Глава 1. Рожденный волком

Люпусы говорят, что тысячи лет назад волки были одними из первых зверей, созданных Гайей. Современный волк (Canis lupus) – представитель семейства собакообразных (Canidae) в отряде хищных (Carnivora) млекопитающих, родственник медведя, лисы, енота, гиены и хорька. Родство с енотом и гиеной оскорбляет люпусов, поэтому лучше при них лишний раз об этом не напоминать.

Как и большинство хищников, волки очень умны. Те, кто видел, как енот открывает дверь, а собака выполняет трюки, не станут сомневаться в том, что хищники обучаемы и умеют быстро приспосабливаться.

Люди, утверждающие, что разбираются в волках, говорят о том, что волки имеют общих предков с копытными животными, такими как олень и лось¹. И хищники, и копытные были умны и умели быстро бегать, но одним было уготовлено убегать, а другим догонять.

Но люпусы знают, что волки всегда были совершеннейшими хищниками и верят, что Гайя создала их такими, какие они есть сейчас. Для них оскорбительна мысль о том, что их предки могли быть кем-то не хищным.

Есть хомиды, что мнят себя интеллектуалами и считают оборотничество не даром Гайи, а неким повторением эволюции. Т. о., смена формы – это переход от человека (наиболее развитого существа) к волку (наименее развитому). Но в таком случае всё портит форма хиспо, которая представляет собой существо менее развитое, чем волк², и должна идти после люпуса. Более умные хомиды знают, что этот антропоцентрический подход не имеет ничего общего с замыслом Гайи, а эволюция человека – с эволюцией гару.

Люпусы редко задумываются о таких вещах. Грядущий итог заботит их куда больше, чем вопросы происхождения.

Происхождение

Многие считают, что волки появились на территории Северной Америки тысячи лет назад. Племена Серебряных Клыков и Теневых Владык (пришедшие к власти в Европе и Азии) заявляют, что волки появились в Европе и Азии. Особо глупые серебряные клыки считают, что эволюция гару шла одновременно с эволюцией волков, и ведут свою родословную от первого волка. Большинство других оборотней отдает себе отчет в том, что гару не могли существовать до появления человека.

Так или иначе, волки расселились по всему миру. Когда племена Уктена, Вендиго и Кроатоан переселились в Северную Америку, там уже были волки, долгое время выживавшие под игом Вирма.

Стая

Те, кто ест крупную дичь, либо сами по размеру равны своей добыче, либо охотятся стаями. Волки из вторых. Волчья стая может состоять из 35 особей, но чаще их гораздо меньше, обычно 7–10. Малой стае проще добыть достаточно пищи на ограниченной территории (волку нужно около 26 км³ леса, чтобы прокормиться).

Стая выстраивается вокруг плодовитой пары – альфа-самца и альфа-самки. В конце зимы они спариваются, и самка приносит потомство (обычно 6 щенков), которое осенью начинает путешествовать с родителями, а зимой учится охотиться. Волки достигают половой зрелости в возрасте 2 лет, поэтому следующую зиму они также проводят в составе стаи.

Достигнув половой зрелости, многие волки остаются в стае, заняв подчиненную позицию по отношению к паре основателей. Их называют бета-самцами и бета-самками. Подчиненные волки не размножаются. Но рано или поздно желание спариваться или нехватка пищи приводят к тому, что беты уходят и создают свои стаи, и придуманный Гайей цикл повторяется вновь.

Как уже говорилось выше, обычно в стае 7 волков: плодовитая пара и пятеро щенков (новорожденных и годовалых). Болезни, голод, охотники и другие причины ежегодно приводят к тому, что гибнет до половины помета.

В популяции волков количество самцов и самок примерно одинаково. Если рождается больше самцов, агрессивность вынуждает их уходить. По этой причине волки-одиночки – это обычно самцы.

Такая социальная структура приводит к снижению рождаемости. Увеличение численности приводит к усилению конкуренции за лучших партнеров для спаривания (например, за альфа-самку). Те, кто проиграл схватку, лишаются права на размножение.

Т. к. люпусов обычно забирают еще щенками, они редко успевают столкнуться с конкуренцией за партнеров. Многие,

Волки быстро взрослеют и быстро живут, смерть от старости приходит к ним в 10-16 лет. Т. к. в гару сильна кровь человека, люпусы стареют гораздо медленнее обычных волков.

Миграции

Когда какая-то территория больше не может прокормит стаю, волки мигрируют. Также к миграции могут привести иные причины, не все из которых понятны человеку (например, массовое заражение добычи паразитами). Некоторые волки говорили оборотням, что просто ощутили ниспосланное Гайей стремление куда-то идти, хоть на это и не было внятной причины. Люпусам сложно объяснить это хомидам и метисам.

Миграции могут создавать сложности. Люпус, отправившийся искать щенков после первого превращения, может столкнуться с тем, что его стая уже ушла. Хомиды обычно вынуждают кинфолков следовать за собой, люпусы же сами вынуждены догонять свою родню.

Волчья юность

В течение первого года жизни волка называют щенком, на втором году – переярком. В возрасте 22 месяцев волк достигает половой зрелости.

Недели за три до рождения потомства самка роет себе укрытие, иногда занимая норы других животных или используя свое же логово с прошлого года. Обычно такие укрытия расположены на возвышенности неподалеку от водоема.

Спариваются волки зимой, беременность у них длится 60-65 дней, и в период с марта по июнь на свет появляются щенки. Роды у волков длятся 1-8 часов, щенки (весом около половины килограмма) рождаются слепыми и глухими. В возрасте 12 дней волчата начинают видеть, 20 дней – слышать. Также они учатся стоять, ходить, рычать и жевать. Время от времени любопытство вынуждает их вылезать из укрытия, и, если щенок уполз слишком далеко, мать возвращает его назад.

Щенки знакомятся с социальной структурой волчьей стаи и выясняют, кто в помете главный. В течение ближайших десяти недель они сформируют сильные эмоциональные связи (волки, выращенные людьми, эмоционально прикипают к своим владельцам), а затем станут более «холодными»: так обеспечивается привязанность волка к родной стае и настороженность по отношению к другим. Люпусов часто забирают из стай после первого превращение, и разрыв этих эмоциональных связей является для них крайне болезненным.

Волки не рождаются убийцами, но очень хорошо обучаются убивать. В природе взрослые волки учат молодых охотиться, но даже воспитанный человеком волк может стать охотником.

Ближе к концу этого 10-недельного периода волчата покидают укрытие и меняют несколько временных логов, которые тоже часто повторно используются из года в год. В возрасте 16-26 недель молочные зубы сменяются постоянными, и волчата обретают способность убивать добычу. Этот период соответствует осени и началу зимы, когда пищи становится меньше, и юные волки начинают путешествовать вместе с остальной стаей, оттачивая свои охотничьи навыки.

Социальная структура

Жизнь в волчьей стае подчинена жесткой иерархии⁴. У самцов своя иерархическая цепочка, у самок своя. На вершине иерархии находятся альфа-самец и альфа-самка – это обычно (но не всегда) та пара, которая и основала стаю. Под альфами находятся остальные члены стаи, каждый из которых занимает свою ступень, подчиняется всем вышестоящим и доминирует над всеми нижестоящими.

Бывает такое, что альфа-самец не спаривается с альфа-самкой, и тогда ее партнером становится более низкоранговый самец. Однако альфа-самец при этом продолжает доминировать над другими самцами стаи. Но горе тому низкоранговому, кто пытается спариться с альфой по своей инициативе – стая безжалостно убьет его или, по крайней мере, выгонит. Многие люпусы оказывались в изгнании, потому что пытались спариться с самкой, которую считали равной, не имея для этого достаточного ранга. Лишь после первого превращения им удается вернуться в стаю.

На нижней ступении иерархии находится омега-волк, который ходит за стаей, питается объедками, а при попытке приблизиться натыкается на агрессию и укусы.

Существует три исключения из этого иерархического порядка. Первое – это молодняк: щенки и переярки. У них своя социальная структура, не связанная с полом, а порядок доминирования определяется, когда малыши играют. Люпусы обычно оказываются на вершине этой структуры еще до первого превращения. Второе исключение – волки-одиночки, которые слишком стары или слабы, чтобы охотиться вместе со стаей – они следуют за стаей, питаются мелкой дичью и падалью, а при попытке приблизиться их отгоняют. Третье исключение – гару. Если в стае есть гару, он доминирует над альфой своего пола. Даже если гару не возглавляет стаю, другие волки (даже другого пола) ему подчиняются.

Быввет такое, что в волчьей стае живут сразу несколько гару. В таком случае между ними выстраивается своя социальная структура, не связанная с порядком подчинения стаи – как у молодняка. Доминирование среди гару не зависит от пола, и даже находящийся на нижней ступени иерархии оборотень всё равно главнее альфа-волков. Даже если гару не является люпусом, волки всё равно подчиняются ему и он может спариваться с кем угодно.

Люпусы считают волчьи стаи своими эксклюзивными племенными угодьями, и, если в стаю для размножения придет гару другой породы, люпус в ожесточенной схватке опустит его на низшую ступень иерархии и, вероятно, выгонит.

С наступлением сезона размножения конфликты внутри стаи обостряются, т .к. самцы конкурируют за право спариться. Если в стае есть несколько гару одного пола, они также враждуют. Наиболее доминантный гару обычно спаривается с альфой противоположного пола, но может спариться и с омегой, обладающей уникальными качествами, – партнера выбирают так, чтобы получить наилучшее потомство.

Порядок подчинения определяет не только право на спаривание, но и другие привилегии. Альфа принимает решение о начале охоты, возглавляет нападение и первым ест добычу. Управление стаей – это странное сочетание абсолютной тирании и демократии. Волки рассчитывают на альфу как на лидера, а альфа не спрашивает подчиненных, но ориентируется на их поведение – если они устали идти, он вряд ли будет их заставлять.

Если альфа уходит (добровольно или нет), стаю возглавит второй по старшинству – бета. Он станет новым альфой и не отдаст лидерство старому вожаку, если тот вернется. Порядок подчинения в стае часто меняется, потому что волки постоянно дерутся за возможность подняться выше в иерархии (в сытое и стабильное время – реже, в случае нехватки пищи или смерти/увечья кого-то из вышестоящих волков – чаще).

Общение

У волков развитая система коммуникации, полагающаяся на три чувства: зрение, обоняние и слух. Зрение играет важнейшую роль, потому что большую часть информации волки передают друг другу через позу, мимику и положение хвоста. Обоняние играет важную роль как при общении внутри стаи, так и при коммуникации разных стай: волки обнюхивают друг другу морды (дружественное поведение, берущее начало от выпрашивания еды щенком), нюхают под хвостом (установление порядка доминирования: подчиненный волк должен поджать хвост), делают метки мочой и катаются по земле, оставляя на ней свой запах.

Люпусы тоже метят территорию, и, если в одном септе проживают гару разных пород, хомиды часто подшучивают над этим. Умные хомиды шутят, когда люпусы этого не слышат.

Кроме того, волки умеют выть, скулить, рычать и тявкать. Разнообразные завывания гару основаны на волчьем вое и позволяют передавать специфическую информацию. Волки не в состоянии понять всё, что заложено в вое гару – только основную суть.

Охота

Волки не любят жару и потому летом охотятся с вечера до утра. Зимой они охотятся и днем, и ночью.

Поздней весной, летом и осенью стая отягощена щенками, которые не могут идти за взрослыми, поэтому стая охотится в радиусе 30-50 км от логова. Зимой и ранней весной волки в поисках пищи могут пройти 70 км в день.

Волки – хищники и питаются по принципу «всё или ничего». Добыв пищу, волк до отвала набивает живот. Запасов волки не делают, но могут в каких-то случаях припрятать недоеденное для молодняка или для того, чтобы не привлекать падальщиков.

Слизывая с земли кровь добычи, волк неизбежно наглотается грязи. Чтобы не страдать от паразитов, ему затем приходится есть растения. Люпусы после первого превращения тоже едят траву, но затем прекращают, ведь мать Гайя наделяет их превосходным иммунитетом.

Волки охотятся на крупных животных: оленей, лосей, карибу, снежных баранов. Если в угодьях стаи обитает несколько пригодных в пищу видов, волки охотятся на тех, кого проще добыть. Если же с крупной дичью всё плохо, волки могут ловить птиц, рыб, ящериц, грызунов и кроликов, а также есть падаль и мусор. Также волки могут поедать своих больных и слабых сородичей. Если еды нет совсем, волки могут голодать до 20 дней, не слабея.

Волки знают, что Гайя хочет, чтобы они истребляли слабейших. Летом волки охотятся на беспомощных новорожденных, в другие времена года – на годовалых и старых особей.

Учуяв добычу или взяв ее след, волки преследуют жертву и пытаются подкрасться как можно ближе. Когда добыча наконец замечает волков, и жертва, и охотники на мгновение замирают и смотрят друг на друга. Люпусы верят, что в этот момент между жертвой и охотниками устанавливается мистическая связь, и тогда на добычу нисходит многовековая мудрость лесов. Именно она заставляет добычу убегать, а волков – догонять: таков древний пакт между хищником и жертвой, заверенный матерью Гайей и звериными предками. Если жертва не убегает, волки уходят и ищут другую.

В Глубокой Умбре есть множество логов, куда отправляются духи убитых животных, чтобы потом вернуться в природу и продолжить цикл жизни и смерти. Если охотник как-то обидит жертву, звериный предок не отпустит ее дух, и животные медленно вымрут. Для волков, нуждающихся в огромных стадах карибу и прочих животных, это стало бы катастрофой, поэтому люпусы чтут святость этого пакта и жестоко накажут любого хомида, который посмеет его нарушить.

Хомиды (кроме разве что гару индейского происхождения) обычно не знают об этом и нападают на добычу, которая не дала согласие на погоню. Для люпусов это еще одно подтверждение того, что хомиды не понимают священных тайн природы. Однако и волки оказываются в подобной ситуации, когда нападают на скот, принадлежащий людям. Домашние животные не следуют пакту, и поэтому волки часто убивают больше скота, чем нужно для пропитания – хищники просто не получают надлежащий сигнал о том, что надо остановиться.

Условия пакта не запрещают жертве обороняться или убегать, а волки чувствуют, когда стоит остановиться. Поэтому погоня обычно длится недолго. Если же добычу удалось догнать и это крупное животное, часть волков атакует тазобедренную часть (там не достают копыта и до статочно места, чтобы несколько волков могли вцепиться и тяжестью своих тел помешать жертве продолжать бегство), часть – морду (приходится уворачиваться от копыт, но это позволяет отвлечь жертву от волков, нападающих сзади). Уронив добычу на землю, волки убивают ее.

Более мелкую дичь, способную легко убежать, волки атакуют исподтишка.

И крупная, и мелкая дичь может спастись от преследования, зайдя в водоем. Волки редко преследуют добычу в воде.

Если добыча пасется большими группами, как карибу, волки преследуют стадо целиком и нападают на тех, кто отбился. Такова воля Гайи: волки убивают тех, что стал бы обузой для остальных. Кроме того, недоеденное волками даст пищу разнообразным падальщикам, что также соответствует воле Гайи. Потому волки в хороших отношениях с воронами и не едят их⁵; ворон может даже подшучивать над волком, садясь ему на голову или клюя его хвост, не давая спать.

Болезни

Болезнями Гайя регулирует волчью численность в соответствии со своими замыслами. Особенно часто волков поражают паразитарные заболевания (некоторые из этих паразитов, например ленточные черви, опасны и для человека). Люпусы обычно обладают крепким иммунитетом и до первого превращения, однако случается и так, что приходится до полового созревания мучиться от лихорадки или собачьей чумы.

Сильнее всего волки боятся голода – он открывает путь болезням, приводит к мучительной смерти и снижает шанс на выживание щенков.

Выживание

Веками люпусы и хомиды пытались использовать свой интеллект для снижения естественной смертности волков, но не могут ничего поделать с болезнями. Можно сказать, что сама Гайя дает понять: доживать до старости должен лишь определенный процент волков. Люпусы смиряются с этим, а хомиды не оставляют попыток, но их усилия обречены на неудачу.

Некоторые хомиды спрашивают у люпусов, зачем Гайя убивает волков, если для нее важно, чтобы вид выжил. Но люпусы понимают: Гайя мудра и знает, что чем больше волков, тем больше внимания на них обращают люди. Осмелев и сбросив оковы Владычества, люди стали платить себе подобным за убийство волков, и такая практика длится уже 2700 лет. Кроме того, некоторые люди готовы убивать волков просто из удовольствия, а гару недостаточно, чтобы всех защитить.

Оборотням не удается уменьшить численность охотников, ведь необходимость сохранения Вуали препятствует массовым убийствам. Лишь малое число охотников может «пропасть без вести при загадочных обстоятельствах», иначе даже самые безразличные из людей поймут, что что-то не так. Большинство гару в попытках защитить опекаемые волчьи стаи полагается на страх.

Волки и люди

Все гару прекрасно понимают, что главная угроза для волков – это люди. Образ волка как человекоубийцы вписан и в сказки, и в мультфильмы; люди боятся и охотятся на волков уже больше двух тысячелетий. На деле волки крайне редко нападают на людей и предпочитают обойти человека стороной, даже если тот вторгся на волчью территорию.

Гару некого винить, кроме самих себя. Кровавое насаждение Владычества поселило в душах людских патологический страх перед гару, потому люди бессознательно и принялись истреблять волчью родню оборотней.

В последние десятилетия стала популярна охота на волков с самолета – охотники готовы раскошеливаться по заоблачным ценам, лишь бы пострелять с воздуха по волкам в тундре Аляски. В России войну волкам объявило правительство, и там охотники на самолетах практически истребили серых хищников.

Волчий ум

В рамках сеттинга Werewolf the Apocalypse волки умны и понимают свое место в мире. Это ни в коем случае не аналог человеческого разума, скорее близость к матери Гайе. Человеческие обычаи и технический прогресс им не понятны, деяния Вивер приводят их в замешательство. Волки делают то, что им предписано Гайей в великой схеме всего сущего, и живут одним днем, не сожалея и не оглядываясь в прошлое.

У волков нет разума и желания меняться. Они не изобретут колесо, не разведут огонь и не соберутся в отряд для охоты на людей, даже из мести. Они согласны со своим местом в великом цикле.

Волки знают, что у Гайи есть противник. Они инстинктивно обходят зараженные Вирмом места и чуют, кого из живых существ коснулся Осквернитель. Среди живущих на планете волков есть много кинфолков гару, но они, как и кинфолки среди людей, редко участвуют в прямых схватках с Вирмом. Гайя велела им поддерживать гару, а не лезть в драку.

 

 

---

¹ — Если докапываться до сути, то это действительно так. Все млекопитающие, несмотря на их разнообразие, ведут род от цинодонтов из позднего триаса (здесь и далее – примечания переводчика). [Наверх]

² — Хиспо соответствует Aenocyon dirus – вымершему в конце ледникового периода виду животных, которые на момент написания линейки WtA именовались Canis dirus и считались доисторическими волками. впервые вернувшись в стаю и став новыми альфами, с удивлением наблюдают, как остальные дерутся за право спариться с ними. [Наверх]

³ — Важно понимать, что авторы книги находились в плену представлений о волчьей стае, основанных на наблюдениях за волками в неволе в 1940-х. Так сформировалось мнение о том, что среди волков существует пирамидальная структура, где индивиды постоянно состязаются за доминантность, потому что лишь высокоранговые волки имеют право на спаривание, а те, кто проигрывает это состязание, вытесняются на нижние ступени иерархии, лишаются доступа к половым партнерам и постоянно унижаются вышестоящими особями. Результаты тех наблюдений имели огромное влияние на развитие этологии и на разработку методов дрессировки, а также сформировали определенные идеи в популярной культуре и базис для теорий всяких лжеученых вроде Протопопова, Новоселова и прочих Ротожоповых. В конце 1990-х выяснилось, что в дикой природе у волков всё не так, но было уже поздно – ложные представления крепко угнездились в головах людей, и беловолки не исключение.
Стая волков представляет собой семью, состоящую из размножающейся пары и ее потомства прошлых 1-3 лет. Когда потомство взрослеет, оно покидает стаю, начиная с 9-месячного возраста. Волки не могут размножаться в возрасте моложе 22 месяцев, а некоторые особи достигают половой зрелости только в 4 года. Т. к. большинство волков покидает стаю до 2 лет и почти все волки делают это до 3 лет, в стае попросту нет источника для соперничества за размножение. Т. е. в стае спариваются только старшие самец и самка не потому, что они альфачи и остальным запрещают, а по той лишь причине, что стая –это семья, в которой они родители, а остальные – их

потомство, которое по мере взросления уходит. Кроме того, «альфа» (продолжим условно называть так старшего волка) не забирает себе львиную долю добычи, ущемляя нижестоящих членов стаи, скорее наоборот – он может не подпускать щенков старшего возраста к еде, чтобы самые младшие успели поесть. Схваток за доминантность у волков в естественной среде не замечено, младшие волки сами охотно и активно демонстрируют свою подчиненность, выпрашивая еду. Если еды достаточно и у «альфы» нет необходимости контролировать распределение пищи, члены стаи собираются вокруг туши и едят одновременно без каких-либо ранговых привилегий. Любой волк может попытаться украсть пищу у любого другого волка, а тот будет защищать свою еду, и никакой зависимости от ранга при этом наблюдается. Можно предположить, что те волки, которые удачливы в воровстве, являются более сильными и ловкими, а потому доминантными, но это никак не мешает тому волку, которого часто обворовывают, с наступлением зрелости уйти, найти себе пару и основать свою стаю, т. е. он не становится забитым «омегой», в свое время он тоже будет «альфой». Как язвительно заметил David Mech (1999), традиционный подход к объяснению иерархии волчьей стаи «аналогичен попытке сделать выводы о динамике человеческой семьи на основе изучения людей в лагерях для беженцев». Поэтому, читая рассуждения беловолков о волчьей стае, помните – авторы заблуждаются.
Но это всё – о настоящих волках, которые животные (Canis lupus). Если же речь о гару, то там именно вражда, конкуренция, схватки за доминантность. [Наверх]

⁴ — Между вороном и волком действительно существует симбиоз (а точнее – клептопаразитизм). Вороны приводят волков к раненому животному/человеку, волки его убивают и начинают пировать, вороны воруют мясо. Однако это не значит, что волки убивают добычу для воронов. Вороны – крупные, прожорливые и при этом шустрые падальщики, они стремительно воруют мясо из-под носа у волков, что-то съедают, что-то прячут, возвращаются за добавкой, и волки не успевают их отгонять. Есть мнение, что именно в ходе коэволюции с воронами волки пришли к современной структуре и численности своих стай: по расчетам Vucetich (2004), если бы волки охотились парами, вороны успевали бы украсть половину добычи, однако стая из 4-12 особей успевает съесть оптимальную часть туши. Т. о., несмотря на то, что волки и вороны приносят друг другу пользу (вороны приводят к добыче, волки ее убивают, едят все), их симбиоз плейотропен, т. е. в нем сочетаются мутуалистические и антагонистические отношения. Тем не менее, исследователи часто замечают, как вороны играют с волками, включая волчат, и это потенциально может приводить к «дружбе» отдельных особей двух видов. [Наверх]