальше следующего кормления. Иногда ты пытаешься преодолеть их невежество. Во все прочее время ты позволяешь им заниматься своими делами и вариться в собственном соку.

Снаряжение: оккультные инструменты, обширная библиотека научных и исторических книг.

Пример стаи

Корпорация «Черный Орел Консалтинг»

Современные технологии позволяют широко разветвленной группе поддерживать постоянный контакт. Стая Шабаша, которая действует как фирма «Черный Орел Консалтинг», на самом деле собирается на личные встречи только несколько раз в год, во время великих обрядов или если того требуют опасения членов стаи. Тем не менее, большинство членов поддерживают связь по электронной почте, онлайн-чату и телефону несколько раз в неделю.

Первоначальное воплощение стаи датируется 1877 годом и серией атак Шабаша на телеграфные станции на Среднем Западе. Некоторые дальновидные тамплиеры осознали, что быстрая коммуникационная сеть даст им конкурентное преимущество перед гораздо более высокими социальными связями Камарильи. Конечно, этого было недостаточно. Камарилья растоптала организованное присутствие Шабаша на Среднем Западе. Но стая Ночные Вестники выжила и продолжила обновлять свою организацию и членский состав, чтобы идти в ногу с новыми технологиями. В стаю вошли радиоинженеры в 1920-х, киномеханики в 30-х, операторы телекамер и инженеры станций в 50-х. Группа приняла своего первого специалиста по электронным сетям в 1980 году, и с тех пор набор членов становится все более ориентированным на сети.

Отчасти успех стаи заключается в том, что ее члены не могут быть легкими мишенями. Одинокий вампир может воспользоваться укрытием, которое не подойдет для полдесятка их вместе. Члены стаи внимательно следят за безопасностью своих коммуникаций, работая через системы ретрансляции, которые зачастую создавались годы или даже десятилетия назад. В тех случаях, когда правоохранительные органы пытались отследить контакты одного из членов стаи, они не добивались ничего. Некоторые кочевые стаи отвергают современный мир и полагаются на свои врожденные способности. Черный Орел представляет собой модернистский ответ, используя современный мир и делая создание стационарных убежищ в значительной степени ненужным.

Использование «Черного Орла Консалтинг»

Эта стая может появиться в хронике двумя разными способами: явлением лишь одного из ее членов или представлением целой группы.

См. ниже описания активных в настоящее время членов стаи. Все они путешествуют, и всем нравится посещать новые достопримечательности. Некоторые из них на самом деле довольно регулярно работают в обществе смертных, поддерживая видимость, необходимую для того, чтобы «Черный Орел Консалтинг» оставалась жизнеспособной маскировкой. Остальные не занимаются со стадом настоящим бизнесом, но изучают смертных и проводят с ними время. Любое сообщество с примечательной высокотехнологичной индустрией, или хороший университет с научно-исследовательскими мощностями, или, если на то пошло, интересная художественная сцена могут привлечь внимание Черного Орла.

Путешествуя по одиночке, Черные Орлы, которые сталкиваются с другими вампирами, претендуют на статус Каитиффов и анархов. В ранние времена стая бросала вызов дворам Камарильи и союзам анархов. После третьего раза, когда более половины стаи погибло в последовавшей бойне, выжившие решили больше этого не делать. Теперь одинокий Черный Орел – всего лишь еще один брошенный вампир, который был бы очень благодарен за небольшое убежище и, конечно же, готов был бы обменять свои технические знания на подобную услугу.

Когда минует опасность уничтожения, Черный Орел обычно становится полезным. Успешные шпионы знают, что их прикрытие должно быть как можно более достоверным. Лучший способ убедить других в том, что ты хороший специалист по безопасности – это обеспечить надежную защиту своих клиентов. Черный Орел выявляет слабые места своих клиентов, а затем зовет остальную часть стаи.

Атаки Черных Орлов не похожи на другие набеги Шабаша. В большинстве случаев стая редко, если вообще когда-либо, сталкивается напрямую с кем-то из своих целей. Методы Черного Орла направлены на то, чтобы сделать цель беззащитной и дать другим силам произвести разрушения от имени стаи. В течение нескольких ночей стая реализует некоторые или все нижеследующие грязные уловки:

• Автоматическое разделение сигнала, чтобы частные сообщения (зашифрованные разговоры по сотовому телефону, прямые соединения по электронной почте и т. д.) копировались в соответствующие источники. В зависимости от города, получателями могут быть местный Князь или Епископ, правительственные разведывательные службы, церкви, проявляющие интерес к охоте на монстров, местная пресса и так далее.

• Уничтожение сигнала. Простая потеря сообщений при передаче наносит большой вред. Создавать правдоподобные подделки – это весело, но требует времени и подготовки, а такая роскошь редко бывает у стаи.

• Оформление. Черные Орлы совершают преступления, оставляя после себя лишь несколько зацепок, указывающих на цели. Вампиры оставляют отпечатки пальцев только на маслянистых веществах, к примеру. Услужливый Черный Орел может потратить много времени, показывая своим жертвам, как использовать новую компьютерную систему, которую он, конечно же, тщательно очищает с помощью различных масел для ухода. Впоследствии он может собирать правдоподобные композитные отпечатки и оставить несколько из них на месте преступления. Несколько волосков в нужном месте могут надолго удержать дотошного судебного эксперта. То же могут и следы крови. В каждом случае хитрость заключается в том, чтобы не переусердствовать и вместо этого лишь дразнить смертных следователей.

В конце концов, все Черные Орлы погибают, как и подавляющее большинство других шабашитов. Одинокие Черные Орлы иногда ошибаются и неверным словом или действием раскрывают свои основные убеждения. Или они могут просто разозлить хозяина и быть уничтоженными из-за мелочи. Стая сообща несколько раз пыталась атаковать цели, которые были технически более компетентны, чем предполагали Черные Орлы, и тогда стае приходилось прекращать осаду и бежать. Черные Орлы должны быть жесткими, интересными врагами для вампиров, не состоящих в Шабаше, и столь же интересными наставниками для технически подкованных неонатов Шабаша, но они категорически не являются непрекращающимися двигателями разрушения.

Каиниты

Члены «Черный Орел Консалтинг» хорошо ладят, отчасти потому, что они не проводят много времени вместе. Все они поддерживают рейтинг Винкулума 4-7 друг с другом и, таким образом, чувствуют себя ответственными за обоюдное благополучие, не делая многого друг для друга каждую ночь.

С точки зрения Ласомбра Черные Орлы находятся на грани между простыми безфракционными взглядами и Королями и Королевами Теней. Они могут достаточно хорошо действовать среди смертных, но не чувствуют идеологической приверженности этому. Именно так они проводят годы, используя части своей прежней жизни, которые все еще интересуют их, и в то же время преследуя отчетливо вампирские проекты.

Ричард Б. Вайнштейн, дуктус

Предыстория: Ричард – самый старший из выживших Черных Орлов, если не брать во внимание слухи о том, что один или два члена группы из 19-го века все еще находятся в Торпоре в каком-то контролируемом Камарильей городе. Подробности его земной жизни не столько расплывчаты, сколько противоречивы. Хотя у Ричарда еще нет полномасштабного диссоциативного расстройства личности, это всего лишь вопрос времени. Сам Ричард периодически осознает эту проблему. Насколько он знает, он страдает от внутренней травмы, связанной с диаблери, которые он совершал во время Третьей гражданской войны Шабаша.

Большую часть времени Ричард вспоминает, как работал инженером в Лос-Аламосе во время Второй мировой войны, разрабатывая ранние компьютерные проекты для ВМФ после войны. Консультационные поездки привели его из родного Сан-Франциско в Лос-Анджелес, где он встретил инженера и оккультиста Джека Парсонса (Ричард считает, что тогда он, должно быть, встречался с молодым Л. Роном Хаббардом, но сейчас не может вспомнить никаких подобных встреч). Во время одной из таких поездок Ричард столкнулся с антисемитской бандой, слабо связанной с недавно реорганизованной группировкой «Исламская Нация» и получил ожоги кожи головы, из-за которых его волосы теперь торчат клочьями.

Оккультизм Парсонса, имитирующий Кроули, оказался захватывающим, и Ричард вскоре превзошел своего учителя. Его любительские попытки призывать демонов посредством человеческих жертвоприношений привлекли внимание мистика Бездны из Ласомбра, который изучал его несколько лет, прежде чем организовать Становление Ричарда в 1954 году. Новый вампир заслужил признание во время восстания 1957 года и присоединился к стае Черных Орлов незадолго после этого. Под разными личностями он продолжал заниматься проектированием и программированием мейнфреймов вплоть до 1970-х годов. Нынче же, не в состоянии быть в курсе своей области, он сосредотачивается на благополучии самой стаи.

Иногда Ричард вспоминает еще две версии событий.

Согласно одной из них он бостонский литературный критик, который узнал о компьютерах, имея первых программистов в качестве соседей по комнате. Его ожоги были получены чисто случайно, от осеннего костра, возле которого Ричард немного перепил. Он привлек внимание Ласомбра своим элегантным и циничным анализом нескольких местных поэтов, кульминацией которого стало скандальное самоубийство одной из них в ночь после объявления о ее помолвке. В другой версии он снова программист, на этот раз курсирующий между аэрокосмическими проектами в Денвере и Роли-Дерхеме. Он не интересовался оккультизмом – он просто привлек внимание одного из сиров Ласомбра, который понимал, что Шабашу потребуются люди, разбирающиеся в компьютерах. Он получил ожоги в ночь своего Становления, сделав несколько неумелую попытку инсценировать свою смерть.

В начале 80-х Ричард пришел к выводу, что унитарная идентичность – это смертельная слабость, которую Каиниты могут преодолеть, и перестал беспокоиться о своих противоречивых воспоминаниях.

Образ: Ричард ростом чуть более шести футов. Его самая отличительная черта – покрытая шрамами кожа головы и спутанные волосы – какое-то время его раздражало, что к нему относятся как к явному фанату панк-музыки, а в последние годы волна панк-ностальгии снова вернула эти комплименты, на этот раз раздражающие еще больше. Поэтому он наоборот – хоть и без особого результата – носит безупречный костюм с галстуком или (во время возможной грязной полевой работы) старый армейский немаркированный комплект.

Подсказки по отыгрышу: Раньше ты скучал по Человечности. Теперь нет. Мира, который когда-то поглотил ее, чем бы она на самом деле ни была, теперь нет. Шабаш определяет твое существование, и ты доволен этим. Ты получаешь косвенное удовольствие от достижений своих товарищей по стае и делаешь все возможное для их дисциплины, чтобы они могли действовать, ну, почти так же хорошо, как и ты в расцвете сил.

Сир: вероятно, Альмира Веракруз, впоследствии ставшая Епископом Окленда

Натура: Директор

Маска: Судья

Поколение: 11

Становление: 1954

Видимый возраст: около 30 лет

Физические: Сила 2, Ловкость 3, Выносливость 3

Социальные: Обаяние 2, Манипулирование 3, Внешность 2

Ментальные: Восприятие 2, Интеллект 4, Смекалка 4

Таланты: Бдительность 3, Уклонение 1, Лидерство 3, Хитрость 3.

Навыки: Вождение 1, Огнестрельное оружие 2, Безопасность 4, Скрытность 2

Знания: Академические 2, Компьютеры 2, Финансы 4, Расследование 2, Законы 2, Оккультизм (Бездна) 3, Знание Шабаша 3, Научные 3.

Дополнения: Контакты 3, Ресурсы 2

Дисциплины: Стремительность 1, Доминирование 4, Власть над Тенью 2

Добродетели: Сознательность 3, Самоконтроль 3, Смелость 4

Мораль: Человечность 5

Сила Воли: 7

Джеффри Армор, жрец

Предыстория: Джеффри фактически был невольным членом стаи в течение трех лет, пока был еще жив. Ричард обнаружил, что тот использует очень тонкие слабости в защите компании CompuServe в 1982 году, когда Джеффри было семнадцать, и он использовал компьютер своих родителей для отшлифовки высококачественного софта. Джеффри проявил внимание к мелочам в деле решения проблем, что выделялось даже в толпе чрезвычайно прилежных, крайне скучающих хакеров-подростков того времени, к которым он относился. Ричард все еще был активен на сцене BBS под двумя известными личностями и выдал Джеффри определенное домашнее задание в качестве своего рода проверки, как его способностей, так и морали. Мальчик продемонстрировал широкую компетентность и полное пренебрежение этическими проблемами, и к 1984 году он регулярно получал стипендию от «Черный Орел Консалтинг» за помощь в работе с шифрованием и сетями.

В 1984 году Джеффри прошел курс химиотерапии от лейкемии. Все закончилось успешно, болезнь перешла в стадию ремиссии, но Ричард решил не рисковать потерять ценный актив. Джеффри был очарован всем явлением вампиризма и сразу же принял Шабаш – он уже считал подавляющее большинство человечества скучной добычей, так что для него это не было слишком сложно. Он изучал оккультизм с той же решимостью, что и при хакерских атаках, занося в каталог огромную массу знаний и стараясь найти неожиданные корреляции. Становление ни в коей мере не облегчило его вспыльчивый характер и глубоко укоренившуюся убежденность в личной правоте, и в ранние годы у него было несколько серьезных стычек. В конце концов он научился проглатывать самые вопиющие оскорбления, и с тех пор дела пошли лучше.

Джеффри служит жрецом стаи с 1993 года. Его отстраненное отношение означает, что у него нет личных планов, которые нужно продвигать, а его умение задавать вопросы делает его весьма полезным духовным наставником.

Образ: Джеффри по-прежнему выглядит подростком-гиком – скорее всего, у него будут спрашивать паспорт во время любых покупок с возрастными ограничениями. Он надеется, что со временем сможет внести постоянные изменения в свой внешний вид, потому что устал от хлопот. Между тем, обычно он одевается небрежно, но когда ситуация требует лоска, «Черные Орлы» присылают именно его. У него, безусловно, самая обширная коллекция действительно хороших костюмов в стае, и он знает, как их правильно носить.

Подсказки по отыгрышу: Нежизнь – это хак, который никогда не заканчивается. Хакерство всегда было для тебя средством достижения двух целей – высших знаний и высшего статуса. Что ж, ты знаешь вещи, о которых твои бывшие коллеги никогда не могли мечтать (или с чем они могли бы справиться, если бы мечтали), и ты один из тайных хозяев мира. Чертовски круто! Здорово быть тобой. Ты любишь свое существование и готов на все, чтобы защитить его.

Сир: Ричард Вайнштейн

Натура: Искатель острых ощущений

Маска: Искатель острых ощущений

Поколение: 12

Становление: 1985

Видимый возраст: поздний подростковый возраст

Физические: Сила 2, Ловкость 4, Выносливость 2

Социальные: Обаяние 2, Манипулирование 4, Внешность 2

Ментальные: Восприятие 3, Интеллект 4, Смекалка 3

Таланты: Бдительность 3, Лидерство 2, Знание улиц 3, Хитрость 4

Навыки: Огнестрельное оружие 3, Безопасность 4

Знания: Компьютеры 4, Расследование 4, Оккультизм (Бездна) 4, Научные 1

Дополнения: нет

Дисциплины: Доминирование 1, Затемнение 1, Власть над Тенью 2, Могущество 1

Добродетели: Сознательность 1, Самоконтроль 3, Смелость 4

Мораль: Человечность 4

Сила Воли: 6

Анжелика Шон

Предыстория: Анжелика мало рассказывает о своей смертной жизни. Ее товарищи по стае знают, что она достигла совершеннолетия где-то на Западном Побережье в 1950-х годах и что она рано заработала репутацию своего рода изгоя. Они знают, что она лежала в психиатрических больницах, проходя сложные медикаментозные процедуры и даже электрошок. Они знают, что она стала вампиром, находясь в тюрьме за попытку убийства своей семьи – отчаянное усилие с ее стороны, чтобы избежать новых медицинских нападок. Остальное она никогда не обсуждает.

На самом деле Анжелика была трансгендером. Ее семья интерпретировала ее желание стать как физически, так и умственно женщиной как свидетельство психоза. Она приняла Становление отчасти потому, что стая Шабаша, охотящаяся в ее тюрьме, случайно использовала Изменчивость в ее присутствии. Она предложила заплатить любую цену, которую они бы пожелали назвать, за возможность таким образом изменить свою форму. Следующее десятилетие она провела посреди опасностей, выполняя ту тяжелую работу, которую ей поручала стая в обмен на то, чтобы время от времени ее исправляла Изменчивость. Когда десять лет спустя они соизволили произвести над ней постоянную метаморфозу, она диаблеризовала лидера стаи и сбежала.

Будучи смертной, она изучала математику, и, хотя у нее не было практического опыта работы с компьютерами, в 70-е годы она обнаружила, что все чаще пересекается с Черными Орлами благодаря общим интересам к некоторым видам смертных целей. Постепенно она превратилась из одиночки в члена стаи. Теоретически она могла бы бросить вызов Ричарду за лидерство, но она предпочитает, чтобы кто-то другой имел дело с иерархией Шабаша, когда это возможно. Таким образом она может работать с группой, которая ей небезразлична, и избегает неприятностей.

Образ: Анжелика выбрала себе экзотическое сочетание черт; наблюдатели иногда различают следы африканского и карибского происхождения, но авторство комбинации принадлежит исключительно ей. У нее настороженные серые глаза и длинные белые волосы. Большую часть времени она предпочитает функциональную повседневную одежду, но когда стае требуется «социальная инженерия», она может посоревноваться с Джеффри за звание лучше всех одетого члена стаи.

Подсказки по отыгрышу: У человечества есть потенциал, но у грязи он тоже есть. Ты по-прежнему разгневана на общество, которое заставило тебя страдать. Не говоря о грандиозном крестовом походе за будущее мира, ты просто хочешь, чтобы ублюдки, которые причинили тебе боль, истекли кровью. И ты хочешь, чтобы истекли кровью овцы, которые соглашаются с их тиранией. Никакое количество человеческих страданий не удовлетворит тебя. Только среди вампиров ты можешь успокоиться на время, достаточное для того, чтобы заниматься выбранной тобой наукой.

Сир: Воин

Натура: Мечтатель

Маска: Победитель

Поколение: 11 (изначально 12)

Становление: 1962

Видимый возраст: 30

Физические: Сила 3, Ловкость 4, Выносливость 3

Социальные: Обаяние 3, Манипулирование 3, Внешность 3

Ментальные: Восприятие 3, Интеллект 4, Смекалка 4

Таланты: Бдительность 2, Атлетика 4, Драка 3, Уклонение 3, Эмпатия 2, Экспрессия 3, Запугивание 3, Знание улиц 2, Хитрость 2

Навыки: Знание животных 1, Этикет 2, Огнестрельное оружие 2, Исполнение 1, Безопасность 2

Знания: Академические 3, Законы 3, Лингвистика 1 (испанский), Оккультизм 2, Научные 4

Дополнения: нет

Дисциплины: Доминирование 3, Власть над Тенью 3, Могущество 2

Добродетели: Убежденность 4, Инстинкты 2, Смелость 4

Мораль: Путь Ночи 4

Сила Воли: 8

Кэтрин Шмидт

Предыстория: Кэтрин выросла в семье, богатой как на искусство, так и на науку. Ее отец был известным геологом, мать – не менее известным иллюстратором. Довольно рано Кэтрин решила, что совместит и то, и другое, и развивала свои навыки в качестве научного и технического художник. Ее родители с энтузиазмом поддержали ее, хотя она выиграла достаточно стипендий, чтобы оплачивать свое обучение самостоятельно.

Ее первая встреча с Шабашем произошла в Париже. В год, когда она училась в Сорбонне, стая Отступников Тореадоров охотилась на студентов, уничтожая всех, чьи работы не устраивали их. Однажды ночью Кэтрин проснулась и обнаружила, что трое сбитых с толку вампиров разглядывают ее великолепные рисунки раковин улиток и тщательно прорисованные схемы конфигураций болтов, одновременно пораженные ее талантом и совершенной скучностью темы. Долгое время она ничего не говорила. Они тоже молчали. В конце концов, они ушли, оставив ее гадать, не было ли это всего лишь галлюцинацией.

Спустя годы с ней произошла вторая встреча. К тому времени она хорошо зарекомендовала себя в университетской прессе, время от времени устраивая (обычно успешные) выставки своих личных иллюстрационных проектов и занимаясь различным декоративно-прикладным искусством, от полировки драгоценных камней до изготовления свечей. Она делала снимки после окончания показа, когда вампир убил владельца галереи, повернулся к Кэтрин и замер, восхищенный ее работами. Второй вампир вошел в галерею. Он убил первого, пробормотал Кэтрин: «До скорого», и вытащил трупы.

После этого она стала сдавать. Ей повсюду виделось сверхъестественное. Ее работы страдали от этого, став тем, что критики назвали скукой. По правде говоря, она потеряла веру в то, что наука и логика имеют значение для мира, который навязывался ей ночью. Она изо всех сил пыталась обрести равновесие, оставив научную работу ради тревожной сюрреалистической работы на ужасающие темы.

Тогда ее обнаружили Черные Орлы. Они наблюдали за ее восстановлением и растущим увлечением оккультизмом и решили, что им будет полезно иметь в своих рядах художника. Однажды ночью к ней явились три члена стаи и рассказали остальную правду. У нее был единственный вопрос: «Смогу ли я выследить тех, кто преследовал меня?». Когда ей сказали, что она может, она приняла Становление. Она все еще пытается смириться со своим состоянием и проходит через приступы сильной ненависти к себе, которые она компенсирует еще более энергичными усилиями во имя стаи.

Образ: Кэтрин – невысокая полная женщина с вьющимися каштановыми волосами. На самом деле ей не нужны очки, но она носит их по привычке вместе с пальто с множеством карманов и брюками, набитыми инструментами для рисования.

Подсказки по отыгрышу: Художник всегда должен изображать то, что знает. Как ты можешь отказаться от вызова совершенно новых категорий опыта? Ты надеешься, что скоро сможешь передавать свои новые знания в подходящие средства массовой информации. А пока что ты работаешь со своими новыми «коллегами» и ценишь возможность усложнить жизнь Тореадорам и их союзникам. Худший из когда-либо существовавших позеров не был и в десятой доле столь же опасен для настоящего искусства, как эти существа. Джихад для тебя не может наступить слишком быстро.

Сир: Ричард Вайнштейн

Натура: Перфекционист

Маска: Конформист

Поколение: 12

Становление: 1997

Видимый возраст: за 30

Физические: Сила 2, Ловкость 3, Выносливость 1

Социальные: Обаяние 4, Манипулирование 4, Внешность 2

Ментальные: Восприятие 3, Интеллект 3, Смекалка 2

Таланты: Бдительность 2, Уклонение 1, Экспрессия 4

Навыки: Ремесла 3, Вождение 1, Этикет 1, Огнестрельное оружие 1, Исполнение 3

Знания: Академические 2, Компьютеры 1, Законы 2, Лингвистика 2 (французский, немецкий), Оккультизм 2, Научные 4 (геология)

Дополнения: нет

Дисциплины: Доминирование 2, Власть над Тенью 1, Могущество 1

Добродетели: Сознательность 3, Самоконтроль 3, Смелость 3

Мораль: Человечность 4

Сила Воли: 5

Известные Ласомбра

Кардинал Монкада

Вдохновитель клана Ласомбра был уничтожен. Почти тысячу лет он вел большую часть своего клана и секты к видению господства Каинитов под темным знаменем гнева Небес. Он заключал перемирия, убеждал одних противников и уничтожал других, при этом оставаясь на дюжину ходов впереди потенциальных соперников. Кардинал положил начало многим политическим действиям, которые теперь определяют положение Ласомбра во время Последних Ночей, от быстрой экспансии в Новый Свет до строительства убежищ для выводков на имперских границах.

На протяжении веков его зеркальные покои под Мадридом были эпицентром культуры Ласомбра. Монкада руководил своим кланом гораздо чаще, чем Друзья Ночи, собирающиеся в разрушенной сицилийской крепости и других местах, важных в истории клана.

В конце концов гордыня забрала его. Сочетание непредвиденных обстоятельств уничтожило его во время нападения Ассамитов на его убежище. Страж Бездны, призванный давным-давно, чтобы охранять его сокровенное святилище, обратился против него из-за особого конфликта императивов, которого никто из выживших не понимает достаточно хорошо (или даже не понимает вообще). Теперь он обрел вечное наказание, которого всегда ожидал.

Уцелевшие части жилища кардинала стали местом паломничества набожных Ласомбра и даже некоторых верующих Каинитов из других кланов. Они путешествуют сюда, чтобы увидеть место, где пал величайший защитник роли Каинитов в качестве инструмента божественной мести, и задуматься о своем собственном неопределенном будущем. Небольшая группа старейшин Ласомбра защищает паломников в Мадриде и его окрестностях, укрывая их от потенциальных хищников.

Люсита

Самый известный независимый член клана Ласомбра столкнулась с собственными трудностями. Она участвовала в нападении Ассамитов на своего сир кардинала и верила, что его уничтожение, наконец, принесет ей мир. Это не так. Его присутствие в ее разуме исчезло навсегда. Наследие его идей и вызовов остается.

Люсита не до конца осознавала, в какой степени ее существование являлось серией отрицаний. Она не подозревала, сколь часто она действовала так, как это могло бы больше всего не понравиться ее сиру и помешать его планам. Теперь это не имеет значения. Он уже не увидит и не озаботится (по крайней мере, ни один из медиумов или некромантов, с которыми она говорила, не обнаружил каких-либо следов его души). Разрушение и саботаж целей ее сира никогда не был ее единственным мотивом, но с уходом Кардинала остальные смешиваются в незнакомые очертания.

Теперь Люсита обнаружила, что ищет компанию других вампиров не только в начале или в конце контракта, но и в других случаях. Под разными масками она слушает, как пылкие неонаты и в Камарилье, и в Шабаше определяют смысл своего существования и как старейшины, измученные недавней борьбой, обсуждают, что делать дальше. На данный момент она отстранилась от Фатимы, чье внимание к делам клана Ассамитов не дает представления о проблемах, с которыми борется Люсита.

Наблюдать за Люситой – многовековое хобби Ласомбра. В Последние Ночи, по слухам, она побывала во многих интересных местах. Если хотя бы половина этих слухов была правдой, ей пришлось бы проводить все свое время в путешествиях, и каждый раз оступаться так, чтобы их заметили. Фактически же, подавляющее большинство ее реальных появлений среди других вампиров остаются незамеченными. По крайней мере, несколько амбициозных неонатов и анцилл иногда выдают себя за нее. Она находит это забавным и позволяет им это делать, зная, что санкции на ее поимку со временем отсеют большинство.

Заратустра

Помимо Шабаша и Отступников, некоторые Ласомбра рассматривают все ярлыки сект как преходящую чушь. Из них самым активным является Заратустра. Будучи уроженцем Антиохии (на территории современной Турции), он был Становлен ветераном послетерского расселения, находившемся в Средней Азии вместе с армией Александра Великого. Проскитавшись всю свою смертную жизнь после Становления он поселился в своем родном городе и принялся защищать и улучшать его. Он продолжает делать это и в новом тысячелетии, когда не находится в Торпоре.

Заратустра принадлежит к пятому поколению. Он может проследить свое потомство вплоть до неонатов 14-го поколения, рожденных после войны в Персидском заливе. В разное время его линия крови насчитывала более сотни активных членов. Благодаря безуспешным крестовым походам и волне успешной охоты на вампиров мусульманских националистов-суннитов, только сорок или около того представителей этой линии все еще живы в эти ночи. Сам Заратустра остается непререкаемым тайным отцом города.

Своим успехом он во многом обязан сфокусированности: его касаются только события, затрагивающие Антиохию. Когда крестовые походы пронесли через его город вторгшиеся армии, он узнал достаточно о политике и религии смертных, чтобы при помощи своих детей эффективно направить мародерствующие орды в другие места. Когда османские войска захватили западные берега Турции, Заратустра и его дети изучали ислам и узнали, как помочь своим любимым смертным семьям приспособиться. Когда национализм Аттатюрка привел Турцию к контакту с западными державами, Заратустра выучил язык империализма и применил сочетание дипломатии и скрытых манипуляций, которые защищали Антиохию – хотя и за счет того, что другие части Турции оставались уязвимыми для эксплуатации. Они его не заботили.

Антиохия была торговым портом задолго до времен Заратустры, и в его линию крови входит множество купцов и торговцев. Во время Последних Ночей некоторые члены рода наблюдают за брокерскими конторами в Чикаго и товарными биржами в Шанхае, в то время как сложная сеть дублирующих друг друга директоратов управляет тысячетонными отгрузками каждый год на благо рода.

Заратустра пережил первые попытки Шабаша уничтожить всех Старцев благодаря сочетанию благоразумия и удачи. Он позволил своей линии крови принять участие в некоторых усилиях Шабаша, если они этого хотели, и прибегал к взяточничеству, а также запугиванию, чтобы натравить военные группы на другие цели (в течение примерно тридцати лет в середине 15-го века он использовал Шабаш, чтобы уничтожить по крайней мере дюжину своих самых серьезных соперников в прибрежной Турции). При необходимости он просто уходил в тень, используя неизвестные неонатам искусства, и ждал, пока их пыл не угаснет.

Один или два раза в столетие Заратустра соглашается присутствовать на Суде Крови. Он рассматривает дела как Шабаша, так и Отступников. Ни один молодой вампир не понимает, как он выбирает дела, но другие судьи из Друзей единодушно соглашаются, что каждый раз, когда Заратустра судит, он действует в рамках кодекса поведения, принятого участниками, а не навязывает свои собственные взгляды. Он также встречается с многообещающими неонатами – по слухам, он посылает потомков, чтобы отлучить амбициозного Ласомбра от Шабаша. Он не стремится рассказывать остальным потомкам Каина, как вести их дела, но когда его спрашивают, то он приводит веские доводы в пользу простой независимости.

Демба Макемба Адула, «Конрад»

Предыстория: Макемба Адула выросла в условиях одного из величайших злодеяний XIX века – бельгийской оккупации Конго. При короле Леопольде настоящая армия солдат и многочисленная толпа оппортунистов сновала по ее земле в поисках драгоценных металлов и любой другой добычи. Болезни собирали ужасающую жатву – многие поселения ежегодно теряли 90% своего европейского населения, но все больше молодых людей всегда были готовы рисковать всем в погоне за богатством. Сложная техника ржавела. Гнили причудливые постройки. Скот болел и умирал. Европейское присутствие стало зрелищем постоянной энтропии.

Болезни охватили и коренное население. Солдаты вырезали целые деревни. Паникующие туземцы воевали друг с другом также, как и с захватчиками, а религиозное рвение разжигало всевозможные фанатичные крестовые походы. Такой была жизнь, когда Макемба росла на берегу Конго.

Будучи молодой женщиной, она попала под влияние одного из бесчисленных харизматических завоевателей, которые вырезали себе в джунглях маленькие личные империи. Она узнала кое-что о европейских технологиях и культуре и наблюдала, как ледяная темная страсть поглотила ее наставника изнутри («ледяная» само по себе было для нее чуждым понятием, и представление о воде, лишенной тех свойств, которые она с ней ассоциировала, очаровывало ее). Когда он умер, она впала в слепую панику и помчалась прочь от темной реки к свету.

Элиас Бруйлант был двухсотлетним Ласомбра, который приехал с одними из самых первых европейских исследователей в 1860-х годах. Он построил себе убежище в руинах на Сангхе – притоке реки Конго – и собрал избранных туземцев, которые демонстрировали лидерский потенциал. Он с интересом наблюдал за наставником Макембы и отметил его ученицу как женщину, которая может далеко уйти, если освободится от своих смертных ограничений. Когда она сбежала, он последовал за ней и привел ее в свое убежище. Там он очень вежливо объяснил, что собирается делать, и насильно Становил ее.

Нежизнь вовсе не была шоком для нового вампира. Она уже отчаялась в жизни, и, следуя мрачной философии своего наставника, обнаружила, что теперь вполне уместно полностью зависеть от других подобно паразиту. Постепенно она исследовала набор своих новых способностей. Когда они с Элиасом решили, что она готова, она отправилась в Европу, чтобы исследовать родину своего наставника. Она так и не вернулась в Конго, хотя иногда бывает в других частях Африки.

Европа ослепила ее. Здесь были империи и философии, о которых она никогда и не мечтала, и ни одна из них не могла сопротивляться ее дарованным кровью силам. Она путешествовала по континенту, познакомилась со своими сверстниками Ласомбра и постепенно присоединилась к делу Шабаша. Кардинал Монкада сделал ее своим личным проектом в течение нескольких лет после Первой мировой войны, надеясь убедить ее принять его богословие, но для нее не было никакого смысла в его представлении о Боге. Она рассталась с ним, объяснив, что, по ее мнению, его Бог был ее дьяволом, и ей не нужно было поклоняться одной силе тьмы с двумя лицами.

В 1920-х годах она начала называть себя «Конрад», в знак тихого личного уважения к польско-английскому писателю, который произвел на нее глубокое впечатление. Он был на ее родине и видел те же ужасы, что и она, и запечатлел их в прозе, которая говорила с ее душой. В моменты, когда она чувствовала себя бесцельной и по-настоящему мертвой, его изложенный на бумаге гнев снова разжигал ее желание изменить мир.

Во время Великой Депрессии она приехала в Новый Свет в поисках свежих возможностей. Ее природный талант к риторике дал ей много возможностей в чернокожих общинах, от североамериканских гетто до бедных районов Южной Америки. Она любит создавать проблемы и видеть, какие души покажут достаточно огня или льда, чтобы вынести их, когда официальные преследования сойдут на нет. Время от времени она мечтает организовать скоординированные усилия Шабаша, чтобы спровоцировать белые правительства в более тиранических государствах и посмотреть, будут ли американские империи порождать больше людей, подобных ей, но пока из этого ничего не выходит.

Когда она устает от личных дел, она проводит время, обучая неонатов истории и способностям Ласомбра. Будучи продуктом деструктивной новизны, она по-прежнему интересуется возможностями, которые может открыть хаос нового века. Идея надвигающейся Геенны кажется ей нелепой – чей-то мир всегда кончается, и из этого появляются новые вампиры.

Образ: Когда она не замаскирована, Конрад – высокая стройная женщина с чрезвычайно смуглым цветом лица. Ее лицо покрыто шрамами от ритуальных знаков, перекрытых искаженными западными символами, которые она подсмотрела у своего безумного наставника. Она предпочитает одеваться просто, в рубашки и брюки, которые позволяют ей свободно двигаться, хотя она может соответствовать высотам моды, когда захочет. Когда она имеет дело со смертными, то использует Затемнение, чтобы немного изменить свои черты лица, ровно настолько, чтобы она могла сливаться с тем сообществом, которым манипулирует.

Подсказки по отыгрышу: Ты испытываешь глубокую ненависть к смертному обществу. Ты ненавидишь завоевателей, разрушивших твои надежды, и ненавидишь свой народ за недостаток духовной силы, чтобы сопротивляться. Теперь ты находишь надежду только в тех людях, которые доказывают, что могут победить, и посвящаешь себя их поиску и освобождению из тюрьмы, которой является жизнь. Ты «выросла» вне Шабаша, и даже сейчас он не так важен для тебя, как для созданных Шабашом неонатов. Со временем, хочешь ты того или нет, твой личный крестовый поход все теснее переплетается с великой войной Шабаша. Ты не уверена, нравится тебе это или нет.

Сир: Элиас Бруйлант

Натура: Мечтатель

Маска: Архитектор

Поколение: 10

Физические: Сила 2, Ловкость 3, Выносливость 2

Социальные: Обаяние 3, Манипулирование 4, Внешность 2

Ментальные: Восприятие 4, Интеллект 4, Смекалка 3

Таланты: Бдительность 3, Атлетика 2, Драка 3, Уклонение 1, Эмпатия 2, Экспрессия 2, Запугивание 3, Лидерство 3, Хитрость 2

Навыки: Знание животных 1, Ремесла 2, Этикет 1, Огнестрельное оружие 3, Скрытность 3, Выживание 3

Знания: Лингвистика 3 (бельгийский, английский, французский), Медицина 1, Оккультизм 2, Знание Шабаша 2

Дополнения: нет

Дисциплины: Доминирование 2, Затемнение 3, Власть над Тенью 5, Могущество 1

Добродетели: Убежденность 3, Самоконтроль 3, Смелость 5

Мораль: Путь Ночи (Холодный Путь) 6

Сила Воли: 7

Лин Бало, Кровожадный Пророк

Предыстория: Лин Бало вырос в охваченном беспорядками Китае. Правящей династии Цин не хватало широкой легитимности – ее императорами были маньчжуры, а не ханьцы, и во времена, требовавшие быстрого реагирования и разумного использования возможностей, они могли только окостенеть в своей конфуцианской ортодоксальности и закрыть двери перед вторгавшимися. Но в начале 19 века захватчики приезжали не только на лошадях или со свитками, провозглашающими опасные идеи. Они пришли с ружьями.

Бало вырос во время восстания тайпинов, во время которого один южный китаец провозгласил себя младшим братом Иисуса и законным императором, собрав миллионы людей в армию, которую Цин могли победить только при помощи западных наемников. Семья Бало была этнически китайской, но практически еврейской – ответвлением многовекового еврейского анклава. Они не верили в божественность вождя тайпинов, но поддерживали его как более сильную альтернативу Цин. Отец Бало и трое его братьев присоединились к восстанию, и все они погибли в битве или были казнены после того, как восстание потерпело поражение. Бало остался дома, чтобы ухаживать за семейной фермой в окрестностях Нанкина, и таким образом избежал наказания.

Но Бало не избежал последовавшего за этим всепроникающего отчаяния. Он стал наркоманом в поисках отвлечения от рутины жизни. Когда сборщики налогов забрали последнее из семейного имения, он отправился в город, выполняя ровно столько работы за раз, чтобы хватило на новую дозу опиума.

Некоторые люди, употребляющие опиум, иногда впадают в ярость, а не в ступор, находясь под его воздействием. Бало оказался одним из них. Он привлек внимание потомства Ласомбра из Нанкина во время своего особенно артистичного и жестокого неистовства на набережной, в ходе которого он использовал пролитые духи и специи для рисования огромных каллиграфических оскорблений в адрес властей порта. Ласомбра были впечатлены его храбростью и решимостью, проявляемыми даже во время истощения и наркотического угара, и взяли его под свою опеку. Он служил им в качестве гуля более десяти лет, выполняя дневные поручения и обучаясь применять свои данные кровью силы в актах творческого разрушения.

Он получил Становление во время забастовки в доках, когда вместе со своим будущим сиром оказался в ловушке на горящем складе. Бало убедил вампира, что сможет организовать побег, если будет обладать истинной вампирской мощью. Вампир согласился. Бало и правда сбежал, и ему так и не пришлось объяснять, что сталось с брошенным иссушенным трупом. Остальные члены стаи увидели явные ожоги Бало и предположили, что старый Каинит был недостаточно быстр, чтобы избежать падающей балки крыши или чего-то подобного.

Нанкинские Ласомбра были Отступниками с тех пор, как узнали о существовании Шабаша. Бало сыграл решающую роль в изменении этого положения. Его уничтожение собственного сира подогрело его аппетит к большему, и он осторожно приступил к контакту с Западным Шабашем, члены которого иногда укрывались в его порту. В конце концов он нанес удар в 1889 году (воспользовавшись кратковременной паникой среди людей с Запада в порту, когда Джек Потрошитель прибыл туда из Лондона), возглавив группу ударных войск. Половина существующего потомства присоединилась к Шабашу. Другая половина погибла.

Вскоре после этого Бало стал одним из самых молодых Ласомбра, приглашенных в Друзья Ночи со времен первого великого восстания Шабаша, и он до сих пор играет решающую роль в поддержании связи разрозненных азиатских шабашитов друг с другом и со здравой доктриной. Он продолжает проводить большую часть своего времени в Нанкине, но несколько раз в год путешествует, чтобы встретиться со своими товарищами-воинами в удобных портах по всему региону. Ему удалось предотвратить множество потенциально разрушительных для секты проблем во время Второй мировой войны с помощью агрессивной программы установления связей Винкулума, которая продолжает связывать различные стаи вместе. Известия о недавнем таинственном хаосе в Индии и Бангладеше побудило его к еще более активным усилиям. Он верит, что грядет великая война, и намерен стоять до конца.

Образ: Бало пяти с половиной футов ростом и несколько худощав. Его черные волосы коротко стрижены, и он часто бреет голову. Он начинал свою нежизнь с длинными волосами, но они слишком часто путались в самый неподходящий момент. Он одевается в джинсы и фланелевые рубашки, что очень похоже на хрестоматийный пример «западного хулигана», который можно найти в руководствах китайской полиции. Хотя он сознательно не отправляется на поиски драк, он определенно не делает ничего, чтобы их избежать, и поэтому предпочитает функционально одеваться. Он часто носит солнцезащитные очки, так как был впечатлен образом Арнольда Шварцнеггера в «Терминаторе».

Подсказки по отыгрышу: Нежизнь прекрасна! Неким извращенным образом ты стал сбалансированным человеком конфуцианского толка, уравновешивающим физические, интеллектуальные и эстетические усилия в единое гармоничное целое. Конечно, Конфуций не думал, что такое существо будет направлено на покорение всей живой плоти, но это уже твоя мудрость. Тебе нравится то, кем ты являешься, и ты испытываешь огромное удовлетворение от укрепления Шабаша на этой земле, вдали от места рождения секты. Недавние знамения тревожат тебя, но ты компенсируете это тем, что стал гораздо внимательнее относится к приготовлениям. Победа будет за тобой.

Сир: Неизвестен

Натура: Победитель

Маска: Наставник

Поколение: 11

Физические: Сила 4, Ловкость 3, Выносливость 4

Социальные: Обаяние 3, Манипулирование 4, Внешность 2

Ментальные: Восприятие 3, Интеллект 3, Смекалка 3

Таланты: Бдительность 3, Атлетика 4, Драка 3, Уклонение 3, Экспрессия 3, Запугивание 4, Лидерство 4, Знание улиц 3, Хитрость 2

Навыки: Вождение 2, Огнестрельное оружие 3, Безопасность 3, Скрытность 3

Знания: Финансы 1, Расследование 3, Лингвистика 3 (английский, японский, вьетнамский)

Дополнения: Контакты 3

Дисциплины: Анимализм 1, Стремительность 2, Доминирование 4, Стойкость 2, Власть над Тенью 3, Могущество 3

Добродетели: Сознательность 2, Самоконтроль 3, Смелость 5

Мораль: Человечность 3 (готовится вступить на Путь Ночи (Горячий Путь))

Сила Воли: 8.