Когда Донни настороженно открыл глаза, он начал оценивать ситуацию. И ему не понравилось.
- Черт возьми, - прохрипел он пересохшим горлом. – Меня задолбало очухиваться привязанным к этой кровати.
Комната не изменилась сильно. Те же фрески. Та же неудобная рама кровати. Те же веревки, теперь затянутые туже. Тот же дурной запах, теперь с легким оттенком крови. Донни заставил свою затекшую шею двигаться, чтобы осмотреть себя. Его тело было покрыто ссадинами, ушибами и синяками, а его короткая туника была в том же удручающем состоянии. И ему думать не хотелось, как выглядит лицо, исходя из того, что он чувствовал.
- Тебе не повезло, - донёсся до него высокий голос. – Ты жив, потому что тебе не повезло.
Донни не торопясь повернул голову, чтобы обнаружить стоящего у кровати обожжённого мальчика, все еще носящего Изобретение Дедала. Похоже, он не знал, как его снять, и носил крылья в помещении. Япиг, с печальным видом, стоял позади.
- Ты жив только потому, что я так велел, - сказал мальчик. – Тебя будут мучить каждый день, но позволят умереть. Никогда. Как тебе?
- Похоже, кому-то нужен тайм-аут, - попытался сказать Донни, но произнести внятно он смог только половину слов. Он прокашлялся и собрался. Когда мальчик посмотрел ему в глаза, Донни изо всех сил на него надавил. Он широко раскрыл глаза и сказал так внятно, как смог: - Верни меня обратно в Мир живым и здоровым.
Любой смертный сделал бы так, как сказал Донни. Многие младшие Порождения послушались бы его. Эрика Доннера сломило бы, как маленького. Мальчик лишь пнул его по ног и закричал:
- Не смей мне указывать! Я король тут! Ты будешь делать то, что я скажу.
- Ну, ладно, - ответил Донни. – Все, что я могу, пацан – говорить. Если тебя это бесит – вперед, убей меня. Но тогда ты не сможешь вечно меня мучить. Как бы то ни было, я в выигрыше.
Мальчик пытался что-то сказать, но слов у него не было. Тогда он повернулся к брату.
- Заткни его, Япиг!
- Не могу, - ответил тот, не смотря на Донни. – Он задохнется.
- И что? У нас есть полиид!
- Он не воскресит его. Я же говорил, что он только поддерживает жизнь, а не создает ее.
- Прекрасно, - ответил мальчик. – Прекрасно! – А потом снова повернулся к Донни. – Но тебе лучше заткнуться.
- Да не вопрос. Просто отдай, что украл, и верни домой.
- Я ничего не воровал.
Донни перевел взгляд на крылья за спиной мальчика.
- Они мои, - взвизгнул тот. – Их сделал мой отец! Сейчас он мертв, а значит, они теперь мои!
- Отец не мертв, - сказал Япиг.
- Это неизвестно!
- Известно, - прохрипел Донни. – Твой отец работает на мужа моей матери. Он дал их моей матери, а она дала их мне. Они мои, парень.
- Нет, не твои!
- На самом деле, папочка уже сделал тебе пару…
- Заткнись!
- … и ты сломал их сразу же, не так ли?
- Не ломал, не ломал! – пел мальчик.
- И с этими ты того же не сделаешь, гарантирую.
- Я тебя не слышу, я тебя не слышу! – кричал мальчик изо всех сил, закрыв ладонями изуродованные уши. – Тру-ля-ля-ля-ля! – Любое движение было адски болезненным, но Донни не мог перестать смеяться. До чего докатился сын богини любви?
- Икар, - произнес, наконец, брат мальчика, положив ему руку на плечо. Мальчик дернулся от боли, а рука Япига окрасилась кровью. – Достаточно. Он хочет, чтобы ты его убил. Не стоит.
- Они мои! – повторил еще раз Икар, тяжело дыша. – Мои. – Он повернулся лишком быстро и ударил Япига крылом.
- Посмотрим, - попробовал сказать Донни. Выдавить из себя слова ему не удалось.
- Я ухожу, - сказал Икар на греческом, направляясь к двери. Одно крыло ему приходилось за собой подтягивать, и если бы не боль в ребрах, Донни бы опять засмеялся. – Он должен остаться в живых.
Япиг кивнул и Икар ушел. Япиг и Донни безмолвно смотрели друг на друга.
- Когда он объявился в саду, - произнес Донни. – Ты сказал ему, что я пытался сбежать, так? – Он двигал только губами, потому что поначалу не мог выдавить из себя ни звука, но этого оказалось достаточно. Япиг кивнул. Он даже не выглядел виноватым.
- Вы должны были мне помочь, - ответил Япиг. – Вам не стоило обманывать минотавров. Или меня.
Донни пожал плечами. Было больно.
- Скажи-ка мне, тот волшебный мир, который ты нашел… Он обитаемый, так?
- Да. Они все обитаемые. Они не могут существовать без населения, - нахмурившись, отвернулся Япиг.
- Тогда мне не о чем печалиться.
- Вам придется, - предупредил Япиг.
Донни собрался, как только мог. Его не привлекали мстительные минотавры, которые будут оттачивать на нем свое ограниченное понимание иронии. Но тем временем…
- Итак, - прохрипел он. – Что за полиид твой братец упоминал?
- Это трава, - ответил Япиг. – Она когда-то росла на Крите. Но теперь растет лишь тут. Ее выращивают минотавры. Вы видели одно из полей.
- Это, случаем, не болеутоляющее?
- И даже более, - ответил Япиг. Огонек мрачного торжества заплясал в ставших злобными, глазах. – Она останавливает старение. Она хранит. Пока принимаешь ее – остаешься живым.
- Понятно, почему минотавры до сих пор не вымерли.
Япиг кивнул
- И почему ты еще небо коптишь, - еще один кивок. – И твой брат.
Япиг пожал плечами и наклонил голову. Он кивнул, но не встретился взглядом с глазами Донни.
- Но выглядит он не очень, не так ли?
Донни показалось, что это не самые удобные слова текущей ситуации, но Япиг не отреагировал на них со злобой или иной видимой эмоцией. Доктор просто поднял голову – его глаза были сухи и смотрели в никуда.
- Было уже слишком поздно, когда я его нашел. Почти утонул, страшно обожжен, едва живой. Я вынул его из воды и отдал весь полиид, который был с собой. Я думал, что это его исцелит, но я не знал тогда, как он работает на самом деле. Но теперь знаю. И если он перестанет употреблять его, то умрет.
- Ой-ой, - сказал Донни. – Можешь поплакаться на моей грудной клетке.
- Я вылечу вас, гарантирую это. И после этого я начну давать вам полиид, чтобы вы могли провести остаток вечности с нами.
- Я – пас.
- Это сейчас. Потом вы умолять будете. Вы сделаете, что угодно. Даже между процедурами лечения, когда вас будут отдавать на потеху минотаврам, вы будете просить его, потому что сама идея старения – и смерти от дряхлости в кровати – будет для вас слишком ужасна.
Япиг замолчал, мрачно смотря на него сверху вниз. Наконец, он с отвращением покачал головой: «Все, что от вас требовалось – открыть одну-единственную дверь. И этого бы не произошло».
- Извиняй, чувак, - ответил Донни. – Но если бы я открыл дверь, то выпустил бы чудовищ на ничего не подозревающих людей. И тогда бы я заслужил все то, что со мной произошло, когда я отказался.
Япиг нахмурился и открыл рот, но его отвлек шум снаружи. Он начался, как тихий стон и перерос в жуткий вой. Япиг выскочил наружу и осмотрелся. Потом он вернулся, остановившись на пороге.
- Часовые обнаружили посторонних, - сказал он. – Я вернусь.
Донни хотел что-то сказать, но начал смеяться, из-за чего у него набрался полный рот крови, которую пришлось выплевывать.
- Что же смешного?
- Я знаю, кто это, - закашлялся Донни. – Вам потребуется до хрена минотавров.
- У нас они есть, - ответил Япиг. – Не сомневайтесь.
Но за этими словами в глазах Япига мелькнула неуверенность. И это дало Донни сил сделать то, что, как он знал, будет адски болезненным. Он глубоко вдохнул, собираясь с храбростью. Глубже… глубже… Сломанные и треснувшие ребра впивались в легкие. Ссадины и шрамы на коже груди грозили раскрыться. Он не останавливался. Одного хорошего, мощного вдоха будет достаточно, чтобы прочистить глотку. Когда он сделал это, то скрестил пальцы на удачу и выдал прежде, чем Япиг смог его остановить.
- ГОРАЦИЙ, - проорал он. – СЮДА!